Свидетели самоизоляции - Юрий Беккер

Потом мы сели в лифт и нашли нашего уставшего товарища спящим в «Круизере» Потапова. Не спрашивайте, как Борис оказался в машине, потому что отсутствие брелока Андрюха обнаружил, лишь выйдя на улицу, а потерянная сумка сиротливо стояла у правого заднего колеса. Полагаю, Запятой решил помочь женщинам с багажом, Андрюхе – с открытием «Круизера», а мне – с тем, что сам ушел из квартиры, однако справился только с частью задуманного.

Лея Давидовна впала в ярость, но ругать принялась меня. Во-первых, потому что ругать спящего Бориса не имело смысла, а во-вторых, не помню почему. На следующее утро Катерина тоже выразила неудовольствие, но в сдержанных выражениях, из чего я сделал вывод, что, отнеся Бориса домой, я послушно пошел спать.

И если вечером я чувствовал себя полноценной, свободной, готовой к любым приключениям личностью, то, проснувшись, осознал себя каким-то странным организмом, возможно, инопланетного происхождения, непривычного ни к местной гравитации, ни к запахам.

Другими словами, утро получилось так себе. Кофе оказался с привкусом стирального порошка, Катерина дулась, и даже Баффи поглядывала на меня с укоризной. Утешало только то, что утро наступило в половине первого дня, и голова не болела. Я выпил кофе – в молчании, принял душ – в одиночестве, но когда вышел из ванной и почувствовал запах завтрака, то понял, что Катерина сменила гнев на милость. Покончив с омлетом с овощами, спросил, чем мы будем заниматься, тонко намекнув, что не прочь поваляться до вечера на диване с красавицей женой и потупить перед телевизором. В ответ услышал, что провалил обещание вставать рано утром. Ответил, что вчерашний день не считается, потому что я провожал друга. Услышал, что считается, и расстроился. Потом услышал, что обещал помочь покемоновской подруге разобраться с родственниками, удивился, но виду не показал. Еще услышал, что обещал это сделать с утра, хвастаясь всем, что даже на самоизоляции продолжаю вставать ни свет ни заря. Удивился еще больше и позвонил Покемону.

В общем, в три часа дня мы встретились во дворе: я пришел к машине, а Покемон привел подругу. Которая сразу протянула мне руку.

– Саша.

– Разве мы вчера не знакомились?

Зная себя, я был уверен, что знакомились, но деталей не помнил.

– Я решила, что нужно повторить.

Покемон заржал, но тут же заткнулся, споткнувшись о мой выразительный взгляд человека в похмельной меланхолии. После чего я скрыл свой выразительный взгляд под солнцезащитными очками и посмотрел на девушку:

– Юрий. Можно Юра и на «ты».

– Вчера вы сказали то же самое и с точно такой же интонацией.

Покемон хмыкнул. Я досчитал до четырех с половиной и повторил:

– Можно на «ты». – Надеюсь, с точно такой же интонацией.

Девушка улыбнулась.

Она не была красива. Нос несколько великоват, рот широковат… А вот глаза удались на славу: большие, выразительные, очень красивого орехово-коричневого цвета, они притягивали и не отпускали. Не гипнотизировали, просто были красивыми. Колдовские глаза. Не взгляд, а глаза. Взгляд у Саши был весел.

А в компенсацию за не самое красивое лицо природа наделила девушку великолепной фигурой: Саша оказалась невысокой, на полголовы ниже меня, но очень ладной. Стройной и подтянутой там, где нужно, и округлой везде, где необходимо. В настоящий момент округлости замечательно подчеркивали обтягивающие джинсы и футболка. Джинсы, как это модно, оказались короткими, белые кроссовки – низкими, и потому желающие или просто внимательные могли разглядеть татуировку на левой ноге девушки, чуть выше щиколотки.

Покемон спросил, можно ли ему не ехать, потому что у него очередная съемка, я ответил, что пользы от него не будет, и отпустил. Что же касается Саши, то, расположившись на переднем сиденье, она некоторое время молчала, видимо, надеясь, что я начну заливаться соловьевым, а когда поняла, что последствия вчерашних проводов погрузили меня в меланхолию, неожиданно сообщила, что ожидала увидеть меня на «БМВ».

– У меня был.

– «Х6»?

– Нетрудно догадаться.

– Почему?

– Потому что мы едем в его однокласснике, только от «Ауди». – Год назад я решил что-то поменять в жизни и пересел на «Q8».

– Я не особенно разбираюсь в машинах, – протянула Саша. – Думала, «Х6» и твоя машина – обыкновенные внедорожники.

Будь я чуть менее меланхоличным, то с удовольствием начал бы долгий, увлекательный, по-настоящему мужской, брутальный рассказ о мощных, быстрых тачках и чем они отличаются друг от друга, благо есть о чем рассказать. Но все мы знаем, что настоящие мачо немногословны, и вместо этого я попросил:

– Расскажи о своих родственниках.

– Зачем? – удивилась девушка.

– Затем, что у тебя с ними настолько натянутые отношения, что ты не рискнула отправляться за вещами одна. Я должен выбрать правильную линию поведения, а для этого – понимать, что между вами случилось.

– Но… – Саша выдержала паузу. – Не думаю, что они захотят с тобой подраться. Мы просто заберем вещи.

– Мы не знаем, что там будет, – сказал я.

– Это верно.

– А Покемон, которому ты все рассказала, ехать отказался. – Я зевнул, не забыв отвернуться к окну, и следующую фразу произнес чуть жестче: – Пожалуйста, не тяни время и расскажи, что между вами произошло.

– Гена не говорил?

– Может, и говорил, но вчера мы были слишком заняты: помогали Андрюхе собираться на дачу.

– Да, я видела, – дерзко произнесла Саша, но я решил не обращать на язвительное замечание внимания, потому что дальше она приступила к рассказу: – В принципе, между нами ничего не произошло… В смысле – ничего удивительного не произошло… Начну сначала. Мои родители погибли в автокатастрофе, когда я училась в последнем классе. До сих пор не понимаю, как я ухитрилась сдать экзамены… – Вспомнив о родителях, девушка на мгновение сбилась, но тут же продолжила рассказ: – Все меня жалели, помогали, и тетя Валя тоже… Тетя Валя – это родная мамина сестра. Она с мужем живет в их старой квартире, мы туда сейчас едем. А мама после свадьбы к папе переехала. А после смерти родителей я вернулась в комнату, потому что жить одной мне не разрешили. И сначала все было нормально. Потом тетя Валя стала говорить про наследство, все повторяла, что «нужно привести дела в порядок». У нас дача была очень большая и рядом с Москвой, одна на две семьи. Она маме и тете Вале от дедушки осталась. Тетя Валя сказала, что если я от дачи откажусь, они мне одну из комнат в своей квартире выделят. Я тогда не понимала, что это не их квартира, а общая, и комнату мама давно на себя оформила, поэтому подписала все, что тетя Валя велела. Школу закончила, в институт поступила. Ту квартиру сдавала, жила у тети Вали, как соседка.