Родственники - Ирина Калитина

«Предкам» – за шестьдесят. Дед ещё работал в какой-то фирме по проектированию оружия, а бабушка – несколько лет, как вышла на пенсию. Наедине с Васей их не оставляли, один только раз бабушка вышла в поликлинику. Тогда и случились между ними близкие отношения.

– У тебя была первая любовь? – спросила Вася, она всегда говорила тихо.

– Первой не было, сразу вторая.

– Как это?

– В нашем классе девчонка есть, у неё секс, даже, с негром был, ну и с некоторыми одноклассниками, тоже, а учится хорошо, умная. Сначала я думал, что понравился ей, что искала парня и выбрала меня, но, оказалось, на следующий день она уже у моего приятеля дома этим занималась, он мне рассказал, потом она снова позвала меня, я не пошёл, стала звонить на мобильник. Пришлось послать. Первая, но не любовь.

– А у меня была. Потом он меня обозвал, "не от мира сего", и сказал, что попа толстовата. Я начала худеть, ничего не ела, а попа не сильно уменьшилась. Мама говорит, что из худой коровы, всё равно, не получится лань. Мне захотелось умереть, потому что я корова.

– Нет, ты красивая… И попа, мне кажется, нормальная.

– Ты, тоже, красивый, умный и высокий. Ненавижу отчима, он маленький, а глаза выпучены, как у лягушки.

– Видела бы ты меня в старости, – снисходительно подумал Сергей, вспомнив родного папашу, сорока лет от роду, – волосы вылезут, придётся отрастить бороду, – но вслух ничего не сказал.

– С тобой всё не так, – продолжила девочка, ты, когда смотришь на что-то, я знаю о чём ты думаешь, потому что думаю так же. Тогда была не настоящая любовь.

– Мне тоже кажется, что никогда не встречал человека, которого бы так понимал. К тебе отчим-то не пристаёт? Мать, ведь, старая уже.

– Нет, не пристаёт, а маме – тридцать три. Я им мешаю очень, квартира-то однокомнатная. Часто у тёти, маминой сестры живу, она мне планшет подарила.

– Во сколько же лет мать тебя родила?

– В пятнадцать, её папаша обманул, а потом спился. Она поэтому и сказала мне, что его больше нет на свете.

Вася уехала домой, а месяца через три сообщила по Скайпу, что беременна, аборт делать поздно, и отчим, наверное, её убьёт, итак, тесно в квартире. Сергей, как раз, подал документы в институт. Долго ругались с матерью, в какой, и получилось: «не вашим, не нашим", сошлись на «конструировании летательных аппаратов». Если Сергею не понравится, то, знания, полученные в этом ВУЗе, пригодятся в лётном училище, только, туда могут не принять из-за роста. Сергей снова послал Васе деньги, и она приехала. Тоже подала документы, но в педагогический, на всякий случай, на заочную форму обучения.

Когда обоих зачислили, Серёжа рассказал маме о беременности Васи.

Мать спросила:

– Ты её хорошо знаешь, уверен, что это твой ребёнок?

Серёжа посмотрел в упор, и она не стала повторять вопроса.

– Значит, ты вырос, – констатировала она, поедете в квартиру Константина Евгеньевича, завтра откажу арендаторам, это, конечно, не наша трёхкомнатная, но, зато, отдельная. Пропишем Васю к нам, временно, разумеется. Учёбу бросать нельзя, прокормить-то мы вас прокормим, но подрабатывать тебе придётся, семье нужны деньги. Константин Евгеньевич искал для небольшой фирмы приходящего сисадмина, ты потянешь?

– А, то! Зря я, что ли, в девятом классе компьютерные курсы закончил? Ты ещё денег давать не хотела, – рассердился Сергей за недоверие.

Когда переехали, на новую квартиру и Серёжа стал договариваться с отчимом о работе, Вася, потрясённая добротой новых родственников, затараторила тихим голосом:

– Спасибо вам большое, большое, позвольте, я пол помою в офисе вашем и в доме.

Серёже стало неловко, что она унижается перед «артистом».

– Женщина должна молчать, когда мужчины разговаривают, – неожиданно повторил он фразу, которую слышал дома у настоящего отца, и сам удивился тому, что сказал.

Костя и мать взглянули друг на друга, а потом на молодожёнов. Мама вздохнула. Многие годы отношения с сыном напоминали ей пинг-понг. Если она говорила спокойно, сын не воспринимал слова, приходилось повышать голос, требовать в приказном порядке. На всякий «выпад» со своей стороны, получала ответный удар в форме грубости, окрика, за ними снова следовала её «атака», и так далее, нескончаемая партия. С этих пор терпеть сына надлежало Васе.

– Если ей нравится, пусть живёт с ним, – устало пробормотала она мужу, когда вышли из квартиры, – и мы отдохнём.

Родила Вася под Новый Год, легко, без проблем. Малыша назвали Сашенька, попросили об этом бабушка и дедушка в честь их сына, мама Сергея не возражала, молодому отцу было наплевать, а, что касается Васи, так она так держалась в этой истории, будто «её номер – шестнадцатый». С первого дня родители погибшего человека, чью фамилию и отчество носил Сергей, приезжали ухаживать за младенцем, помогали молодым, дед сразу же вышел на пенсию. Серёжа на время сессии перебрался в бывшую свою квартиру, иначе к экзаменам не подготовиться. Вася кое-что сдала досрочно, по некоторым предметам дали отсрочку.

В конце февраля у Васи молоко закончилось, старики забрали ребёнка к себе, потому что им тяжело ездить на другой конец города, чтобы помогать, и тогда вернулся в квартиру к Васе Сергей. Вася свободное от занятий время проводила с сыном, мыла полы в квартире стариков, окна, пылесосила ковры.

– Никогда не встречала таких хороших людей, как твоя семья, – сказала она Серёже.

– Мне тоже всегда у деда с бабушкой было комфортней, чем дома.

Мама отдала бабушке с дедушкой свой большой холодильник, они с Костей купили новый, и наняла няню на три-четыре часа в те дни, когда Вася посещала институт.

Вася оказалась очень старательной и ответственной, сдала сессию. В квартиру, где они жили с Серёжей, малыша не брала. Серёжа учился и работал, уставал к выходным, заниматься с мальчиком у него не было ни времени, ни желания. Не воспринимал маленького человечка, как своего сына, только, как приложение к Васе.

Летом он и друг Федя на время отпуска поехали в Финляндию собирать клубнику. Документы оформляли ещё весной. Вася согласилась подождать его в городе, финны обещали хороший заработок.

Перед отъездом мать сказала:

– Надеюсь, что у тебя есть голова на плечах, такой девушки, как Вася, тебе больше не найти, в этом городе их просто нет, снова, за Уралом придётся искать.

– Без тебя разберусь, искать или нет, – парировал сын.

«На клубнике» Серёжа и Федя подружились с двумя студентками, Леной и Верой из