Свидетели самоизоляции - Юрий Беккер

Тыльной стороной ладони…

Я даже пропустил первый вопрос и посмотрел на брата Диму после того, как он повторил:

– Ты кто такой?

И его грубый голос привел меня в чувство.

– Саша не сказала, что нас будет двое?

– Нет.

– Значит, не сочла нужным. – Я ободряюще улыбнулся девушке и чуть громче, но четко разделяя слова, чтобы дошло до всех присутствующих, спросил: – Почему ты плачешь?

Давая понять, что ничего важнее сейчас нет.

Истинная суть вопроса дошла только до Саши и тети Вали, видимо, семейным признаком у них был не только невысокий рост, но и наличие мозгов. И среагировали они, что интересно, одинаково: Саша отступила к окну, уперевшись в подоконник, а ее тетя сделала шаг назад. Мужики же уставились на меня одинаковыми, весьма неприязненными взглядами.

– Юра, они сказали, что заберут мою комнату!

– Они сказали, как это у них получится?

– Нет.

– Тогда не волнуйся, милая, правильный ответ: «Никак», если ты сама этого не захочешь. А ты не захочешь.

– Почему ты так думаешь? – хрипло спросил дядя Коля.

– Потому что если вы доведете мою девочку, я куплю у нее комнату и поселю сюда человек тридцать гастарбайтеров. Или пару ушлых ребят, специалистов по выживанию соседей, которые за полгода превратят эту халупу в такой свинарник, что вы с радостью обменяете ее на «однушку» в Капотне. – Я вновь повернулся к девушке. – Вещи на месте?

– Да.

– Замок был цел?

– Да.

– Тебе нужно переодеться?

– Да.

Я посмотрел на родственников:

– Вы слышали: моей девочке нужно переодеться. Пошли вон отсюда.

Наступил самый опасный момент нашей милой родственной встречи. Именно сейчас тети, дяди и двоюродные братья должны были решить: бросаться на меня или нет? Брат Дима изготовился, он не сомневался, что они с папашей меня «уроют». Дядя Коля сомневался, все-таки жизнь его чему-то научила, но было ясно, что если сын начнет драку, отец обязательно поддержит. Умная Саша молчала, всем своим видом показывая, что не сомневается в исходе, и я думаю, именно ее спокойствие помогло разрулить ситуацию. Потому что умная тетя Валя смотрела не на меня, не на мужа и сына, а на Сашу. Тетя Валя впервые меня видела, но отлично знала племянницу и, увидев ее спокойствие, сделала шаг вперед:

– Дима, выйди, пожалуйста, из комнаты. Позволь сестре переодеться.

Парень вздрогнул. Дядя Коля изумленно посмотрел на жену, но поддержал ее:

– Димон, делай, как велит мать.

Я освободил проход, и родственники вышли, при этом младший родственник не забыл толкнуть меня плечом. На что я не среагировал. Улыбающаяся Саша прикрыла дверь, но именно прикрыла, и, стоя в коридоре, я все равно видел, как она разулась и принялась стягивать джинсы. Я не ханжа, поэтому врать не стану: мне нравилось то, что я видел, и я с удовольствием смотрел на фигуристую девчонку, решившую отблагодарить меня самодеятельным стриптизом.

– Ты, типа, крутой? – хрипло спросил дядя Коля. Жена схватила его за руку, но он отмахнулся: «Я только спросить!» – и повторил: – Крутой?

– Нет.

– Нет? – Дядя Коля явно ожидал другого ответа.

Повторять я не стал, поскольку Саша как раз расстегнула лифчик и стала медленно снимать его, стоя вполоборота ко мне и демонстрируя, что грудь у нее не только большая, но упругая, а соски весело смотрят вверх. Ноздри у меня непроизвольно раздулись, и дядя Коля, который понял, чем я любуюсь, взбесился окончательно.

– Чем ты занимаешься, если не крутой? Чего молчишь?

Тем временем нахалка наклонилась, собираясь переодеть трусики, и я отвернулся. Даже у моей выдержки есть предел.

– На что ты смотришь?

Брат Дима сделал шаг ко мне, но остановился, услышав обращенный к отцу вопрос:

– Саша рассказывала, что ты пытался ее трахнуть?

Я чуть повернулся, закрывая обоим родственникам возможность дальнейшего движения.

– Что? – замер дядя Коля.

– Сказала, ты начал приставать, когда она еще в школе училась.

– Я?

– Тебе какое дело? – подал голос брат Дима. Но не слишком уверенно.

А вот тетя Валя покраснела и отвела взгляд. Хорошо, что хоть у кого-то в этой семье есть совесть. Или ее рудименты.

– Мечтать о моей девочке можете сколько угодно и каким угодно способом. – Для доходчивости я изобразил правой рукой, как именно отцу и сыну впредь предстоит мечтать о Саше. – Могу даже скинуть пару ее фото на случай, если у вас фантазии не хватит. Но если Саша еще раз на вас пожалуется, я сюда приеду без нее. Но не один. И говорить с вами буду иначе. А может, вообще не буду говорить.

Речь произвела впечатление. Не хочу хвастаться, но я умею подбирать нужные слова и произносить их правильным тоном. Однако главная хитрость заключается в том, что в такие моменты к собеседникам ни в коем случае нельзя прикасаться и не делать провоцирующих движений: если выбрано Слово, нужно работать только Словом. Слово – очень сильное оружие, просто не все это понимают.

Брат Дима посмотрел на отца, тот попытался вступить в переговоры:

– Послушай… – Но попытка не удалась.

– Что значит «послушай»? – искренне изумился я. – Ты вконец охуел? Ты думаешь, я приехал тебя слушать? Или с тобой разговаривать? Я приехал сказать то, что сказал.

То, что вы сейчас услышали. И теперь вы должны об этом думать. И чтоб больше от вас ни звука.

А Саша в очередной раз подтвердила свой ум. Последние несколько секунд она подслушивала наш разговор и распахнула дверь именно в то мгновение, когда было нужно. Как будто я подал знак.

– Вещей оказалось не очень много, – сообщила она, протягивая мне плотно набитую сумку.

– Остальное купим.

– Тогда поехали.

Она заперла дверь комнаты, взяла меня за руку и потянула по коридору. Родственников демонстративно игнорировала. Родственники на это промолчали.

Когда мы подъезжали, я спросил у девушки, куда выходят окна квартиры, и поставил «Ауди» точно под ними. И, выйдя из подъезда, точно знал, что семья внимательно за нами наблюдает.

– Что теперь? – спросила Саша.

– Теперь делаем так… – бросил я сумку в багажник. – Поцелуй меня и сделай вид, что хочешь сесть за руль.

– Я и правда хочу сесть за руль.

– Так далеко наши отношения еще не зашли.

– Умеешь ты обламывать.

– Не нужно выходить из роли: испортим впечатление.

Саша подошла, потянулась и поцеловала меня в губы. Задержавшись чуть дольше, чем требовала роль. А отстранившись, прищурилась:

– Понравилось?

– Что тут может нравиться? Я всего лишь помогаю тебе привести родственников в чувство.

– Всего лишь?

Она рассмеялась и распахнула дверцу, делая вид, что собирается усесться за руль, но я хлопнул ее по попке, заставив недовольно надуть