Бернаут - Виктория Юрьевна Побединская

– Привет, – неловко произнесла я, не зная, что делать дальше. Бланж поставил свою поклажу и забрал из моих рук мою.

– Могла подождать полчаса, я бы заехал за тобой, – недовольно произнес он.

– Решила, не стоит тебя напрягать.

Ему не понравился ответ, но я сделала вид, что не заметила этого, и прошла внутрь. Квартирка была небольшой: справа кухня, чистая и пустая, словно в ней никто и никогда не занимался готовкой, слева спальня и гардеробная, а между ними гостиная, простая и лаконичная. Ничего внутри не говорило о том, кто именно здесь живет. Ни картин, ни фотографий, ни вещей, разбросанных по всей комнате, как обычно бывает в общежитии парней.

– Ты один ее снимаешь? – на всякий случай уточнила я, чтобы быть уверенной, что никто из его приятелей-мотоциклистов не нагрянет внезапно посреди ночи.

– Один, – ответил он. – За все уплачено на полгода вперед, так что об этом можешь не беспокоиться. – Поставив мои сумки прямо в центре гостиной, он полез в карман, достал ключи и протянул их мне. – Запасная связка хранится у хозяина дома, его квартира в соседнем кондо на первом этаже. Тут пробки иногда выбивает. Щиток в холле прямо за дверью. Да, снизу живут две жутко любопытные бабки, скорее всего, в первый же день пристанут к тебе с расспросами, так что придумай что-то заранее. Мне потом пришлешь легенду. Если буду нужен, звони. Да, и вот. – Он протянул мне стопку распечатанных листов, криво исписанных синей ручкой. – Моя часть ответов.

Пару дней назад на сайте под названием «Обмани закон точка ком» я откопала анкету, где кто-то собрал все вопросы, которые обычно задают парам на иммиграционных тестах, распечатала ее в двух экземплярах и вручила один Бланжу, договорившись с ним, что мы потом ими обменяемся.

– Осталось только выучить.

Что ж… исчерпывающе. Я хотела для приличия хоть пару вопросов задать, но не придумала ни одного.

– Тогда до встречи через три месяца? – Я улыбнулась.

– Бывай. – Он подхватил свой багаж, и в этот момент в дверь постучали.

На пороге стояла женщина в темно-синем строгом костюме. Немолодая. Ровесница наших мам, и на миг я подумала: вдруг какие-то родственники Бланжа, о которых я не знаю, решили заехать, чтобы попрощаться. Но женщина произнесла:

– Реми Бел…

– Беланже, да, это я, – ответил Бланж, все еще торча в дверях с сумками наперевес.

– Прошу прощения, что без предупреждения. – Женщина улыбнулась, протягивая руку. – Саманта Браун, миграционная служба.

Я сглотнула, стараясь подавить приступ паники. Вот так все и закончится! Нас арестуют! Все пропало! Конечно же, кто поверит в тот бред, что мы устроили? Бланж же, сохраняя полное спокойствие, поставил вещи на пол и улыбнулся:

– Я могу вам чем-то помочь?

– Проходите, – опомнилась я, чуть не забыв, что на правах хозяйки этого дома должна была первым делом пригласить гостью внутрь.

Без капли смущения женщина окинула квартиру взглядом, то и дело останавливая его на пустующих полках. Надо было заранее продумать легенду. Хоть пару совместных фото сделать да в рамки вставить.

– Мы только въехали, – зачем-то пробормотала я, глупо улыбаясь, на что она вежливо кивнула.

– Какие-то проблемы с документами? – поинтересовался Бланж.

– Да, есть небольшие. – Она снова пристально посмотрела на нас. – Дело в том, что вчера к нам в управление поступил донос, в котором говорилось, что ваши действия по заключению брака являются мошенническими. Как вы понимаете, мы к таким вещам относимся весьма серьезно.

Нервный смешок слетел с моих губ, Бланж же ни на миг не растерялся, рассмеявшись так искренне, будто слова этой женщины были чистым бредом.

– Не от Марселя Андраде, случайно? – спросил он.

– Это конфиденциальная информация, – произнесла женщина, но, судя по тому, как на секунду расширились ее глаза, Бланж попал в точку.

– О, сейчас я вам все объясню, – произнес он уверенно. – Кстати, хотите кофе? – Он кивнул на меня. – Жаклин, детка, сделай, пожалуйста. – И это была не просьба, а почти требование. Но поскольку мы вместе были словно два утопающих, держащихся за одну соломинку, я поспешила его выполнять. – Мы с Марсом давние соперники, понимаете? Мотокросс, слышали?

Очевидно, она не слышала, потому что Бланж принялся забрасывать ее спортивными терминами, а я даже рада была, что мне не приходится участвовать в этом представлении. В конце концов, прирожденным лжецом из нас двоих был он. Я же, как можно тише открывая одну за другой кухонные дверцы, пыталась отыскать кофейные чашки.

– Не может смириться с тем, что я снова его обыграю. Но, понимаете, мне на победу плевать.

Наконец в верхнем ящике – кто вообще хранит посуду в таком месте? – я обнаружила две чайные пары и, так как времени возиться с кофеваркой не было, решила обойтись растворимым кофе.

– Древняя история, – заверял нашу гостью Бланж в это время. Я обратила внимание, что, при всей его молчаливости, когда этого требует дело, его прорывает, как плотину в половодье. – Я бы не хотел, чтобы из-за нашего с ним недопонимания пострадала, например, Жаклин. – В этот момент я как раз вошла в комнату. Улыбнувшись, поставила на маленький столик кофе и села рядом с «мужем». – Люблю ее, – произнес он и, притянув меня за плечо, поцеловал в висок. Я тоже улыбнулась.

– Разумеется, мистер Бэлэнжер.

– Беланже.

– Да, простите. Разумеется, мы не можем выдвигать голословные обвинения, но я должна предупредить вас, что в ближайший месяц вам все равно нужно будет пройти собеседование с нашим психологом. Вам будут задавать вопросы, ответы на которые должна знать каждая пара, и, к сожалению, мне придется проверить фактическую сторону вопроса: ваши счета, телефонные звонки, социальные сети.

– О, об этом не волнуйтесь, – уверенно произнес Бланж. – Мои деньги – ее деньги. – Он снова приобнял меня, а я уткнулась носом ему в плечо, чтоб не смотреть в глаза этой женщине.

– И да, вы куда-то уезжаете? – Она покосилась на наши сумки. Мои, неразобранные, в центре гостиной, и Бланжа, стоящие у порога.

– В Аризону. У меня там тренировочный лагерь с собственными треками. Подготовка к соревнованиям – думаю, вы понимаете.

– А ваша супруга? – выжидающе произнесла женщина.

Судя по всему, на Бланжа снизошло вдохновение, раз его поток вранья уже было не остановить ничем.

– Поедет со мной, – ответил он. – Ну разве я могу оставить ее здесь? Ух! – И он присвистнул. – Любовь иногда сводит с ума. Вот и вещи собрали.

– Многовато вещей.

– Ну так мы на все лето.

Я поперхнулась кофе. Бланж постучал мне по спине. Рука у