Не остуди своё сердце - Любовь Матвеева

Муж Марины очень трудолюбив – я его так и не увижу, всегда на работе. Дочь получила прекрасное образование, юрист, тоже много работает, ездит на дорогой машине. Внук – очень красивый и умный мальчик, Марина с ним много занимается, он подаёт большие надежды. А вот с зятем не повезло… Марине подарила свою книжку про Австралию, это её очень заинтересовало. Я даже слышала, как она по телефону приглашала подругу, «чтобы познакомиться с настоящей писательницей», что мне, конечно, польстило, хотя какая я писательница!

Первым делом – поздороваться с морем! Как люди живут, никогда не видя моря, эту безграничную стихию? Три минуты – и я у моря. Здравствуй, «самое синее в мире Чёрное море моё!..» Много раз и с разных берегов приветствовала я тебя! А потом были прогулки по парку «Южные культуры», по набережной, по городу Адлеру и по соседним городкам. Хотелось найти конских каштанов, но их время прошло…

Самолёт идёт на посадку

«Храни себя от бед, пока их нет»

(русск. пог.)

Ноябрь 2016-ого, гуляю по набережной в Адлере. Справа мерно шумит море, слева залиты огнями бутики и кафешки. Поворачиваю назад. Слева – море, справа – бутики и кафешки. Световые рекламы, огни, обилие товаров, музыка, зазывные крики продавцов с одной стороны, величественное море – с другой. Сегодня оно хмурое, но никакой блеск и шум не может составить ему конкуренцию. Стихия!.. И все смотрят на море…

Интересно наблюдать и за людьми – тоже природа, тоже стихия. Вот сильно пожилая женщина в бюстгальтере с широкими лямками, в спортивных трусах бежит, не стесняясь мотающихся на уровне живота пустых грудей. Это старушка, принявшая европейский образ жизни. Ей безразлично мнение окружающих, живёт она для себя. Внуков и правнуков не нянчит, нервы ей никто не мотает, взгляд отрешён. Перед ней задача – жить долго и качественно. Сюда она приехала провести зиму, а ТАМ, где-нибудь у себя в Петербурге или Москве, она сдала квартиру, и теперь только «стрижёт купоны». Таких стариков я видела в тёплых странах, оторванных от родины, не нуждающихся ни в ком. Вот и у нас появились… Есть и другие типажи…

Но что это за звезда висит низко над горизонтом? Большая! Не Венера, потому, что Венера – утренняя звезда. Не Марс, потому, что голубого цвета, а не красного. Сириус? Но он бывает большим в другое время года. Какая же? – гадаю я, и не могу понять. Долго иду в одну сторону, потом поворачиваю – иду в другую, и всё посматриваю на звезду. Она словно бы больше становится. Или не становится? Самолёт? Не может быть! Наконец понимаю – да, это самолёт, идущий на посадку! Уж не первый раз обманываюсь – так издалека над морем начинает виднеться самолёт, так долго-долго приближается…

– А почему все самолёты заходят на посадку с моря? Ведь многие из них прилетели из-за гор, ну и садились бы с той стороны? – спрашиваю какого-то мужчину.

– Потому, что взлётная полоса так расположена! – отвечает тот, и спешит дальше. А я никуда не спешу, наблюдая за следующим самолётом. Наверное, после высоких гор самолёт не может резко снизиться для посадки, уходит к морю, а потом разворачивается, возвращается и садится… Звезда наконец приблизилась, оказалась самолётом, он с рёвом пролетел над нашими головами. Пусть благополучной будет посадка! Говорят, посадка – это самое опасное! А вдали над горизонтом зажглась новая звезда…

Раньше я лазала по горам вокруг адлерского аэропорта, там, где на горе стоит что-то похожее не то на маяк, не то на обсерваторию. Бродила по тропам и без троп по густой траве, вставала на колени, рылась руками в почве, выкапывая луковицы цикламенов, и не думала, что меня может подстерегать какая-то опасность. Полезла в горы и на этот раз. До вершины дошла по дороге, потом свернула налево и стала с вершины горы спускаться в Чайсовхоз, уже без тропинки проламываясь сквозь кустарники, прыгая с уступа на уступ.

Какое великолепное зрелище совхоз представлял раньше, когда на десятках гектаров возделывались чайные кусты, заботливо обихоженные человеческими руками! Теперь всё здесь запущено, одичало, хищные плети ежевики переплели и смешали всё в одну массу. Чайные кусты захирели, их почти не видать, а сверху на кустах греются на осеннем солнышке сотни… змей! Такой картины никогда не видала… СОТНИ ЗМЕЙ С ПРИПОДНЯТЫМИ ГОЛОВАМИ грелись на солнце на верхушках чайных кустов… Я с ужасом оглядываю склон высокой горы, с которого только что спустилась, ведь и там змей полно. Да-а, интересно было бы полазать по горам снова, только больше я туда не ходок!

И вот печальная весть – в Адлере разбился самолёт… Самолёт, в котором летели не просто обыватели, а люди целеустремлённые, талантливые, достигшие в своём искусстве высшего мастерства – артисты, люди высокой пробы! ЭТИ люди жили не только для себя – для людей. Они летели от мира к войне, от благополучия к риску, из России в Сирию, чтобы украсить долгожданный праздник Победы, разделить с кем-то опасность и боль…

Всё – рядом: обыватель и герой, мир и война, жизнь и смерть…

РОЗА-ХУТОР

«Не трудно сделать, да трудно задумать»

(русск. пог.)

Самое интересное – поездка на Красную поляну, Розу-хутор…Оставила их напоследок. И вот в предпоследний день пребывания – их было всего пять – поднимаюсь на местном автобусе в горы. Довольно продолжительная дорога, туннели, а вокруг – красота неописанная! В автобусе разговорилась с соседкой, местной жительницей, Любой Герасимовой. Спросила её – как повлияла Олимпиада на жизнь местных жителей? Она ответила, что всю жизнь их семья стояла на очереди на жильё, и до сих пор бы стояла, но благодаря большому строительству они, наконец, получили квартиру на Красной Поляне. Правда, с инфраструктурой пока здесь не очень – дом стоит на горе, автобус туда не доходит, подниматься трудно, и магазинов рядом нет. Во время Олимпиады там была гостиница.

Видя, что мы оживлённо болтаем, к нам подсела девушка лет тридцати. Оказалось, она из Сургута, учитель литературы, Ирина Аютова. Уволилась с работы, чтобы повидать мир. Сочи – первый пункт её пребывания, отсюда поедет в Грузию, Азербайджан, через Каспийское море в Казахстан, Китай, Лаос, Камбоджу, Тайланд и