Монстр - Л. Дж. Шэн

– Сорви ее. То, что ты ищешь, будет за ней, – уверенно сказала Спэрроу.

– Вот почему я не доверяю женщинам.

– Ничего страшного. Мы мужчинам тоже не доверяем. О, и Сэм? – окликнула она, пока я не успел повесить трубку.

Ну, начинается.

– Ммм? – Я небрежно смахнул фотографию на пол.

И, само собой, в стене за ней оказалось квадратное отверстие. Достаточно большое, чтобы я смог просунуть руку.

– Я соболезную твоей утрате. И знаю, что ты не воспринимаешь случившееся как утрату, правда, знаю, но не могу радоваться тому, что женщина, которая произвела тебя на свет, скончалась. Ведь, в конце концов, она подарила мне тебя. И я очень сильно тебя люблю, сынок.

По телу пробежала неприятная дрожь. Спэрроу не была эмоциональным человеком, но пару раз в год исправно толкала короткие речи, от которых меня начинало тошнить.

Я повесил трубку, вытащил коробку из-под обуви, которую Кэт засунула в эту дыру, и открыл ее.

Слой льда вокруг моего замерзшего сердца слегка треснул.

Письма.

* * *

Спустя два часа после того, как нашел письма, я все еще сидел на полу, словно Гулливер в кукольном домике, – в его наркоманской, шлюшьей версии, – и перечитывал их снова, снова и, мать его, снова, пытаясь переварить то, что только что узнал.

Судя по всему, Каталина взяла с миссис Мастерсон обещание, что та проследит, чтобы я нашел эти письма, и у нее была на то чертовски веская причина.

Моя отсутствующая мать хотела, чтобы я узнал историю ее жизни. По крайней мере, какую-то ее часть. Вот только вопрос: зачем?

Даже в сотый раз перечитав письма, я так и не смог понять, чего она хотела: сочувствия, мести или же объяснить свое поведение.

Все двадцать три письма были адресованы Джеральду Фитцпатрику, в то время еще генеральному директору нефтяной компании «Королевские трубопроводы», мужчине, на которого я сейчас работал, занимаясь решением сомнительных вопросов.

По стечению обстоятельств он к тому же приходился отцом Хантера Фитцпатрика – мужа моей сестры Сейлор, и Эшлинг Фитцпатрик – женщины, которую я трахнул несколько часов назад. Я все еще мог почувствовать ее приятное тепло вокруг члена, как только думал об этом. Я с горечью прогнал воспоминание.

То, что я прочел в этих письмах, в корне изменило ход моей жизни.

Мой любимый Джеральд,

спасибо за то, что привнес в мою жизнь новую надежду. За то, что дал понять: жизнь не ограничивается тем, с чем я осталась после смерти Брока.

Слово «любовница» звучит непристойно и дешево, правда? Оно не отражает того, кем я прихожусь тебе, мой дорогой. Не отражает моих чувств к тебе.

Я знаю, что ты никогда не уйдешь от Джейн ради меня. Я не глупа. Я научилась жить с бременем статуса любовницы. Я прошу лишь частичку твоего сердца. Пусть даже маленькую. Лишь толику того, что ты дал ей.

Ты можешь предложить мне часть того органа, что бьется в твоей груди?

Спасибо, что вдохновляешь меня стать лучшим человеком, матерью и возлюбленной.

Твоя навеки,

Кэт.

Мой любимый Джеральд,

у нас будет ребенок! Ты можешь в это поверить? Я точно не могу.

Я так волнуюсь. Знаю, это не входило в твои планы. Поверь, в мои тоже. Притом, что Сэм уже маленький мальчуган. Почти подросток. Послушай, Джеральд, я знаю, что мы с тобой недолго были вместе, и я думала, что дни смены подгузников остались для меня в прошлом, но я правда верю, что это знак. Думаю, жизнь по-своему указывает нам путь.

Я приложила тест на беременность. Хочешь сходить со мной на первый прием у гинеколога? Я не настаиваю, но было бы здорово.

О, и кстати, я буду безумно рада, если ты привезешь мне какие-нибудь витамины для беременных, когда увидимся в следующий раз.

Нужно, чтобы малыш был здоровым и сильным!

Твоя навеки,

Кэт.

Дорогой Джеральд,

мне совсем не понравилось, как ты пронесся сегодня мимо меня, когда я пришла к тебе в офис. Пускай ты порвал со мной, о чем предельно ясно дал понять, но точно НЕ с ребенком, который растет во мне. Я не стану избавляться от него (ДА, от НЕГО) ни за какие в мире деньги, а тем более за ту сумму, которую ты выделил мне на аборт.

Можешь игнорировать меня сколько угодно. Недели, месяцы, вечность. Но, в конце концов, этот ребенок появится на свет, и он твой. Рано или поздно тебе придется принять эту истину.

Перезвони мне. Мой номер ты знаешь.

Твоя временами,

Кэт.

Джеральд,

хочу, чтобы ты знал: я никогда не прощу тебя за то, что ты сделал со мной. С нами.

Ты убийца. Душегуб. У меня был сын. Джейкоб. Он рос во мне. Я была беременна. Он пинался, крутился и всегда шевелился от удовольствия, когда слышал голос старшего брата.

Он был твоим ребенком.

Я понимаю, что это осложнило твою безупречную жизнь. Но все же это единственное, чего я ждала с нетерпением и что помогало мне продираться сквозь мою безрадостную жизнь.

Я также понимаю, что ты владеешь нефтяной компанией и у тебя уже есть наследники, а борьба за завещание после твоей смерти будет жестокой.

НО ОН БЫЛ ТВОИМ СЫНОМ.

Он был твоим сыном, а ты жестоко вырвал его из моего тела. Ты бил меня. Толкал. Ты выбил его из меня. Ты избил меня так сильно, что не оставил никаких сомнений в том, что будет дальше.

После того, что вчера произошло между нами, у меня случился выкидыш. Таков ведь и был твой план? Избить меня, чтобы избавиться от него? Что ж, у тебя получилось.

Кровь шла без остановки, пока мне не пришлось бежать в больницу, где мне сообщили, что я потеряла ребенка.

Я была на пятом месяце, Джеральд. А это значит, что мне пришлось пережить рождение мертвого плода. Ты знал, что я уже три месяца была в завязке? С тех самых пор, как узнала, что беременна.

Я хотела дать этому ребенку возможность начать с чистого листа. Хотела растить Джейкоба и Сэмюэла вместе и дать им возможность реализовать свой потенциал.

Перевернуть страницу.

Искупить все мои грехи.

Теперь все это в прошлом. Я снова вернулась к исходной точке, сбитая с толку и потерянная как никогда.

А ты, конечно же, по-прежнему не отвечаешь. Ты добился, чего хотел. Моего полного уничтожения, чтобы я больше не представляла для тебя угрозы.

Пока писала тебе это письмо, я