Затмение - Андрей Беляков

— Ну, смотря какая просьба. Просьбы разные бывают.

У Алексея зазвонил телефон.

— Алло, Маша, привет. Да никуда не пропал, работа все. Маша, ты извини, можно я тебе перезвоню, спасибо.

Парень и девушка минуту молча смотрели друг на друга.

— Ну, говори, Леш, не молчи, какая у тебя просьба?

— А ты не будешь смеяться?

— Да не буду, говори уже.

Афанасьев набрал в легкие воздуха и выдохнул.

— Есть у меня бзик переспать с чернокожей девушкой, помоги мне в этом и проси у меня что хочешь.

Люся несколько секунд молчала, хлопая ресницами.

— Леш, ты больной?

— Ну почему сразу больной? Я тебе тайну свою доверил, а ты — больной.

— Ну, не знаю даже, а чем я-то смогу тебе помочь?

— Ну, я стесняюсь начать с ними разговор, ты же знаешь, какой у меня английский.

— Типа сводницей, что ли, поучаствовать?

— Ну типа.

— Да, — Люся качала головой, пораженная услышанным.

— Ладно, пошли, забудь, никакого разговора у нас не было, проехали, — парень встал.

— Погоди, погоди, ну, мне необходимо обдумать все, ты торопишься?

— Нет.

— Ну, присядь, мне нужно свыкнуться с этой мыслью. Говоришь, я могу попросить, что захочу?

— Ну, в пределах разумного, конечно.

— Дай подумать, — Люся загадочно заулыбалась. — Хорошо, Алексей, я согласна, сводишь меня в Пушкинъ.

И, немного помолчав, добавила:

— В Пушкинъ, хочу отведать русскую кухню, надоели всякие тумбы-юмбы, и расскажешь два стихотворения Александра Сергеевича, пока будем ждать заказ.

— По рукам, — согласился Алексей, и так легко стало на душе.

— По рукам, только стихи прочитаешь полностью.

— Договорились.

На следующее утро Алексей проснулся с головной болью и, вспомнив вчерашний разговор с Люсей, пожалел о сказанном. «Боже, зачем я завел с ней этот разовор», — сокрушался пилот.

На следующий день вылетели в Париж, и Алексей, увидев Люсю, опустил глаза. Та, наоборот, сама подошла к нему.

— Привет.

— Привет.

— Ну как, договор наш в силе?

— Ну да.

— Ну и давай по прилету вечером начнем действовать.

— Хорошо, — буркнул Алексей.

— Или что-то не так?

— Нет-нет, давай, — согласился Афанасьев.

Париж, 20:00 местного времени, площадь Лютеции; Люся и Алексей прогуливались вдоль летних кафе.

— Вон, смотри, одна сидит, а столики кругом заняты; вариант, идем, — увлекла стюардесса пилота. Они подошли к столику, за которым сидела симпатичная чернокожая девушка.

— Хай.

— Хай.

— Извините, кругом все занято, можно мы к вам присядем, буквально пару чашек кофе — и мы уйдем.

— Вас двое?

— Да.

— Конечно, пожалуйста. Вы пилоты?

— Да.

— Как интересно! Откуда вы?

— Из России.

— Бог ты мой, как далеко!

— А Вы откуда родом?

— Я из Марокко, но уже 10 лет живу в Париже.

— Замечательно, чем занимаетесь, если не секрет?

— Работаю кассиром в супермаркете.

— Я Люся, это — Алекс.

— Нейли, очень приятно, Люси.

— Мой приятель интересуется африканскими танцами семба, кизомба, кудуру, не просвятите его?

— О, нет, к сожалению. К танцам я не имею никакого отношения, а почему Ваш друг молчит?

— Его английский не очень.

— Да, мой английский плох.

— Я жду своего приятеля с работы, он с минуты на минуту должен подойти, и мы пойдем куда-нибудь. Хотите, сходим в ночной клуб?

— К сожалению, у нас завтра утром вылет, спасибо Вам за компанию.

— И Вам спасибо.

— Бай.

— Бай.

— Она парня ждет.

— Да понял я.

У Алексея зазвонил телефон.

— Маша, я в Париже; прилечу, перезвоню.

Вторая попытка тоже оказалась неудачной, чернокожая девушка заявила, что ее не интересуют парни. «А вот с тобой, куколка, — обратилась она к Люсе, — я бы потанцевала сембу хоть до самого утра.» Алексей еле утащил перепуганную девушку от чернокожей хищницы.

На обратном пути в отель Люся всю дорогу возмущалась:

— Связалась с больным на свою голову, вот дура, чуть не влипла в историю, только чернокожей подруги мне еще не хватало. Все, заканчиваем поиски приключений на свою задницу.

— Люсь, да успокойся ты, ну бывает такое, кто ж знает, на кого нарвешься.

— Кто ж знает? И сколько мы должны так колесить в поисках приемлемой для тебя чернокожей пассии? Что, в Москве нет чернокожих проституток?

Алексей молчал.

— Ну да, ну да, в нашей же больной голове романтика.

— Ну, Люсь…

— Что Люсь, обмазал бы шоколадом свою Машу, сразу двух зайцев бы убил — вкусовые рецепторы еще свои подключил.

Минуту шли молча.

— Послушай, мы через неделю летим на Бали, может, там получится? Европа все-таки не лучшее место для свиданий с чернокожими красавицами.

— Нет, все, я пас, дальше пробуй один.

— Люсь, ну, помоги мне, а я, я куплю тебе еще платье к ресторану.

— Платье? — Люся на минуту задумалась. — Ладно, любитель черной клубнички, хорошо. Прилетаем в Москву, сразу идем в В78.

— Это что? И где?

— Это у нас в Отрадном в Золотом Вавилоне. Мне пришли СМС-ки, привезли парочку платьиц Les filles d'ailleurs, хочу посмотреть.

— Хорошо, — вздохнул Алексей.

— Нет, ну надо же — сембу с ней, до утра, брр…, — замотала головой Люся. — Тьфу, — сплюнула сгоряча девушка, — тьфу, тьфу, тьфу…

Москва, Отрадное, бутик В78.

Люся в примерочной, а Алексей скромно присел на пуфик, листая свой телефон. Шторка примерочной распахнулась, и девушка на цыпочках вышла и слегка покружилась перед зеркалом в рост, двумя пальчиками поправляя округлый вырез платья, открывавший ее ключицы. У Алексея перехватило дыхание. Платье, на первый взгляд, было довольно простое: черный жаккардовый батист на белом, батистовом же, подбое, который выступал баллоном, как белым облаком, по низу ассиметричного подола платья с легким шлейфом. Длинный рукав и скромненький кант того же черного батиста по вырезу, сзади оканчивающемуся длинным разрезом с узким бантом.

— Ну, как тебе? — Люся вопросительно посмотрела на Алексея.

Она убрала свою вечную заколку, и ее каштановые кудри опустились на плечи. Пилот почувствовал, что ему не хватает воздуха в этом тесном маленьком бутике.

— Люся, ты? — только и смог произнести молодой человек.

Телефон, словно будильник, вернул его в реальность.

— Да, алло! Маша? Да нормально все… да почему игнорирую, работы много, не вылажу из самолета… конечно, я тебе позвоню. Машь, ну правда, не могу сейчас разговаривать. Обязательно перезвоню, извини.

— Двадцать пять тысяч, со скидкой — двадцать три пятьсот.

Алексей даже не понял сначала, кто произнес эту фразу — продавщица или Люся.

— Хорошо, хорошо, берем, — согласился впечатленный пилот…

Юго-Восточная Азия, остров Бали. Экипаж Горшенина чартером на 12 дней привез на него туристов. Командир на три дня распустил экипаж. Люся и Алексей пьют вино в прибрежном ресторанчике.

— Сегодня