В сумерках близкой весны - Ирина Берсенёва

У Натальи Обидиной ещё имелась младшая дочь, двадцатипятилетняя Анна. Маленькая, смешливая, сумасбродная блондинка с большим ртом и пронзительным громким голосом. Даже если она просто разговаривала в магазине с продавцом, слышно было за версту. Смеялась, запрокинув голову, откидывая назад тонкие волосы. Она называла себя пчёлкой, работающей неустанно. Трудилась в том же самом цеху по производству мебели, устроившись туда по протекции Марата Прогалинского, который был начальником. Ходила с высоко поднятой головой, неустанно давая понять, что устроилась сюда по блату, а значит, требует к себе любви и уважения. О любви можно начинать отдельный разговор, потому что в этом себе Анна Обидина отказать не могла.

Мысли Ольги об Обидиных никогда не укладывались в голове, а торчали в разные стороны, как шипы от кактуса. Они кололи, шипели и внутренне распаляли молодую женщину, заставляя сердце биться чаще от возмущения. Что и говорить, образ жизни Обидиных был далёк от образа жизни Прогалинских.

– Было бы неплохо. Ян совершенно не похож на свою мать.

– Ты слишком нетерпима к ней.

– Ничего не могу с собой поделать, мам. Между прочим, когда-то она бросила Яна на свою сестру. Хорошо, что та оказалась хорошей женщиной и воспитала его, как собственного сына.

– Подумай о том, что у неё была нелёгкая жизнь. Поэтому она так зависима от твоего папы. Марат хороший, добрый, чуткий человек. С ним есть о чём поговорить. Он всё знает. Вспомни, как он любил читать космическую фантастику. Книг по этой теме у нас море.

– Да, четыре полки. До сих пор не могу на них смотреть.

– Почему? Ведь папа оставил их для тебя.

– Нет, мам. Просто ему сейчас не до чтения. Я сомневаюсь, что Наталье важно знать про его уровень интеллекта и эрудиции.

– Отчего же не важно?

– От того, что для этой семьи важны деньги и связи. А ещё самогон!

– Не нужно говорить об этом в таком тоне, Оля. Подумай о том, что было у неё до папы? Муж-алкаш, который избивал её и детей. Сколько она прожила с ним?

– Кажется, двадцать два года. Мне об этом постоянно напоминают в том доме.

– Ты представляешь себе, что значит прожить двадцать два года с тираном? Этого никому не пожелаешь.

– Но при чём тут папа?

– Папа?

– Да. Ей нужен был хороший человек, потому что она двадцать с лишним лет мучилась с тираном, как ты говоришь. Она нашла папу, который ей совершенно не подходит. Неужели она этого не понимает? У них нет ничего общего. Папа такой мягкий, интеллигентный человек.

– Не думай, что папа – жертва. Это был его выбор.

Ольга вздохнула. Анжела права. Папу никто не выгонял из дома, он ушёл сам. Признался, что у него появилась другая женщина. Это Наталья Обидина – другая женщина! Грузная, коротконогая, с красным отёкшим лицом, маленькими заплывшими глазками и скрипучим голосом. Невоспитанная, необразованная, пьющая много алкоголя, Наталья Обидина! Как папа смог жить с ней после Анжелы, от которой всегда пахнет персиком, у которой ямочки на щеках и солнечные глаза? Конечно, у Обидиных прекрасная квартира, с дорогим ремонтом, машина, даже есть дача за городом. Но всё дышит дурновкусием. А запах в доме вызывает тошноту, от самогоноварения, которым занимается Наталья. В течение многих лет она не гнушается этим занятием, несмотря на то что в прошлом страдала от мужа-алкоголика. Противоречие, от которого хочется развести руками и покачать головой. Ещё один шип кактуса, который трудно уложить в голове.

– Действительно, если приедут Ян с Соней, можно и пойти ненадолго.

– Вот и хорошо.

– А если не приедут?

– Значит, пообщаешься с папой.

– Не уверена, что у него будет время, – скривилась Ольга, представляя шумного пьяного отца.

– Ну, тогда есть Анна.

– Я её ненавижу, так же, как и Наталью, мама! – вспыхнула Ольга. – Глупая и много пьёт! Хотя не упустит случая сообщить, что при жизни с родным отцом капли в рот не брала. Будто по родному отцу скучает. Сомневаюсь! Очень сомневаюсь! Мать утверждает, что бывший муж был монстром, а дочка жалеет о том, что он умер. Сомневаюсь, что они обе нормальные.

– Её сыну исполняется годик? Я не ошибаюсь?

– Нет. Не ошибаешься. Ещё один повод. В этой семье только нужен повод, а самогонка найдётся. Два года назад Аня перенесла инсульт. Сколько ей тогда было? Двадцать три года, кажется, или двадцать два, не помню точно. Папа возил её в Москву на консультацию к какому-то доктору. Нанимали лучшего массажиста, покупали дорогие лекарства. Наталья тогда рыдала, как сумасшедшая, Богу молилась, в церковь бегала. Клялась, что дочка больше никогда в рот не возьмёт и капли! Мне руки целовала, просила помочь. Я им денег через папу передавала. Пожалела. И что теперь? Два года прошло, и всё вернулось на круги своя. Сейчас Наталья утверждает, что немного выпить только полезно для здоровья. Её послушать, так если не станешь выпивать три рюмки в день, то умрёшь от рака или разрыва сердца.

Ольга с неприязнью вспоминала это время. Ей тогда тоже пришлось несладко. Они с Сергеем попали в аварию. Оба остались живы, но машина совсем не подлежала ремонту. Сергей отделался лёгкими ушибами, но вот Ольга попала в больницу с переломами рёбер и сотрясением мозга. Отец только звонил и оправдывался тем, что не может прийти. Он пытался помочь Анне. Для него это было важным. Ольга успокаивала его, говорила, что с ней всё хорошо. Отец плакал и сокрушался, но всё равно так и не пришёл. Когда Ольга вышла из больницы, начались новые трудности. Сергей тяжело переживал утрату машины и заявил, что им нужно взять паузу. Она согласилась, не спорила. Конечно, машина важна, ведь денег на новую нет. Но в глубине души назревала невыносимая обида, потому что приходилось становиться на одну линию с искорёженной железякой для сравнения. И это сравнение вышло не в её пользу.

Папы рядом не было. Он слушал сбивчивые жалобы дочери и объяснения по телефону, но ничего не понимал. Он был весь в проблемах Анны. Наталья слабая и беззащитная, она ничего не могла сделать без папы. А Оля сильная, у неё есть Анжела. А это дорогого стоит.