Не потерять себя - Олег Николаевич Попенков

– Спокойно, спокойно, ты же мужчина! – и встал.

А потом, дотерпев до перерыва, восстановился и выиграл бой.

– Надо взять себя в руки, – прошептал Егор, подбадривая самого себя.

Превозмогая боль и слабость, он встал и, волоча ногу, сделал несколько шагов вдоль ямы.

– Ну, вот и погуляли, – тяжело опустился на землю узник. Немного отдышавшись, зашарил рукой в поисках хлеба. – Надо заставить себя немного поесть.

– Где ротный? Мы не нашли его, – поднял голову раненого бойца командир второго взвода. Виктор и его группа, не найдя дороги в горах, в обход позиции духов поспешили вернуться назад. Но было поздно. Бой уже завершился, и на узкой горной террасе вперемешку лежали убитые и раненые советские бойцы и моджахеды.

– Его, раненого, утащили духи, – еле слышно, тяжело шевеля пересохшими губами, прошептал солдат.

– В каком направлении, ты видел?

– Туда, – кивнул головой в сторону гор раненый боец и потерял сознание.

– Всех живых вниз! – скомандовал Виктор. – За остальными вернёмся позже.

– Ну что, подумал? – грозно зыркая чёрными глазами, спросил человек в чалме.

Егор стоял молча, не отводя глаз от бородатого. Что-то сказав своим людям, моджахед потянулся за автоматом. Пленника волоком потащили к обрыву.

– Ну вот и всё! – прошептал Егор.

Бородатый взвёл затвор и направил автомат на раненого офицера:

– Говори «Аллаху акбар!»[8], или пристрелю!

Егор молчал, глядя в искажённое злобой лицо духа. Раздалась автоматная очередь. Пули просвистели над головой пленника.

– Это последнее предупреждение, понял? Ну!

– Господи Иисусе Христе, помилуй мя, грешного! – вновь вспомнил Егор, как учила его, маленького, молиться бабушка Устя.

Вдруг раздался грохот разрыва и кишлак заволокло дымом. Тут же послышался стрёкот вертушек, и пулемётные трассы легли перед помостом.

Егор бросился на землю. Падая, он увидел, как пули достали бородатого и защёлкали по деревянному настилу, откуда со всех ног бросился наутёк араб. Но далеко убежать ему не удалось. Следующая пулемётная очередь чиркнула стрелой по его спине, и он, раскинув руки, упал лицом вниз.

Егора погрузили на носилки. У самого вертолёта к нему наклонился Виктор:

– Ты как, командир?

– Нормально, Витя. Нормально!

– Всё будет хорошо, командир!

– Ну конечно, – тихо сказал Егор и закрыл глаза.

Эпилог

Егор демобилизовался из армии в 1995 году и вернулся в свой родной город. А теперь его сын Иван, молодой офицер, окончив военное училище, продолжал дело отца. Сейчас он гостил у него с молодой красавицей женой. На дворе стояли не по сезону, удивительно тёплые последние дни апреля.

– Пап, а давай съездим в наше село на рыбалку на День Победы, когда уже совсем тепло станет! – предложил ему сын.

– Давай, – согласился Егор, – заодно заглянем к нашим на кладбище. Я уже давно там не был. Нехорошо!

В сельском храме было многолюдно. Удивило большое число молодых пар с детьми, весело сновавшими под ногами у взрослых.

Отец и сын с трудом протиснулись внутрь. Но как только увидели их, одетых в военную форму без погон, Егора с орденскими планками на груди, местные жители стали расступаться, почтительно пропуская вперёд.

Незнакомый батюшка служил в алтаре, а молодой дьякон с дымящимся кадилом в руке энергично сновал рядом.

У знакомых икон пылали многочисленные свечи. Среди них возвышались толстые восковые, поставленные чьей-то щедрой рукой. У Егора защемило сердце: таким родным и близким было всё вокруг.

– Вася, прекрати бегать по храму! – сердито прихватила за руку разыгравшегося розовощёкого малыша пожилая женщина. – Вот посмотрят на тебя дяди, – кивнула она в сторону отца и сына, – и скажут, что ты – не русский!

Москва, декабрь 2009 г.

Находка

(рассказ)

Давно нужно было рассказать Аркаше всю правду, ещё когда он вернулся из армии. В конце концов, это мой долг перед товарищем!

– Ты разве не помнишь, каким он был в девятнадцать: мы едва смогли оторвать его от компании друзей и уговорить продолжить образование. Теперь он и институт окончил, и в аспирантуру поступил! А его дружки бывшие почти все – стиляги! Болтаются без дела и профессии!

– С чего ты взяла, что он, знай правду, поступил бы как-то иначе в жизни?

– Я и сейчас ужасно боюсь, что он изменится, особенно в отношении нас, перестанет называть нас мамой и папой.

Игорь Матвеевич Рогов, офицер-отставник, участник Великой Отечественной войны, молча обнял свою супругу Светлану Тимофеевну. Оба пенсионера находились на даче и сейчас, оторвавшись от огородных грядок на передышку, сидели под кроной раскидистой яблони на лавочке.

На следующий день они ждали приезда сына, которому исполнялось двадцать пять лет, чтобы вместе отметить его «четвертак».

В их семье была ещё старшая дочь, Раиса. Она вышла замуж за офицера и давно уже проживала с мужем и детьми в Харькове (по месту службы супруга). К своим «старикам» по понятным причинам приезжала редко.

А вот Аркадий женат не был. Пожилые люди очень привязались к парню, хотели, конечно, чтобы он нашёл «свою половину», и одновременно боялись его потерять.

– Знаешь, я и сам боюсь, – признался мужчина, – да только выбора у нас с тобой нет! Он уже совсем взрослый мужчина – двадцать пять лет! На войне в его возрасте полками командовали!

Светлана Тимофеевна только вздохнула в ответ.

* * *

Фельдмаршал фон Бок, командующий группой армий «Центр», лично, с невероятной энергией обречённого – победить или погибнуть – гнал выдыхающиеся войска вперёд. Он знал, что фюрер не простит, если тот не оправдает доверия.

Нанеся поражение отчаянно сопротивлявшемуся Западному фронту советских войск в Белоруссии, под Смоленском и Брянском, в жестоких боях под Калугой, он так и не смог полностью его уничтожить. И теперь они вновь противостояли друг другу, смертельно измотанные, не имея стратегических резервов, в разворачивающихся сражениях на истринско-клинском и наро-фоминском направлениях.

Изначально в плане операции вермахта под кодовым наименованием «Тайфун» направлениями основных усилий при наступлении на Москву были избраны волокаламско-клинское и тульско-каширское. Однако когда разведка всё чаще стала доносить о переброске советских войск из-под Наро-Фоминска на северное крыло Западного фронта, где наметился успех танкового наступления, фельдмаршал всерьёз задумался об ударе на центральном участке обороны советских войск, где развернулась для обороны 33-я армия генерал-лейтенанта Ефремова.

Войска армии были сильно ослаблены из-за переброски в помощь дерущимся под Крюковом, Дмитровом