Все для вас - Ким Хоён

– Ты чего тут? – нахмурился хозяин.

– Здравствуйте! Я пришел справиться о вашем здоровье, а то вас давно не видно.

– Ты что, не понял, куда пришел? Тут, вообще-то, едят. Будешь что-то заказывать?

– Конечно закажу. Как раз иду на работу. Хорошенько подкреплюсь и пойду трудиться!

– Ты же обеденными сетами из магазина питаешься, – небрежно бросил Чхве, но Кынбэ его презрение не смущало – он все так же улыбался.

Тем временем женщина, сообразив, что муж знаком с посетителем, оставила их вдвоем.

– Я слышал, что в таких местах нужно брать жареное мясо, но для меня это будет слишком… Поэтому можно говяжий суп?

– Хорошо. Так уж и быть, добавлю тебе кусок мяса.

– О! Спасибо!

Чхве вернулся на кухню и, налив тарелку бульона, щедро положил туда мяса. Когда жена поставила перед Кынбэ заказ, тот аж воскликнул от радости и принялся есть, нахваливая наваристый суп и нежную говядину. В ответ женщина, увидев бейджик, с удивлением отметила его странное имя. Отчего-то происходящее даже не сильно докучало хозяину ресторана.

Проблемы начались, когда Кынбэ стал расплачиваться, все так же нахваливая бульон и вырезку. Довольный комплиментами, Чхве провел картой по аппарату и вернул ее посетителю, и тот, взяв зубочистку, сказал:

– Почему люди не выстраиваются в очереди, чтобы отведать такого вкусного мяса?

– Очнись! Сейчас же коронавирус – кто пойдет есть мясо?

– Вы неправы. Каждый вечер я прохожу мимо всяких кафе и ресторанов рядом с «Намёном», и там полно людей. Причем мясные особенно популярны…

– Да что ты несешь? Вон тут поблизости гриль-бар, где готовили на углях, – так он закрылся недавно.

– Ну не все же. Если идти от университета Сунмён в сторону американских баз, там очень оживленно. Коронавирус отступает.

– Глупости какие! Я слышал, как раз там закрылась еще одна мясная, где жарили на решетках.

– Просто вы защищаете свое дело и не хотите даже сходить посмотреть, как идут дела у других. А сходили бы – узнали б, что сейчас вообще тренд на мясные рестораны.

– Эй, а ты-то у нас разбираешься в бизнесе, я погляжу. Вот и занимался бы своим магазином! Не надо мне тут рассказывать, что хорошо, а что плохо! – закричал Чхве, ткнув его пальцем в грудь.

Кынбэ с виноватым видом натянул маску и, низко поклонившись, ушел. Тяжело дыша, Чхве разорвал чек и вдруг в этот самый момент услышал, как жена заливается смехом.

– Что тут смешного? – пробормотал он.

– Я-то думала, ты только меня не слушаешь, – с сарказмом ответила она. – А ты, оказывается, и с другими так же. Ну что ж, неудивительно. Ты разозлился на него, потому что он правду говорит! Самому не смешно?

– Какую правду?! И ты туда же?

Жена не ответила и переключила канал: начинался ее любимый сериал. Не желая обострять ссору, Чхве ушел на кухню и уселся смотреть бейсбольный матч на телефоне. Его команда выигрывала, но он все равно не мог сосредоточиться на игре. За весь вечер они продали только тарелку супа, в то время как, по словам Хун Камбо, другие рестораны ломятся от посетителей. Черт! Вот откуда появляются новые заболевшие! Оказывается, у конкурентов яблоку упасть негде!

У Чхве с женой было правило: по понедельникам, когда в их ресторане был выходной, ужинать в других местах. Обычно они ходили к Паку, чей суши-бар располагался по соседству. Жена любила суши, но семья большую часть недели питалась мясом, так что разбавить его иногда морепродуктами было нелишним.

Когда разразилась пандемия, они перешли на доставку: заказывали курицу в кляре или китайскую еду. Но с тех пор, как их ресторан стал терять популярность, им пришлось отказаться от этого. Теперь жена просто готовила ужин из остатков продуктов.

Может, в том и проблема Чхве, что он перестал выбираться из дома и бывать в других местах? Зная, что все его друзья или уже умерли, или вернулись в родной город, он потерял к этому интерес. Единственный друг, который преуспел в Сеуле, жил в Каннаме и не заезжал больше в их края. Когда-то он же обещал, что, как заработает денег, станет наведываться чаще, а в итоге ни слуху ни духу. Вот так, по стечению разных обстоятельств, Чхве и застрял в Чхонпха-доне, отрезанный от внешнего мира. Хотя название района переводилось как «зеленые холмы», он чувствовал себя лягушкой в глубоком черном колодце.

Слова Хун Камбо никак не выходили у него из головы, и в понедельник вечером он предложил жене сходить куда-нибудь поужинать, посмотреть, как живут те, у кого дела идут хорошо в такие времена. Жена с усмешкой спросила, не лихорадит ли его, но все же пошла собираться.

По дороге они прошли мимо китайского ресторана, который находился возле университета Сунмён и куда часто наведывались раньше. Уже вторую неделю это место закрыто. Пожить, как Пак, месяц на Чечжудо? Чхве и близко себе такого позволить не мог.

Затем они миновали ресторан с европейской едой, куда любили ходить студенты университета. Одной рукой Чхве подтянул льняные брюки, которые болтались по полу: жена потребовала, чтобы он выглядел прилично, раз они едят не дома, вот и приходилось мучиться в непривычной одежде. Зато супруга выглядела вполне счастливой – по-видимому, оттого, что он послушал ее. Тепло ее рук радовало Чхве даже в такую жару.

Возле университета Сунмён тоже было многолюдно, несмотря на ранний вечер. Тем не менее Чхве не видел, чтобы очереди куда-то выстраивались на улице, как говорил этот Хун Камбо. Оттуда жена предложила пойти в сторону американских баз. Перейдя дорогу, они увидели вдалеке огни вывесок и витрин.

Садилось солнце. Завсегдатаи баров и пивных постепенно занимали привычные места за столиками. Похоже, закусочные, в которых подавали стейк и армейский наваристый пудэ-ччигэ[15], все еще существовали за счет местных жителей средних лет. Здесь Чхве с женой тоже бывал не раз, поэтому он повел ее в переулок на противоположной стороне улицы.

Всего через каких-то пятьдесят метров атмосфера изменилась до неузнаваемости. На месте старых ресторанов появились пабы с иностранным пивом, кафе с едой из Юго-Восточной Азии, которая так полюбилась корейской молодежи, и японские бары. На одном из таких мест даже не было вывески, но посетители все равно столпились перед железной дверью. Ну и ну! Что же там такого подают?

Внутри на пюпитре вместо меню лежала книга с телефонными номерами – по-видимому, лист ожидания, по которому впускали посетителей. В очереди оказалось порядка семи-восьми человек.

– Кому захочется туда идти, если надо столько ждать на улице? Как бы вкусно