Охотник - Л. Дж. Шэн

Вставай в очередь, милая. Ты не входишь даже в первую двадцатку желающих.

СКХ:

И ты все еще не ответила насчет субботы. Кстати, туда нельзя приходить в лосинах и толстовке. Особенно под руку со мной.

Сейлор:

Давай немного отойдем от темы: что значит СКХ?

СКХ:

Сексуальный Красавчик Хантер, естественно.

Сейлор:

У меня просто нет слов.

СКХ:

Говорят, одна фотография стоит тысячи слов. Пришли обнаженку.

Сейлор:

Сомневаюсь, что смогу терпеть тебя несколько часов подряд.

Перси и Белль расхохотались в дальнем конце комнаты, привлекая мое внимание. Я оторвала взгляд от телефона, как вдруг меня осенило. Так я смогла бы частично решить проблему с благотворительным мероприятием. Я принялась печатать, пока Хантер не успел прислать мне еще одно ехидное сообщение – возле его имени на экране уже плясали три точки.

Сейлор:

Я хочу пригласить на благотворительное мероприятие двух своих подруг, но оплачивать счет придется тебе.

СКХ:

Чую, запахло переговорами.

Сейлор:

Я не позволю тебе пить или мутить с кем-то в нашей квартире.

СКХ:

Ты не очень-то успешно меня уговариваешь, КТ.

КТ? Кэррот Топ. Чтоб тебя!

Сейлор:

Чего ты хочешь?

СКХ:

А что ты предлагаешь?;)

Я задумалась. Белль и Перси обсуждали, какие сделают мне макияж и прическу. Да. Их присутствие снимет напряжение, и так рядом будет кто-то, кто сдержит меня, когда я буду готова наброситься на Хантера и убить его. К тому же они любили модные мероприятия. Они отлично проведут время.

Сейлор:

Можешь выпить одно пиво.

СКХ:

Прости, но похоже, что мне двенадцать?

Справедливое замечание, но мне совсем не хотелось слишком сильно нарушать правила.

Сейлор:

У меня привлекательные подруги. Провести время в их компании будет уже приятно.

СКХ:

Нет ничего лучше, чем трепаться с привлекательными девчонками, когда ты практикуешь воздержание, черт возьми. Поднимай ставки, КТ.

Сейлор:

Прекрати так меня называть!

СКХ:

Прекрати быть на него похожей!

Сейлор:

Может, просто скажешь, чего ты хочешь?

СКХ:

Я уж думал, ты никогда не спросишь. Поцелуй.

Сейлор:

От кого?

СКХ:

Банши с огненными волосами.

В груди зародился теплый трепет, готовый вырваться на волю, и я сделала резкий вдох, чувствуя, как все тело покалывает. Надеюсь, это был сердечный приступ, который я явно заслужила за то, что допустила мысль о поцелуе с ним.

Сейлор:

Почему? Ты называешь меня Кэррот Топом и считаешь противной.

Я почувствовала, как вспотели кончики пальцев, пока я печатала.

СКХ:

Кэррот Топ не противный. На самом деле, он вполне забавный для тысячелетнего мужика. Да или нет?

Сейлор:

Это жульничество. Ты должен практиковать воздержание.

СКХ:

Между поцелуем и сексом целая бездна. А точнее, то визуальное оскорбление, которое ты называешь одеждой.

Сейлор:

Ты отвратителен.

СКХ:

А у тебя возникло искушение. Ты хочешь испытать, каков я в постели. Узнать, из-за чего столько шума.

Сейлор:

Не надо вкладывать свои слова в мои уста.

СКХ:

А как насчет кое-чего другого?;)

Сейлор:

Ты даже смотреть на меня не можешь. Ты уже пять дней меня не замечаешь.

СКХ:

Я уже пять дней не смотрелся в зеркало, старина. Обстановка была напряженная. ДА ИЛИ НЕТ?

Сейлор:

Когда?

СКХ:

Как только подвернется подходящий момент. Я решу.

Сейлор:

Без языка.

СКХ:

С языком, без ласк.

Сейлор:

Я ТЕБЕ ДАЖЕ НЕ НРАВЛЮСЬ.

СКХ:

Господи, а это здесь при чем? Ты единственная доступная мне женщина.

Сейлор:

Спасибо.

СКХ:

Пожалуйста.

Сейлор:

Поцелуй ничего не будет значить.

СКХ:

Надо было сказать об этом, пока я не распечатал наши свадебные приглашения. Надень платье.

– Мы нашли его! – взвизгнула Перси, размахивая одним из платьев.

Я подняла взгляд, чувствуя, как горят щеки, и не сомневаясь, что вид у меня был такой, будто я вот-вот взорвусь.

– Ух ты. – Эммабелль бросила ворох одежды на пол, приковав взгляд к моему лицу. – Сейлор, почему у тебя такой вид, будто ты только что получила приглашение на собственные похороны?

– Потому что… – Я оторвала зубами еще один, последний кусочек омертвевшей кожи с большого пальца. – Похоже, именно это и произошло.

Седьмая

Сейлор

Едва я сообщила Белль и Перси о том, что они идут на сбор средств вместе со мной и Хантером, то чудом не оглохла от их визга. Когда этот день настал, они заехали ко мне за несколько часов до мероприятия, похожие на современных богинь. Перси надела романтичное белое платье, а Белль красовалась в платье-мини леопардовой расцветки. Они нарядили меня в розовое винтажное платье с открытыми плечами и вырезом сердечком. Цветочный орнамент волшебным образом подчеркнул мои несуществующие изгибы, а Перси собрала мои волосы в небрежный, но сексуальный пучок, оставив волнистые пряди обрамлять лицо. Эммабелль сделала мне макияж, и оказалось, что телесные оттенки и обильная подводка вокруг глаз больше всего подходили к моему бледному лицу и рыжим волосам. К тому времени, когда Хантер проснулся и засунул свое тело Адониса в костюм, я выглядела лучше, чем когда-либо.

Забавно, что Хантер считал себя тупым, а я себя – непривлекательной, и именно эти полярные комплексы сделали нас врагами. Я презирала его за внешность, а он считал меня непривлекательной занудой.

Хантер вышел из своей комнаты, с хмурым видом застегивая запонки, но все еще не завязав черный бархатный галстук-бабочку. Как только он заметил нас в гостиной, где Эммабелль, наклонившись, наносила блеск на мои губы и мы втроем наслаждались лучами солнца, струящегося через стеклянную стену, то резко остановился.

– Твою мать. – Он тихо присвистнул.

Мы втроем подняли головы и посмотрели на него. У Перси перехватило дыхание от его величественной красоты. Могу сказать, что Белль, у которой расширились зрачки, неторопливо раздевала его взглядом.

– Я же говорила, что они красотки. – Я прокашлялась.

– Я вообще-то на тебя смотрю, Кэррот Топ. – Он уставился на меня, отчего все вокруг нас растворилось на заднем плане. Его взгляд излучал жар, способный меня погубить. В это мгновение мне хотелось, чтобы так и вышло. – Без обид, девочки.

– Никто не обиделся. – Эммабелль заговорщически улыбнулась.

– Я обращался к сиськам Сейлор.

В ответ ему раздался дикий смех моих подруг. На миг лишившись способности произносить слова, я повернулась к Белль. Мы встретились взглядом, и ее глаза заблестели от озорства и восторга.

«Как в диснеевском фильме, – проговорила она одними губами, выпрямившись во весь рост. – Заставь принца влюбиться. Захвати замок. Стань его королевой».

Она окончательно выжила из