Идеалистка - Лилия Фандеева

В октябре четырнадцатого Ксении исполнилось двадцать восемь. Коллеги её поздравили в пятницу, зная о её командировке, а брата с женой она пригласила на воскресный обед. Через пару часов они ушли, а Ксения навела порядок и начала укладывать вещи в чемодан для поездки. Их было немного, но нужно было предусмотреть все мелочи. Она действовала по принципу: «Всё своё вожу с собой» и ни разу не ошиблась. Её рейс на Стамбул был в восемь утра. Поставив чемодан в прихожей, налила в бокал шампанского, села на диван, рассеяно глядя на экран телевизора. Расслабившись, она задремала. Разбудил её звонок в дверь.

– Ты? – удивилась она, увидев на площадке Артёма с букетом. – Проходи. Ты настоящий или я ещё не проснулась?

– Настоящий. Приехал тебя поздравить, – он протянул букет.

– Приехал поздравить? – она приняла от него цветы и положила их на столик. – Поздравляй, раз приехал, – она обняла его за шею и поцеловала, – или передумал? – спросила она чуть с иронией.

Артём сбросил с себя куртку, прижал её к себе и, страстно целуя, пытался снять обувь. Когда это получилось, он подхватил Ксению на руки и отнёс в спальню. Не было сказано не единого слова, только едва слышные стоны изредка нарушали тишину. Их накрыла всепоглощающая страсть, которая гасла и вспыхивала снова…

На город опустились сумерки. Артём не знал, что сказать, чтобы не испортить момент. Он смотрел в потолок и думал о том, что сам всё разрушил: «Пока Ксения не знала о моей связи с Ленкой, она была как наркотик. Но зависимость прошла, как только жена выставила меня за порог. По сути, я сам себя всего лишил и не приобрёл ничего нового. Три года мы были вместе, три прошли после развода. Почему она молчит? О чём думает и что будет дальше?»

– Артём, ты не уснул?

– Нет. Жду твоего решения.

– Ты можешь уйти прямо сейчас, можешь остаться до пяти утра, но с условием, что ты не заводишь разговоров об отношениях, ни прямо, ни косвенно. Я еду в аэропорт ближе к шести.

– Тогда зачем всё это?

– Раньше у тебя такого не было? Прости, меня немного занесло, а ты не возражал. У тебя есть выбор, – она, не стесняясь, прошла в ванную.

Артёму не хотелось уходить. Он вспомнил свою семейную жизнь, которой был больше чем доволен. «Ксения стала немного другой, но не менее желанной. Я не могу объяснить даже себе, что меня так тянет к ней и почему. Да, я вспоминаю её часто, но быстро переключаюсь. Стоит увидеть её или поговорить, я «плыву», едва сдерживая себя», – думал он, замечая, что бывшая жена появилась в халате.

– Ужинать будешь? Если «да», жду на кухне.

– Далеко летишь?

– В Стамбул на два-три дня. У меня новая должность в компании. Садовский готовит себе приемника, а я пытаюсь как-то разобраться в рыночных отношениях.

– Поэтому ты становишься такой самостоятельной?

– Не говори глупости. Я всегда была самостоятельной, не делала ставку на карьеру, зная свои возможности. Правда, в рот тебе не заглядывала. С этим спорить не будешь? Присаживайся. Есть недопитое шампанское.

– Наливай. Я всё же тебя не понимаю. Почему ты позволила уложить себя в постель, если не хочешь продолжения отношений? О чём-то ты же думала?

– Не думала я ни о чём. Просто хотела посмотреть на твою реакцию, а потом потеряла контроль. Мог бы и отказать. Я и к этому была готова. Знаешь, я обещала Павлу начать устраивать свою личную жизнь, когда он поправится, а с чего начать не знаю. У меня нет ни друга, ни любовника, а как говорит наша общая знакомая: «Быть одной в моём возрасте неприлично». Вот я и решила начать с тебя, со старого знакомого, – Ксения вздохнула. – Как-то слишком просто всё стало. До отвращения просто. Захотели – переспали, забыли, пропали, поженились, развелись. Бездумно и безответственно всё как-то. Быстро и просто. И никто ни в ком не нуждается, и никто никому не должен. Ни тебе обязательств, ни чувств. Странно, но даже бродячие собаки и кошки не подпускают всех подряд.

– Ты виделась с Еленой?

– Я была летом прошлого года на встрече выпускников. Там и пересеклись. А вы давно виделись?

– Я с ней не встречался после того случая. Я думаю, у тебя не получится часто менять мужчин.

– Почему? Буду менять, пока не найду то, что мне понравится, – Ксения усмехнулась. – Как-то я замуж не собираюсь, а ребёнка готова родить через пару лет.

– Хочешь, сделаем это вместе?

– Нет. Я сделаю это позже осознано и тайно. Отец моего ребёнка должен быть не только физически здоров, но и вызывать во мне интерес.

– Случайная связь?

– Об этом я пока не думала. Твоё здоровье. Ты решил уехать или остаться?

– Останусь и провожу тебя в аэропорт.

– Я поеду на своей машине. Мне так удобнее.

– Ксюш, ты позволишь мне воспользоваться моментом и потерять контроль? – усадив её на стол, спросил он и развязал пояс на халате.

– Дерзай! Говорить о нравственности уже поздно…

– Я позвоню? – спросил Артём в лифте, спускающемся вниз.

– Звони. Я отвечу, но продолжения не будет. Я слышала, ты собрался жениться. Занимайся своей жизнью, а о том, что было – забудь.

– Я собираюсь не в первый раз. Собираться, не значит жениться.

– Вот об этом я тебе и говорила. Отношения без обязательств – хорошая штука. Зачем что-то обещать, если не собираешься это исполнять?

В командировку Ксения летела вместе с сыном Садовского. Тот прямо ей сказал: «Я не могу водить его по кругу и не видеть результатов. Поедет с тобой без меня и будь что будет». Уже в самолёте, она решила поговорить с Антоном, так как сама переживала за итог переговоров. Она вспомнила, как её встретили без Садовского, когда помогла только смекалка. Садовский младший делал вид, что спит.

– Антон Викторович, вы можете меня выслушать спокойно без эмоций и принять то, что я предложу? – говорила она, положив свою руку на его ладонь.

– Говори.

– Почему вы такой зажатый? Не обижайтесь. Это вижу не только я. Вы чего опасаетесь? Чего боитесь? Вы приходите в магазин и не думаете о продавце, который берёт с вас деньги за товар, и, тем более, не пытаетесь ему понравиться. Хамить ему не надо, но и благодарить с реверансами не стоит. Наши партнёры – это те же продавцы. Без таких как мы, их бы просто не было. Наш турецкий, скажем, продавец, уважительно относится к вашему отцу, который придерживается такой позиции.