Люди, которых нет на карте - Евфросиния Игоревна Капустина

Кроме нас, троих волонтёров и водителя, в машине ещё один пассажир из деревни – тоже хочет выбраться в город с оказией. Болтает с водителем, рассказывает про своего родственника – пастуха, которого я совсем недавно снимала вместе с его коровьим стадом. Пару дней назад на стадо напал ягуар, хотел слопать корову, а попал на пастуха. Ягуару в целом было всё равно, кого лопать, но пастух не разделял его мнения.

Мужик достаёт телефон, начинает показывать водителю фотографии. Тот выпускает руль, наклоняется к экрану, щурится, рассматривает и ахает. Не выношу этого зрелища, отжимаю телефон у водителя под предлогом тоже посмотреть снимки. Тот снова берётся за руль, выравнивает машину до наклона в сорок пять градусов, а не в шестьдесят. Успокаиваюсь, смотрю в телефон. Голова пастуха с двумя глубокими рассечениями. Спина пастуха с пятью продольными рваными царапинами – от шеи до поясницы. Ягуар, распластанный на столе, с разинутой пастью и растёкшейся рядом лужицей крови. Пастух с третьего удара ножом смог его зарезать. Сам сейчас в госпитале лежит, успели отвезти.

За историями незаметно проползаем десять километров. Поселение Эль Розарио, отсюда в пять утра уезжает чикенбус до Чинандеги – самого ближайшего города с рынком, аптеками и слабым, но всё же существующим интернетом. Через три с половиной часа будем там.

На одной из остановок в чикенбус вползает потный мужчина с чёрной сумкой на голове – продавец. Здесь много что продают в автобусах: начиная от измученных солнцем тамалей, хлеба, воды и газировки в целлофановых пакетиках, заканчивая резинками для волос, наушниками, туалетной бумагой и лекарствами.

Вошедший продаёт как раз лекарства. Точнее, демонстрирует пассажирам две коробочки и, прерываясь на кашель, громким голосом презентует содержимое:

– Сеньоры, у меня есть одна большая мечта! Чтобы все были здоровы и жили свою лучшую жизнь! Уверен, что у каждого из вас есть такая же мечта. У меня есть таблетки из самой экологичной американской лаборатории, чтобы ваша мечта исполнилась. Одна таблетка раз в десять дней, и у вас больше не болит голова, вы спокойно спите, у вас много энергии для работы, нет проблем в сексе, вы не страдаете от диареи и боли в желудке, не умираете от инфаркта, живёте свою лучшую жизнь. Более того! Если у вас есть какая-то мечта: начать больше зарабатывать, переехать в другой дом, выйти замуж, родить ребёнка – после курса этих таблеток каждая ваша мечта сбудется!

Параллельно своей пламенной речи и гулкому кашлю продавец передвигается сквозь плотные ряды пассажиров и суёт в руки блистеры, вынутые из коробочек. Молодёжь поглядывает и хихикает, бабушки и дедушки пытаются прочесть надписи на пластинках. Я прочла на коробочках английские надписи «Омега-3» и «Витамин C». Всего за пятьдесят кордоб (это чуть больше ста рублей) мужчина продавал что-то типа рыбьего жира и аскорбинок в оболочке таблеток мечты.

Женщина с двумя егозящими и хнычущими детьми посмотрела на него усталыми глазами. Он шёпотом произнёс:

– Сеньора, только для вас продам за сорок кордоб. Купите здоровье детям.

Она купила одну пластинку. Не думаю, что она поверила в здоровье. Просто купила себе несколько минут покоя, во время которых дети успокоились и требушили блистер.

В Чинандеге я купила себе мятных леденцов на сорок кордоб. Мозг сначала сопротивлялся покупке и напоминал о вредности сахара. Потом до него дошёл один пробный леденец, он успокоился и пришёл к выводу, что, пожалуй, этот сахар не так вреден, как волшебные таблетки из чикенбуса.

Не мечта, конечно, да и не из экологичной лаборатории, но жить буду.

Обратный дневной автобус из Чинандеги в Эль Росарио.

Он рассчитан на сорок четыре сидячих места, но по факту в него и на его крышу утрамбовываются примерно сто человек – все с поклажей, с покупками. Моё лицо зажали между двумя спинами, я радуюсь, что можно повернуть нос чуть-чуть вбок и вдыхать раскалённый воздух хотя бы одной ноздрёй.

Где-то возле моего колена прозвучало испуганное «мяу». Минут через тридцать мне по сантиметру удалось вывернуть голову в другую сторону и опустить взгляд вниз.

Мужчина лет сорока пяти сидел, прижав к животу маленькую картонную коробку с проковырянными дырочками. Из дырочек поочерёдно показывался то кончик рыжего хвостика, то грязный сопливый носик, то драные гноящиеся кошачьи ушки.

Мужчина заметил, что я смотрю, улыбнулся и пояснил:

– Возле дороги лежал и плакал, так плакал… Не мог же я его там оставить, вот, взял, домой везу. Надо помыть и накормить.

Наклонился к коробочке, заглянул внутрь:

– Как ты там, Мучичито? Тебе жарко? Хочешь водички?

Открутил крышку от бутылки, налил несколько капель, спустил в коробку.

Мучичито попил и продолжил мяукать. Может, уже от радости, не знаю.

На коробку смотрела уже половина автобуса. Несколько человек тянули пальцы и совали их в дырочки, потрогать котёнка. Хозяин уже в седьмой раз пересказывал кому-то историю их встречи с новым питомцем. Годовалый малыш пробрался вплотную к коробке, засунул свой носик в каждую дырочку, понюхал и поцеловал шерстяного комочка во все места.

Мужчина отобрал коробочку, закрыл ото всех руками.

– Тебе страшно, Мучичито? Не бойся, я рядом. Хочешь, я сделаю больше дырочек?

Проковырял новые отверстия в картоне своим крупным ломаным ногтём.

Соседка по сиденью не выдержала возни рядом, спросила мужчину:

– Зачем вам котёнок?

– Ну, может быть, потом он будет охранять мой дом от мышей. Но это потом. А пока я буду охранять его от всего плохого.

Посмотрел на меня, как бы ища поддержки:

– Верно я говорю?

Я кивнула. Я подумала, что мир, в котором люди готовы охранять котят от всего плохого, – очень хорош и сможет быть таким долго.

Мучичито нашёл три идеальные дырочки, протянул в две из них лапки, а в третью сунул носик, перестал тревожно мяукать и задремал.

Наш администратор, кубинец Орландо, фотографирует почти каждый день всю еду – чем завтракаем, чем обедаем, чем ужинаем. Отправляет кому-то фотографии, гордым голосом записывает аудиосообщение с рецептом, всякий раз – словно сам всё готовил.

Мы с Марией хохочем, шутим, что Орландо у нас из администратора скоро шеф-поваром, а заодно и блогером станет. Он тоже хохочет над нашими шутками, но не сильно.

– Орландо, если серьёзно, зачем ты эти фотографии делаешь? Куда отправляешь?

– Семье своей отправляю! Папе с мамой, девушке, друзьям – всем отправляю.

– Так зачем каждый день? Еда у нас почти одинаковая каждый раз, ничего