Затмение - Андрей Беляков

Алексей любовался ее загорелым и раскрасневшимся от вина личиком.

— Это как — по-другому?

— Ни за кем бегать больше не будем, сами прибегут, — щеки девушки пылали.

— Тебе налить еще вина?

— Да, налей; сегодня или никогда! Контрацептивы-то есть?

Смущенный пилот кивнул головой.

— Не хватало еще заразы какой-нибудь подцепить, будущий командир.

Алексей не узнавал спокойную рассудительную Люсю.

Ночной клуб, Люся в белых коротеньких шортиках и короткой футболке такого же цвета тянет за руку Алексея к барной стойке.

— Закажи мохито!

Пилот покорно идет за девушкой, любуясь ее ягодицами, которые не в состоянии закрыть те шорты, что на ней. Музыка заполняет все предоставленное ей пространство, включая человеческие головы, и звоном отдается внутри; не слышно никого и ничего в метре от себя.

— Ту махито виз айс, плиз — кричит бармену Алексей.

Не дождавшись коктейлей, Люся начинает танцевать, подпрыгивая и размахивая руками. Наблюдая за ней, парень беспокоится, чтоб футболка справилась со стремящимися наружу грудями. Бармен приготовил коктейли, Алексей залпом выпивает свой бокал; вокруг Люси скапливается народ, она танцует страстно и профессионально. «Да она занималась танцами», — догадывается Алексей. Он выпивает и ее порцию и присоединяется к ней. Только музыка и Люся, и никого вокруг. Хиты звучат нонстопом, вокруг нашей пары люди образуют кольцо, апплодируя нашим героям.

— Файэр герл! — слышится из толпы.

— Комон! — кричит Люся, руками приглашая в круг.

И вот уже первые смельчаки разрывают кольцо, а далее — все смешиваются в едином экстазе. Две чернокожие красотки трутся возле Алексея.

— Май бразе, — кричит им Люся. — Хи из пайлот, фром Раша! — представляет она им Алексея.

А наш герой смотрит на Люсю, восхищаясь ею. «Так вот каков твой план», — понимает он. Люсю окружают крепкие парни, и вот один из них уже выказывает ей повышенные знаки внимания.

— Май тайгер, — кричит Алексею в ухо одна из красоток. — Ком, — тянет она его за руку, парень пока не решается, но Люся рядом, Люся видит все, Люся в теме; она хлопает Алексея по ягодицам и кричит ему в ухо:

— Иди уже, шоколадный маньяк, покажи, на что способны русские парни!

И наш герой подчиняется, его куда-то тянет чернокожая подруга, куда-то прочь из этого людского потока и моря музыки…

Октябрь, Москва, Пушкинъ. За окном моросит мелкий дождик. Сделан заказ и прочитаны стихи Александра Сергеевича. Алексей счастлив и горд, что напротив него сидит такая красавица. Ожерелье из мелкого жемчуга украшает ее загорелую шею, а еще та родинка так пьянит и манит пилота. Все, кто встречал Люсю сегодня, задерживали на ней восхищенные взгляды. Она и впрямь прекрасна, и Алексей боится упустить, как-то спугнуть свалившееся на него счастье, он старается быть галантным — насколько может, естественно, насколько позволяет ему его небогатый опыт.

— А знаешь, Люсь, у меня ничего не было с той негритянкой с Бали, я сбежал от нее, приревновав тебя к тому здоровяку, с кем ты танцевала.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

— Я проследил, как ты ушла в отель, и следом зашел в свой номер.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Ну, чтоб ты знала, что затмение мое прошло, все кончено.

— А Маша?

— Какая Маша?

— Что постоянно названивает тебе.

— Ну, причем здесь Маша?

— Леш, давай спокойно насладимся едой, не будем про отношения, мы же здесь для этого?

— Согласен, ты права.

А когда заказали такси домой, Алексей робко спросил:

— Может, ко мне?

— Нет, Леш, этого в нашем договоре не было.

А когда он довел ее до подъезда, то попытался поцеловать, но Люся, улыбнувшись, отстранилась.

— Не надо, Леш, такой замечательный вечер, и ты был таким кавалером, не порть впечатление!

Он взял ее за руку.

— Люсь, у меня есть шанс?

— Шанс есть всегда, Алексей.

Ему большего и не надо было сегодня. И счастливый, он отпустил ее руку.

— Спокойной ночи!

— Спокойной.

— Да, Леш, — окликнула она в конце, — Машин контакт удали.

— Прям сейчас, это новый договор?

— Дополнительное соглашение к старому…

Утро, аэропорт Шереметьево, Алексей проводит предполетный осмотр самолета, что-то напевая себе под нос. Подошел Павел Викторович.

— Поднимайся, командир, я все осмотрю, не беспокойся.

Викторович довольно кивнул.

— Сегодня взлетаешь и садишь сам, мне нравится, как ты летаешь; еще годик — и буду рекомендовать тебя в командиры.

Павел Викторович поднялся на борт.

— Йес! — махнул рукой Алексей.

К трапу подбежала Люся, снова эта вечная заколка и форменный костюм, но Алексей уже никогда не забудет красавицу из Пушкина и девчонку-огонь с Бали.

— Опаздываете, Людмила Александровна, это Вам, — и пилот протянул ей три розочки.

— Спасибо, — засмущалась та и, вдыхая аромат цветов и улыбаясь, побежала по трапу вверх.

«Хорошо-то как, — думал пилот. — Хочется летать и петь», — и он довольно потянулся. «Какой мед, Вадим! Самые прекрасные женщины — в небе!». Он достал телефон, отыскал фото статуэтки обнаженной по пояс чернокожей девушки с двумя кувшинами в руках. Реакции никакой. И Алексей нажал на клавишу «удалить».

А дальше? — Дальше он, напевая, пошел осматривать самолет…