Из жизни Потапова - Сергей Анатольевич Иванов

За день он не успел поговорить со всеми… И с Олегом не успел. Несколько раз честно порывался ему позвонить. А потом решил: да какого черта! Ты виноват, так ты будь любезен и почешись… Лишь в конце дня, часов под восемь, он додумался: да как же Олег может позвонить теперь? Это же выйдет набиваться к начальству в гости. Уж лучше до конца дней своих гнить опальным замом!

Не думая долго, Потапов набрал номер… Но, само собой, ему никто не ответил. А с чего бы это Олегу сидеть в конторе до восьми? Как говорится, не такой он человек. Ну так ладно, отложим до завтра. И с заметным облегчением положил трубку.

Дома его ждал холодный ужин и записка: «Я в театре. Таня на недельку уехала погостить к моим родителям. Вернусь поздно». С чего бы это Танечку увозить? С чего бы это поздно?

Однако он здраво рассудил, что кара заслужена. Коли сам ты без конца бросаешься в свои «рабочие загулы», так и Элка имеет право хоть раз в месяц посидеть с умным лицом на какой-нибудь там «Чио-Чио-Сан».

Похолостякуем, подумал Потапов. В холодильнике нашлась бутылочка пива. Он включил телевизор, поставил перед собой тарелку с ужином, бутылку, стакан… Что за прелесть эти теледетективчики! Про них невозможно сказать ни одного худого слова, потому что сказано уже этого целые тома.

Потапов совершенно позорно заснул и проспал любовную интригу, главную перестрелку, а потом последний выпуск «Новостей» и программу на завтра. И когда тихо скрипнула входная дверь и в квартире появилась Элка, она увидела мужа своего перед пустым мерцающим экраном телевизора.

В щекотливое положение она попала! Вроде надо бы его разбудить, но тогда неминуемо узнается, как поздно она пришла. Разбужу, она решила, не все ли теперь равно! Однако поступила по-другому. Неслышным привидением она проскользнула в спальню, разделась, расстелила постель, облачилась в ночную рубашку. Опять вошла в большую комнату:

— Ну, ты долго будешь здесь сидеть?

Потапов, который, казалось, спал так крепко, сейчас же проснулся, помотал головой, увидел Элку в ночной рубашке, невыключенный телевизор…

— Ну я даю! Сколько же времени?

— Почти два.

— Чего ж ты меня не разбудила, Алис?

— Да я сама задремала. — Она отвечала ему уже из спальни.

С полузакрытыми глазами Потапов побрел в ванную.

— Я сейчас приду, Эл, — тихо крикнул он.

Утром его разбудила ломота и головная боль. Оказалось, вчера он уснул не от несчастной бутылки пива и не от усталости. Это у него было с детства: как болезнь — сразу начинает клонить в сон.

Нос уже был заложен, и курить не хотелось даже после чашки кофе. Кое-как он проглотил бутерброд с сыром… Что за дурь — есть, когда не хочется!

— Мне с тобой надо поговорить, — сказала Элка.

— Только не теперь, Алис, — он покачал головой и сразу услышал, как в мозгах где-то запрыгал тяжелый шарик боли.

— Когда?

— Ну господи, выберем время. — Потапов взглянул на часы. — Ладно, я пошел, — и тут он подумал, что до сих пор не сказал ей о своем назначении. Все крутишься, приходишь поздно, она, естественно, недовольна. — Пока, Эл, вечером поговорим.

В конторе он первым делом попросил у Лены пару таблеточек аспирина и пираминал. У Лугового всегда имелись некие лекарственные запасы, и теперь Потапов ими воспользовался по праву, так сказать, наследования болезней.

Минут тридцать он занимался неотложными, но легкими делами. Просто сидел, подписывал разные бумаженции. А Лена рассказывала их краткое содержание. По части всяких там административно-конторских тонкостей Лена была королева! Луговой даже шутил, что Ленуля вполне могла бы руководить всем их заведением… А ты, Олежек, говоришь!

И с легкой душой он набрал Олегов номер. Тем более что голова прошла… Он приготовился беседовать спокойно, дружески. Потом, один на один, надо, конечно, подпустить и упрека и железа. А сперва сразу показать общую тенденцию — мир. К тому ж их могли услышать: у Олега был параллельный телефон с отделом.

— Олег? Привет! Сан Саныч. По возможности срочно заскочи ко мне, есть?

И стал ждать, что он ответит. Ждать пришлось довольно долго.

— Поздно, — сказал Олег. — Машина крутится уже три дня. Думаю, через час все узнаешь.

Хорошо, что он был один в кабинете. Хорошо, что никто не видел его потерянную и злую физиономию. Он не нашелся что ответить и просто бросил трубку на рычаг. Башка тотчас опять разболелась!

Конечно, он поступил глупо. Но что же было делать? Наорать, как на зарвавшегося подчиненного? Потапов совершенно не был к этому готов. Он привык руководить учеными, а не склочниками… Нет, до чего осел! Что он, взбесился, в самом деле!.. Через час. Потапов посмотрел на огромные луговские часы. Было без четверти десять.

А что, собственно, может произойти через час? Да ни черта!

Рабочий день, однако, увядал на корню… Он вызвал Лену.

— Дай мне еще пираминалинку, а?

Лена прикрыла дверь.

— Может, тебе в медпункт сходить?

— А что мне в медпункте, лучше сделают? — Потапов махнул рукой.

Лена принесла таблетку, и минут двадцать он просматривал «Вестник МГУ. Серия «Химия» — ждал, пока пройдет голова. С больной ЭВМ он все равно был не работник.

Часы прозвонили четверть одиннадцатого. А все-таки я слежу за временем, подумал Потапов. И потом про Олега: вот саботажник, целое утро работать не дает!.. Все-таки он никак не мог всерьез обидеться на Олега.

Вошла Лена с папкой срочной почты.

— Можно, Александр Александрович? — Значит, в приемной кто-то был.

— Много там народу? — спросил Потапов.

— Коняев и Устальский.

Женя Устальский был парень, которого Потапов собирался сделать и. о. бывшего себя.

— А почты сколько?

— Три письма.

— Ладно. Пять минут — джентльменский срок, обождут. Давай сюда срочную!

По десять секунд на каждую он пробежал все три бумаги. Лена стояла с блокнотом, готовая стенографировать… Что-то царапнуло его, и он вернулся ко второй… Ну? Разучился с одного раза вникать, гриппозник!.. «Выявлены серьезные неполадки в работе соединительного узла «прибор» — дымовая труба, могущие привести к известным катастрофическим последствиям… Наблюдается утечка дыма, регистрируемая приборами типа НП («Нос приборный»)». Несколькими строчками выше: «Испытания, проводившиеся под руководством Потапова А. А., которым подписан акт…» А еще выше — сразу под грифом завода, где проводились испытания: «Луговому С. Н., копия — в министерство». Зачем же это делать, подумал Потапов, что они там, с ума посходили?.. Ведь в министерстве кое-кому только дай повыяснять — костей не соберешь. Да еще с такими формулировочками!.. Он посмотрел на подпись под