Та, которой нет - Маша Ловыгина

Когда черный автомобиль затормозил и остановился рядом с ней, Влада сделала несколько шагов назад, поняв, что простояла на краю дороги какое-то время. И вместо того, чтобы вызвать такси, она писала Олегу Ивановичу. А теперь на холоде телефон почти разрядился и, если что-то случится, она не сможет вызвать полицию.

Стекло автомобиля опустилось.

Влада отступила и огляделась в поисках хоть какого-нибудь прохожего. Но остановка была пустынна, и только машины проезжали мимо, оставляя за собой мутный туманный след.

— Это ты? — голос, раздавшийся из салона, заставил ее вздрогнуть.

Увидев Бархатова, Влада задохнулась, потянулась к нему:

— Телефон замёрз, такси не вызвать… — еле слышно проговорила она.

— Что? Я ничего не слышу…

Влада подошла ближе.

— Телефон замёрз…

— Ты тоже, — Бархатов распахнул дверь. — Садись.

— Я… — Влада влезла на переднее сидение, с трудом согнув ноги в коленях. Она так окоченела, что даже мысли в ее голове покрылись слоем льда. Ничего не соображая, она лишь смотрела на Кирилла и дрожала. Затем вдохнула терпкий запах парфюма и отвернулась к окну, чтобы он не видел ее сумасшедшего взгляда.

— Ужасно холодные ночи… — хрипло произнес Бархатов, и в воздухе сильно запахло алкоголем. Кирилл включил зажигание. Автомобиль мигнул фарами и моментально набрал скорость.

Влада молчала, в ужасе глядя на дорогу. По обеим сторонам мелькали дома и улицы, пару раз — сине-жёлтые будки ГАИ. Автомобиль миновал мост, и Владе показалось, что она увидела зияющую пустоту в ограждении. А может это ей показалось… Когда машина выехала на окраину города, она перевела взгляд на Бархатова. Лицо его было застывшим — профиль, словно высеченный из мрамора, отливал бледной синевой. Влада заметила, что с его глазами что-то не то — он почти не мигал, смотрел вперёд остекленевшим взглядом.

Она не знала, куда они едут, и не спрашивала об этом Бархатова. Немного согревшись, расстегнула верхнюю пуговицу пальто и провела холодными пальцами вокруг шеи, нащупывая цепочку. Добравшись до кулона, она сжала его в ладони. Что бы ни произошло, как бы ни сложились обстоятельства, пусть все будет так как будет. Она ни о чем не пожалеет и всегда будет помнить о той, которой уже нет…

22

После крутого поворота Бархатов резко вдавил педаль тормоза, но автомобиль продолжало тащить вперёд. Машина завиляла задом, и Влада вцепилась в ручку двери. Не удержавшись, вскрикнула, почувствовав, как напрягся ремень безопасности.

— Вы с ума сошли! — Она потянулась за упавшей на пол сумкой, но не смогла поднять ее, ударившись лбом о приборную доску. — Остановитесь, пожалуйста! — воскликнула, в ужасе глядя на Бархатова.

Когда машина наконец замерла на обочине, Влада отстегнула ремень и почти выпала наружу, навалившись на дверь. За спиной хлопнула другая дверь, и через мгновение Бархатов оказался рядом. Схватив за плечи, он несколько раз тряхнул ее, вглядываясь в лицо.

— Я хочу, чтобы ты поехала со мной… — хрипло произнес он. Из его рта вырывался алкогольный пар. Зрачки, казалось, были размером с десятикопеечную монету.

— А я что, по-вашему, делаю? — обомлела Влада. — Я же еду…

Бархатов вдруг приподнял ее над землей и впился в губы своими ледяными губами. На секунду Влада оглохла от неожиданности. Руки безвольно повисли вдоль тела, а голова закружилась от нахлынувшей слабости. Она не смогла ответить на поцелуй, и Бархатов так же резко отстранился, опустив ее на ноги.

Помотав головой, он взъерошил волосы и направился к машине. Влада бросила взгляд на окружавшее их пространство — еле заметные вдалеке контуры домов, снежную равнину и уходящую вперед темнеющую дорогу.

Она бросилась к автомобилю, не чувствуя ничего, кроме страха. В салоне, окунувшись в ставшее привычным тепло, она немного расслабилась. Упрямо сжав кулаки, села, уверяя себя в том, что поступает правильно. Хоть поведение Бархатова и было странным, близость его завораживала, не отпускала, превращая ее в безвольную марионетку. Он же сам сказал, чтобы она поехала с ним, и его желание созвучно ее желанию, так какой смысл сопротивляться? Она нужна ему. У них есть причины, чтобы быть вместе. Возможно ли отказаться от этого?

— Я люблю вас… — прошептала она.

Но Бархатов будто ничего не заметил. Включив зажигание, он вырулил с обочины, и они поехали дальше.

Через пятнадцать-двадцать минут, минуя небольшие деревни, автомобиль вывернул на дорогу, которая привела к освещенному посту охраны. Шлагбаум поднялся. Из будки вышел человек, махнул, привлекая внимание.

Влада видела, что Бархатов тяжело и рвано дышит. Руки в кожаных перчатках скользили по рулю туда-сюда, время от времени сжимая оплётку.

— Кирилл Андреевич, — охранник склонился к приоткрытому окну, — приезжала бригада, вычистили участок. Трактор оставили. — Он потоптался и собрался сказать что-то еще, но тут заметил Владу. Замолчав, он отступил, продолжая беззвучно шевелить губами.

Бархатов закрыл окно. Влада видела, что охранник остался стоять столбом, провожая их удивленным взглядом и сжимая в руке рацию с мигающим красным огоньком на антенне.

Как только подъехали к высоким воротам, Бархатов нажал кнопку брелока. Ворота разъехались. Бархатов заглушил мотор, и вот сейчас Влада в полной мере ощутила всю двусмысленность этой ситуации. Следовало что-то сделать, сказать, признаться, объяснить, но язык прилип к небу. Бархатов повернулся к ней и окинул странным, пустым, ничего не выражающим взглядом.

Набрав в грудь побольше воздуха, Влада накрыла его руку своей. Что-то подсказывало, что он не скинет её ладонь. Мечты становились явью с дикой скоростью, и это пугало.

Когда-то Стасе хотелось, чтобы Влада вышла из сумрака и стала похожа на нее. Но если бы она знала тогда, что придется умереть ради того, чтобы Влада заняла ее место, то была бы столь уверена в своих словах и поступках?

Владе хотелось любви Бархатова. Никогда до этой минуты она не желала ничего так сильно. Его