Троецарствие - Ло Гуаньчжун

— Зачем сюда принесли вещь, предвещающую несчастье? — спрашивали друзья, заметив гроб.

— Вэйский ван оказывал мне великие малости, и я клянусь отдать за него свою жизнь! — отвечал Пан Дэ, вставая из-за стола с кубком в руке. — Я иду в Фаньчэн на смертный бой с Гуань Юем, и если я не убью его, то погибну сам. Погибну или от его руки, или покончу с собой. Этот гроб я возьму с собой и в нем либо сам привезу голову Гуань Юя, либо будет привезен мой труп.

Все печально вздохнули.

Пан Дэ позвал свою жену, госпожу Ли, и сына Пан Хуэя и сказал:

— Меня назначили начальником передового отряда, и долг повелевает мне, не щадя своей жизни, защищать государство. Если я погибну, ты должна хорошо воспитать моего сына. Он обладает большими способностями и, когда вырастет, отомстит за меня.

Жена и сын со слезами попрощались с Пан Дэ. Выступая в поход, он приказал везти за ним гроб.

— Я буду биться с Гуань Юем не на жизнь, а на смерть, — обратился Пан Дэ к военачальникам, — и если я буду убит, положите меня в этот гроб. Если же я убью Гуань Юя, то в этом гробу привезу его голову Вэйскому вану.

— Вы храбры и преданы своему господину! — воскликнули в один голос военачальники. — Мы отдадим все свои силы, чтобы помочь вам!

Когда Пан Дэ вышел из города, кто-то передал Цао Цао его слова, и тот радостно воскликнул:

— Пан Дэ храбр и предан мне, я могу быть спокоен!

— И все же храбрость Пан Дэ безрассудна, — заметил советник Цзя Сюй. — Меня очень беспокоит его желание вступить в бой с самим Гуань Юем.

Цао Цао согласился с этим и тут же приказал гонцу догнать Пан Дэ и вручить ему письмо. Вэйский ван еще раз напоминал своему военачальнику, что Гуань Юй очень умен и храбр. Сражаться с ним надо, соблюдая большую осторожность. Можно будет его одолеть — хорошо, а если нет — пусть Пан Дэ бережет себя.

Гонец догнал войско и передал Пан Дэ приказ Цао Цао.

— Напрасно Вэйский ван так высоко ставит Гуань Юя! — сказал Пан Дэ своим военачальникам. — Я уверен, что на этот раз мне удастся развеять его тридцатилетнюю славу!

— И все же приказ Вэйского вана надо исполнять! — ответил Юй Цзинь.

Всю дорогу Пан Дэ нетерпеливо подгонял свое войско и вскоре подошел к Фаньчэну. Громко похваляясь своей силой, он приказал бить в гонги и барабаны.

Гуань Юй находился у себя в шатре, когда к нему примчались дозорные с донесением, что к городу подходит войско врага.

— Армию ведет, — рассказывали они, — полководец Юй Цзинь, а начальник передового отряда — Пан Дэ, и он везет с собой гроб. К тому же он непристойно бранится и клянется, что будет биться с вами насмерть, полководец! Войско его уже в тридцати ли от города.

Гуань Юй побледнел от гнева, его прекрасная борода встала дыбом, и он закричал:

— Жалкий мальчишка! Да как он смеет так говорить! Все герои Поднебесной трепещут передо мной! Так пусть же Гуань Пин берет Фаньчэн, а я расправлюсь с ничтожным Пан Дэ!

— Отец! — воскликнул Гуань Пин. — Вы велики, как гора Тайшань, вам не пристало связываться с простым булыжником. Кто вы и кто Пан Дэ — это и так всем ясно! Разрешите мне сразиться с ним!

— Хорошо, попытайся, — согласился Гуань Юй. — Если будет необходимость, я помогу тебе.

В ту же минуту Гуань Пин выбежал из шатра, схватил меч, вскочил на коня и помчался навстречу Пан Дэ.

Войска противников выстроились в боевые порядки друг против друга. Гуань Пин издалека увидел большое черное знамя с крупной белой надписью: «Наньянский Пан Дэ». Сам Пан Дэ в синем халате и серебряном панцыре, с мечом в руке восседал на белом коне впереди своего войска. Несколько воинов вышли вперед, неся на плечах гроб.

Гуань Пин громко закричал, называя Пан Дэ злодеем, изменившим своему господину.

— Это еще кто такой? — спросил Пан Дэ своих воинов.

— Гуань Пин — приемный сын Гуань Юя, — отвечали ему.

— Вэйский ван повелел мне отсечь голову твоему отцу! — изо всех сил крикнул Пан Дэ. — Я не стану связываться с тобой, мальчишка! Зови отца!

Разъяренный Гуань Пин хлестнул коня и, размахивая мечом, бросился на Пан Дэ. Они схватывались около тридцати раз, но не могли одолеть друг друга и разъехались передохнуть.

Оставив в лагере у стен Фаньчэна военачальника Ляо Хуа, Гуань Юй сам поскакал на помощь сыну. Гуань Пин рассказал ему о прерванном поединке, и Гуань Юй решил сейчас же сразиться с Пан Дэ.

— Гуань Юй здесь! — закричал он громоподобным голосом, выезжая вперед. — Эй, Пан Дэ, иди за своей смертью!

Загремели барабаны, расступились воины, и перед строем появился Пан Дэ.

— Я получил приказ Вэйского вана отрубить тебе голову! Если не веришь, взгляни на этот гроб! Трус боится смерти! Слезай с коня и сдавайся!

— Дерзкий болтун! Какой из тебя прок! — презрительно выкрикнул Гуань Юй. — Жаль пачкать о тебя меч Черного дракона! — И, подхлестнув коня, он налетел на Пан Дэ. Более ста раз сходились они в жестоком поединке, но, казалось, силы их только удвоились. Воины обеих армий, затаив дыхание, следили за ними.

Наконец Юй Цзинь, боясь, как бы Пан Дэ сгоряча не совершил ошибки, приказал бить в гонги. Гуань Пин тоже дал сигнал к окончанию боя, опасаясь, что его старик отец не выдержит такого длительного сражения. Поединок окончился.

Обращаясь к военачальникам, Пан Дэ сказал:

— Вот сегодня я убедился, что Гуань Юй действительно герой!

В этот момент к Пан Дэ подошел Юй Цзинь:

— Вы дрались с Гуань Юем очень долго, но успеха добиться не смогли. Не лучше ли нам временно отступить и укрыться от него?

— Вэйский ван назначил вас главным полководцем, а вы хотите показать врагу свою слабость! — возмущенно воскликнул Пан Дэ. — Нет, я не отступлю! Завтра мы с Гуань Юем решим, кому из нас суждено умереть!

Юй Цзинь умолк, больше не решаясь возражать.

Вернувшись в свой лагерь у стен Фаньчэна, Гуань Юй сказал Гуань Пину:

— Пан Дэ искусно владеет мечом! Поистине, я бился с достойным меня противником!

— Пословица гласит: «Новорожденный теленок не боится тигра», — с насмешкой ответил сын. — Кто он такой, этот Пан Дэ? Простой тангут! Если вы и убьете его, славы вам не прибавится. А если вы пострадаете, моему дяде, Ханьчжунскому вану, не на кого будет опереться!

— Этого мальчишку Пан Дэ я должен уничтожить, иначе пострадает моя честь! — возразил Гуань Юй. — Я уже все решил, и больше не говори об этом!

На следующий день Гуань Юй подошел с войском к лагерю Пан Дэ. Тот вышел навстречу, и снова начался поединок. После пятидесяти схваток Пан Дэ бежал, подняв меч в вытянутой руке. Гуань Юй погнался за ним. Пан Дэ украдкой повесил меч на седло и наложил стрелу на резной лук; Гуань Пин зорким глазом уловил быстрое движение Пан Дэ и угрожающе закричал: