Высший дар - Пауло Коэльо

Поиск ответа на главный вопрос: «Чему я должен посвятить свое существование?» – это ни какая-то надуманная личная проблема.

Она наличествует во всех цивилизациях, даже если они не сообщаются между собой. Потому что она родилась вместе с человеком и отражает дыхание Вечного духа в этом мире.

Высший дар также отражает это дыхание. Это не просто дар сам по себе – он складывается из наших взаимоотношений и слов, изо дня в день.

Любовь – это терпение. Для любви – нормально, спокойно, неторопливо ждать, зная, что в определенный момент она сможет проявить себя.

Любовь готова выполнять свою работу в нужное время, но она ждет спокойно и мужественно. Любовь терпелива. Она выдержит все. Она верит всему. Она надеется на все. Потому что любовь способна на понимание.

Любовь – это доброта. Вы когда-нибудь обращали внимание, что Христос большую часть Своего времени в этом мире посвятил совершению добрых дел – чтобы ближним было хорошо?

Большую часть Своего краткого пребывания на Земле Он потратил на то, чтобы нести радость окружающим. Задумаемся об этом и постараемся понять: у Христа было здесь множество дел, но Он не забывал проявлять заботу о ближних.

На свете есть лишь одна вещь, более важная, чем счастье, – это святость. Но святость нам может быть и недоступна, а возможность делать других счастливыми есть. Бог вложил эту способность в наши руки, и она нам почти ничего не стоит.

Если как следует подумать, то оказывается, что совсем ничего не стоит. Тогда почему мы так неохотно радуем ближних? Счастье не умножается в неволе и не уменьшается, когда им делятся.

Напротив, лишь посеяв счастье, мы можем увеличить меру.

«Главное, что можно сделать для отца, – сказал кто-то однажды, – проявить доброту к его детям».

Мир так нуждается в этом!

Быть добрым очень легко. А результат сказывается мгновенно, и вас запомнят навсегда.

Доброта вознаградится сторицей, потому что нет более благородного долга, чем долг любви. Любовь никогда не подведет.

Любовь – это подлинная энергия жизни.

Как говорит Браунинг:

«[…] ибо жизнь, со всеми ее моментами радости и печали, надежды и страха, – это просто возможность узнать любовь: какой может быть любовь, какой она была и какая она есть»[3].

Там, где есть любовь, есть человек и Бог.

Тот, кто наслаждается любовью, наслаждается человеческим существованием и наслаждается им в Боге.

Бог есть любовь. Поэтому: ЛЮБИТЕ!

Не выбирая, не откладывая на потом, не боясь боли, беззаветно – ЛЮБИТЕ!

Щедро изливайте свою любовь на бедных – что нетрудно; на богатых – которые никому не верят и не признают любви, в которой так нуждаются, и на равных себе – что очень трудно. Именно с нашими собратьями мы наиболее эгоистичны. Мы часто пытаемся угодить, тогда как нужно дарить радость.

Дарите радость. Не упускайте возможность поддержать ближнего, потому что в первую очередь от этого выиграете вы сами – даже если никто не узнает о вашем поступке. Мир вокруг вас станет более гармоничным, и вам станет намного легче жить.

Я в этом мире живу настоящим моментом. Обо всем хорошем, что я могу сделать, о любой радости, которую я могу подарить другим, – пожалуйста, дайте мне знать. Не дайте мне отложить это на потом и забыть, потому что этот миг никогда больше не повторится.

Любовь – это великодушие. «Любовь не завидует» И не ревнует. Муки ревности означают, что ваша любовь пытается состязаться с любовью других.

Позвольте и другим любить. А сами любите еще больше. Вложите свою долю, вложитесь по максимуму. Всякий раз, когда вы возьметесь делать доброе дело, вы встретите людей, которые занимаются тем же – иногда намного лучше, чем вы. Не завидуйте им.

Зависть обращается на тех, кто стоит с нами в одном ряду, и она обычно стремится уничтожить в них лучшее. Это самое презренное чувство, которое может испытывать человек.

Зависть всегда пытается разрушить все, что делают другие; даже если они делают для нас все, что только можно.

И единственный способ избежать зависти – сосредоточить силы на любви.

Вместо того, чтобы завидовать, мы должны восхищаться великой, богатой и щедрой душой тех, кто знает любовь, которая «не завидует».

А затем мы должны научиться еще одному: смирению. Наложить себе печать на уста и предать забвению терпение, доброту и щедрость. После того, как любовь пришла в нашу жизнь и выполнила свою прекрасную работу, мы должны хранить молчание и ничего не говорить.

Любовь скрывается даже от самой себя. Любовь избегает самодовольства. Любовь «не бахвалится, не гордится». Пятая составляющая в этой радуге любви может показаться лишней и бесполезной: деликатность.

Это любовь среди людей, любовь в обществе. Многие часто говорят, что деликатность – лишнее качество. Это неверно. Деликатность – это любовь, проявляющаяся в мелочах.

Любовь не может быть грубой или неуклюжей, она не может вести себя неправильно. Вы можете быть самым неловким человеком в мире, самым неподготовленным к тому, чтобы иметь дело с ближним, но если в вашем сердце есть место любви, вы будете всегда поступать правильно.

Карлайл говорил о поэте, родившемся в семье крестьянина: «Роберт Бернс более благороден, чем вся знать Англии, потому что он может любить все – мышь, маргаритку, все большое и маленькое, что сотворил Господь».

Это давало Бернсу возможность разговаривать с кем угодно, бывать во дворцах и ночевать в хижинах.

Знаете, что значит «благородный человек»? Это тот, кто поступает достойно[4]. В этом – великое таинство любви.

Тот, в чьем сердце живет любовь, не может действовать грубо, в то время как фальшивый дворянин, который не более чем сноб, скован своими чувствами и не способен любить.

Любовь «не бесчинствует».

Любовь – это бескорыстие. Любовь не преследует своих интересов, ничего не требует.

Любовь не требует даже того, что принадлежит ей.

В Англии, как и во многих других странах, люди борются – и совершенно справедливо – за свои права. Но бывают такие ситуации, когда мы можем отказаться от этих прав.

Апостол Павел, однако, требует от нас не этого. Потому что он знает, что любовь – нечто настолько глубокое, что любящий человек вообще не думает о награде.

Мы любим, потому что сама любовь и есть высший дар, а не потому, что она дает нам