Городской ужас - Роман Игоревич Сидоркин

потолок. Свет то резал зрачки, то мерк в подступавшей из головы мгле. Вокруг были лица в зелёных и белых колпаках. У некоторых на лице шевелились короткие отростки вокруг вертикального рта. Выпуклые глаза одного существа оказались прямо над его глазами, оно застрекотало, что он очнулся, при этом капля вонючей слюны попала Владиславу в рот. Слюнные железы стали активно вырабатывать свой секрет, чтобы мерзкая жижа не касалась полости рта. Очень нужно было сплюнуть, но тело не слушалось – возможно, он был зафиксирован на каталке.

Ему что-то вкололи. По телу разнеслась волна покалывающего холода, мышцы подрагивали. Он дико обвёл глазами всё его окружавшее, сознание потухло.

Глава XII

В палате было полутемно. Железные койки, оставшиеся тут с советских времён, странно смотрелись на фоне новых приборов с латинскими письменами на пластиковых поблёскивающих панелях.

– Очнулся, – не то спросил, не то констатировал низкий мужской голос с сильным акцентом.

Владислав чуть приподнялся. Его нога была подвязана к крану, в руке стоял катетер, в который что-то втекало из капельницы.

– Не шевелись, сейчас сестру позову, – снова заговорил мужчина.

– Не надо, – еле выдохнул Владислав.

Голова закружилась от речевого усилия, но сознание не ушло.

Он приподнялся чуть больше. Увидел говорившего: это был армянин лет пятидесяти с круглым лицом и выпирающим из-под одеяла животом.

– Что здесь происходит? – спросил Влад.

– Больница, что происходит? – сказал мужчина и усмехнулся, как бы понимая положение только что очнувшегося.

– А Вы ничего тут странного не видели? – Влад вспомнил жуткие лица, которые склонялись над ним, когда его везли в реанимацию.

– Нет, ничего странного – больница, – удивлённым тоном сказал армянин.

– Вы из той же аварии?

– Нет – из другой, – улыбнулся мужчина – Но про ту слышал, много людей погибло. Причину никак понять не могут, все трезвые были, никто не засыпал, машины все исправные были. Один вдруг ни с того, ни с сего руль вывернул, полетел, остальные – туда же.

– Со мной был парень с длинными русыми волосами в чёрной рясе, где он?

– Не видел парня. Тебя сюда одного привезли.

Влад помолчал.

– Позовите медсестру, пожалуйста, – попросил он.

– Сестра!

После продолжительного молчания мужчина крикнул снова.

В коридоре послышались цокающие шаги. Дверь с тихим скрипом открылась, на пороге оказалась очень красивая девушка около двадцати лет в белой шапочке и халате, открывающем колени.

– Чего Вы кричите, говорили же: тут кнопка есть.

– Извините, забыл, – в голосе мужчины звучало непритворное смущение.

– Как Вы себя…

– Где мой товарищ?

– Он ещё в реанимации, у него сотрясение мозга, переломы рёбер у основания и множественные ушибы.

– Опасность для жизни есть?

– Опасность миновала, теперь ему нужно время. Думаю, скоро его переведут сюда.

– Спасибо. Как Вас зовут?

– Оля.

– Меня Влад.

– Я видела Вашу карту.

– Что мне капают?

– Это анальгин с аспирином и глюкоза – вы были без сознания почти двое суток.

– Что с ногой?

– Повреждены связки. Удивительно, что не порвались, – прибавила она после паузы. – Видимо тянетесь хорошо?

– Да, занимаюсь йогой регулярно… Занимался.

– Ушибы, сотрясение мозга средней тяжести.

– До свадьбы заживёт, – вдруг с улыбкой вставил армянин.

– А что у вас за люди работают? – он почувствовал, что вопрос звучит нелепо, поэтому попытался уточнить – В смысле, Вы, лично Вы, ничего странного тут не замечали? – вместе с его взволнованным тоном это прозвучало ещё более странно – Просто, когда меня везли на каталке, я видел, что у многих сотрудников лица обезображены.

– Чем они обезображены? – спросила медсестра.

– Ну, как будто в них что-то от насекомых.

Оля помолчала.

– Наверно, это из-за ушиба головы, – сказала она – Я скажу доктору.

– Не стоит, – Влад попытался произнести это как можно небрежнее, чтобы не показать как ему важно, чтобы никто не узнал о его видении.

Оля как-то неловко застыла, глядя на него с сомнением в глазах.

– Если что-то будет нужно, я или другая сестра всегда на дежурстве. Кнопка вызова здесь, под рукой, – она показала на довольно большой для кнопки вызова аппарат, лежавший справа на его койке.

– Да, спасибо, – сказал Влад и непроизвольно проводил выходившую медсестру взглядом, отдавая предпочтение её ногами и тому, что пряталось под халатом чуть выше них.

Мужчина на койке напротив делал то же, а когда их взгляды встретились, с пониманием улыбнулся Владиславу.

***

Три дня, что Влад провёл на койке, тянулись непристойно долго. Зашли коллеги, когда он от скуки публиковал в ВК фото ноги, подвешенной к крану. Он попросил их принести чего-нибудь для двоих: Ивана перевели в его палату вчера, но разговаривать с ним было сложно: он то и дело проваливался в забытьё или заговаривался.

– Вань, ты тут? – начинал разговор Влад почти каждый раз, как переставал слышать сопение Ивана, что могло означать, что тот очнулся.

– Да, – с трудом выговаривал тот.

– Как себя чувствуешь?

– Чувствую, что проломил спиной железное ограждение.

– Ты его не проломил – всего лишь погнул.

– Это всё меняет.

То, что товарищ подхватил шутку, вызвало в нём почти восторг.

– Ты не замечал тут ничего странного? – снова обратился к бородатому юноше Владислав. Впрочем, он и сам был сильно небрит, так что их роднило уже и внешнее сходство – не только общая цель и бинты на теле.

Влад уже в третий раз задавал этот вопрос. Обычно Иван отключался, но теперь он явно окреп и мог продолжать разговор.

– Нет.

Приподняв голову, он с недоверием смотрел на своего товарища: он столько времени ждал, пока тот придёт в сознание, чтобы обсудить с ним, что видел, когда его везли по бесконечно длинному и отвратительно яркому коридору, что ответ, мягко говоря, его не удовлетворил.

– Медсестра одна очень красивая, – после паузы добавил Иван.

Влад опустил голову обратно на подушку.

– Когда меня везли по коридору, – начал он – я видел чудовищ в белых халатах.

– Это может быть из-за удара.

– Голова у меня не особенно повреждена. И после всего, что я видел до этого…

– А что ты, собственно, видел? Когда меня отправляли с тобой, сказали, что «человеку являются тёмные сущности» и «по-видимому, пытаются стереть границы его разума», но ты ничего не говорил о своих видениях – только рвался к тому дому, а потом в участок. Ты не думал, что у тебя могут быть галлюцинации и что это не компетенция церкви?

– Извини, – сказал Иван после короткого молчания.

– Ничего, я сам иногда так думаю. Но люди от галлюцинаций как таковых не умирают – только если те толкают их под колёса или из окна, а та девушка умерла,