Все для вас - Ким Хоён

– И кстати, мы переименовали наш ресторан.

– Как же он теперь называется?

– «Сирлойн и Ко». Угадаешь, что значит?

– Стейк и пивко?

– Ну да, с воображением у тебя не очень.

– Ну вы же любите пиво. Каждый день пьете.

– Это в прошлом. В общем, это означает «стейк высшего класса в компании близких». Как тебе?

Кынбэ снова показал большой палец.

– Сын придумал.

– Ого, а вы согласились? Упертому старому хрычу это наверняка далось нелегко. Вы превзошли сами себя.

– Спасибо, – сказал Чхве, скрывая смущение, – что терпел меня. Благодаря тебе я смог немного измениться.

– И вам спасибо! – ответил Кынбэ. Даже когда ему говорили серьезные вещи, улыбка все равно не сходила с его лица.

– А мне-то за что?

– Что поделились. Я рад за вас.

Чхве смутился и лишь похлопал мужчину по плечу.

– Ой, чуть не забыл! Хотел тебя попросить кое о чем. В пятницу думал сделать небольшой ремонт в ресторане и установить барную стойку. Не поможешь? Вроде ты говорил, что подрабатывал на стройке. Боюсь, вдвоем с сыном мы не сдюжим. Я оплачу.

– Не надо платить.

– А как же тогда?

– Угостите меня лучшей корейской говядиной. Восемьсот граммов сирлойна – и мы в расчете. Ха-ха!

– По рукам! – сказал Чхве и, кивнув в знак согласия, направился к двери.

За его спиной Кынбэ продолжал что-то привычно бормотать, а Чхве решил, что угостит его еще и омакасэ из нового меню.

Глава 4

Два плюс один

Мир несправедлив. Посмотреть хоть на отца: каждый день, если только не шел дождь, он трудился разнорабочим на стройке, а денег получал не так уж и много. Все из-за его начальника-субподрядчика, которого отец вечно ругал за глаза на чем свет стоит: якобы тот скользкий, непорядочный, и все в таком духе. Отец всегда говорил: учись, Мингю, а иначе будешь, как я, работать и летом, и зимой.

Мир ужасно несправедлив. Взять даже маму, которая работала в одной клининговой компании и убирала офисы. Сотрудники этих офисов зарабатывали гораздо больше нее, а всю грязную работу выполняла она. Вдобавок приходилось выслушивать гадости и от своего руководства, и от работников здания. Вопиющая несправедливость. Денег почти не платят, так к тому же отчитывают.

То, что мир несправедлив, доказывает и история самого Мингю. Пока старший брат сидел в своей комнате с кондиционером и то ли играл на компьютере, то ли уроки делал, он по три раза в день ходил в душ, чтобы хоть как-то вытерпеть изнуряющий зной, от которого не спасал даже старый вентилятор.

Похоже, вся эта несправедливость была предначертана ему самой судьбой. Брат ростом и силой пошел в отца, а умом – в мать. Мингю же не отличался особой сообразительностью, как отец, и рос пухлым, как мать. Случаются же такие нелепые стечения обстоятельств! Бедняга умудрился унаследовать все худшее и с детства чувствовал свою ущербность.

Брат учился в выпускном классе и подавал большие надежды, поэтому кондиционер установили только в его комнате. А что же Мингю? Ему приходилось довольствоваться старым вентилятором, который погнулся, скрипел и отказывался поворачиваться в разные стороны. Несмотря на недовольство сына, мама сказала, что он выдержит еще одно лето. Впрочем, то же самое Мингю слышал и год назад.

Ему не нравился несправедливый мир и несправедливость родителей. Он ненавидел отца, мать и больше всех – брата. А еще эту пандемию, из-за которой пришлось обучаться дистанционно и целый день находиться дома с родней. Сплошной стресс.

Когда у отца был выходной, он с утра до вечера сидел на диване, выпивая и раздавая Мингю бесконечные поручения: то принеси бутылку сочжу из холодильника и сушеных кальмаров, то вытряхни пепельницу. Мингю ощущал себя слугой из эпохи Чосон[18]. Только когда мама приходила с работы и ругалась с отцом, атмосфера в доме разряжалась.

В другие дни, когда глава семейства выходил на смену, возвращался он уже поздно вечером, сразу ел и ложился спать. Но в последнее время часто шли дожди, поэтому ему приходилось сидеть дома, большую часть времени проводя в ссорах с женой. Тогда даже мама, которая обычно старалась не тревожить Мингю, цеплялась к каждому его движению и слову.

Устав от постоянных поручений отца и ворчания матери, он жаждал сбежать от них – куда угодно. Вот только бежать было некуда. Даже когда ему хотелось подремать под кондиционером в комнате брата, тот по праву старшинства не позволял ему вторгаться в свои владения. Прошли те времена, когда они играли вместе. Теперь он стал совершенно невыносим.

В грандиозные планы брата входили юридический факультет престижного университета и карьера судьи или прокурора. Кстати, это именно он поведал Мингю, что мир несправедлив и что добиться чего-то в жизни можно, только устроившись на хорошую работу, а ради достижения своей цели нужно идти на жертвы. Так со временем брат посвятил всего себя учебе, позабыв о Мингю, не говоря уже о домашних делах. Родители поддерживали старшего, соглашаясь с ним во всем, на младшего же, который никуда не мог деться от подростковых прыщей, учился посредственно и весил почти сто килограммов, не возлагали особых надежд.

Так что несправедлив был не только окружающий мир, но и родные. Мингю мечтал оказаться подальше от мучительной жары и предвзятости близких, как вдруг нашел такое место. В переулке за их малоэтажным домом располагался трехсторонний перекресток, на углу которого стоял круглосуточный магазин. Кондиционер здесь одинаково обдувал каждого посетителя, а цены были хоть и выше, чем в других местах, зато равными для всех. Здесь к нему относились так же, как к любому покупателю, несмотря на его внешность и оценки. Когда жара стала совсем невыносимой, после ужина Мингю стал незаметно сбегать от родителей, которые в любую секунду могли сорваться на нем, в этот круглосуточный магазин.

Зайдя внутрь через стеклянную дверь, он направлялся прямиком к прилавку с акцией «Два плюс один», расплачивался и садился в самый дальний угол. Часы показывали шесть тридцать. Выпивая по одному пакетику молока в час, он мог оставаться здесь до половины десятого: как раз в это время отец обычно ложится спать. Откупорив первый пакетик, Мингю сделал глоток.

В прошлом месяце по акции отдавали картофельные чипсы, на той неделе – бисквит «Кастелла». Гамбургеры, которые он