Работа над ошибками - Мария Лисицына

— Тебя кто-то из нас обидел? — спросил Игорь. — Скажи сейчас. Я тебя обидел?

— Нет, — коротко ответила Даша, и помолчав продолжила, — никто меня не обидел…

— Даш, ты здорова? Может быть… Может быть, ты борешься с какой-то болезнью? — робко вклинился Вова.

— Нет, Вовчик, я здорова, как никогда.

Вова кивнул, два раза моргнул и больше голоса не подавал.

— Черт знает, может, ты в какой-то секте, у меня с троюродной сестрой такое было, — выдала Таня, — или, может, у тебя депрессия из-за Егора всё-таки? Может, ты подсела на что-то? У тебя есть суицидальные мысли?

— Что? Нет. Да я уже забыла про этого неудачника.

— Точно? — воскликнула Лера. — Вы точно — всё?

— А то тебя это остановило бы! — в сердцах воскликнула Даша, но тут же осеклась: она не знала, когда именно Егор начал изменять ей с Лерой, поэтому не знала, имеет ли право уже злиться на неё.

Даша снова оглядела присутствующих. Сложно было абстрагироваться от собственных воспоминаний и видеть в собравшихся тех, кем они являлись сейчас — обеспокоенных друзей.

Вот Таня, которая пообещает после выпуска поддерживать связь и видеться хотя бы раз в месяц, но вскоре растворится где-то в заботах, делах, станет перезванивать всё реже. Однажды она вовсе забудет перезвонить и никогда уже не вспомнит об этом.

Вот Вова, который был хорошим другом и компанейским парнем ровно до тех пор, пока не решил заявить Даше о своих чувствах. Это был тот редкий случай, когда она не изображала из кокетства недоступность и непонимание, а правда не замечала сигналов. Когда же в день назначенной дружеской встречи он заявился с охапкой цветов и, краснея, признавался в любви, Даша сгорала от стыда, растерянности и злости. Ну почему он всё испортил? Почему раньше не намекал? Она пыталась перевести разговор в шутку, что только усугубляло ситуацию, краснела в ответ и мечтала, чтобы этот разговор скорее закончился. Даша была готова развернуться и просто убежать, позже сославшись на увиденное приведение, диарею или невыключенный утюг. Но Вова был настойчив, игнорировал намёки, снова краснел и пытался поцеловать.

При воспоминании о том дне к Даше возвращался жгучий стыд, обида и разочарование. Они договорились быть друзьями, но с того дня больше не виделись.

Или вот, Лера эта, например. Можно ли на неё злиться за то, чего она, возможно, ещё не совершала? Но ведь может же! Она в принципе на это способна!

Вспомнилось, как они ездили вдвоем с палаткой на море, но, не выдержав лишений дикого отдыха, сняли дешёвую комнатушку. Половину их поездки лил дождь, Лера варила какао, Даша делала бутерброды, и они до поздней ночи смотрели мелодрамы и фантастику. Или как Даша приходила ночевать к Лере, и они устраивали киновечера в пижамах и с масками на лице. Или как до утра танцевали в дешёвом кабаке, не пройдя фейс-контроль в модный клуб. А ещё вспомнилось, как Лера виновато смотрела на Дашу, признаваясь в интрижке с Егором. Зачем она созналась тогда, Даша так и не поняла. Может, не хотела лгать, а может, хотела вывести их грязную связь в свет. Легализовать, что ли. Её сложно было ненавидеть: она всегда была доверчивой и легкомысленной, но и простить тоже не получалось. Девушки даже некоторое время после того разговора продолжали общаться: не то по инерции, не то в попытке сохранить лицо, но для этих отношений требовалось много усилий. Слишком много.

И Игорь. Ей очень хотелось снова обрести своего лучшего друга, но думая о том, на что он способен, она чувствовала себя как мотылёк, летящий на пламя свечи. Даже не так — это слишком поэтично для отвратительной истории, случившейся между ними. Скорее, как венерина мухоловка и насекомое. Но вот же он здесь, ещё заботливый, честный и добрый, пока ещё не похожий на венерину мухоловку.

— Это было всего один раз, — сдавленно произнесла Лера, — как ты узнала? Я не хотела тебя… Я думала…Он сказал, что вы расстались.

Даша поджала губы.

— Да-а-а-а… — протянула Даша, — единожды солгавши…

— Что? Я никому не лгала. Мы… Понимаешь, вы же расстались, ты сама сказала, а так бы, я — никогда.

— Ну конечно. Никогда бы.

— Даш, я клянусь. Если б я знала, что у тебя к Егору ещё что-то есть, я бы — никогда.

Краем глаза девушка заметила, что часы на её руке начали мигать — Дашино сердце рухнуло в пятки, но вскоре часы, а за ними и сердце снова вернулись к привычной работе. Девушка несколько раз поднесла часы к уху, затем убедилась в яркости и стабильности изображения и только после этого продолжила беседу.

Странно было вспоминать прошлые обиды сейчас, когда всё произошло по-другому: Егор не изменил — их отношения с Лерой начались после расставания, Вова, возможно, не влюбился, раз он не был очарован смелостью Даши на дне рождения, а Игорь ещё не стал жадным, циничным обманщиком. Теперь этого может не случиться, но червоточина запрятана в этих людях, и Даша не могла перестать об этом думать.

— Послушай, как бы то ни было, мы все за тебя сильно переживаем. Ты здорова? Что происходит?

— Да, Ян, я верю, что вы все СЕЙЧАС за меня переживаете. Но мне не нужны нотации. Слушайте, я пойду.

Внезапно ей стало так тоскливо, горько и одиноко — пусть предательство, обиды и неловкость в этой реальности не случились. Но и ничего светлого, запоминающегося, яркого тоже не произошло. Новые события были отглаженными, стерильными и пресными. Она просто хотела повеселиться, потанцевать, поиграть в «Крокодила» и «Дженгу», придумать пару шуточек, которые вся компания будет повторять этим вечером и которые потом будут соединять их как пароль и отзыв. Разве это так сложно? И как могло дойти до такого? Словно реальность чувствовала её чужеродность и не впускала в себя.

Она молча встала из-за стола, оглядела собравшихся, немного подумав, забрала со стола бутылку виски, принесенную с собой, и пошла к двери. В дверях она повернулась.

— Увидимся, — глядя в глаза Яне, сказала она.

Глава 26

К бесконечному списку дел по самосовершенствованию прибавилась подготовка к конференции. Сведения о грядущем дали только вектор Дашиной работе о перспективах развития малого и среднего бизнеса, остальную информацию пришлось добывать из книг, методичек, диссертаций, научных статей. Долгие часы Даша проводила в библиотеке и на