Записки с кухни - Хисаси Касивай

– Рад это слышать. Угощайтесь, пожалуйста. На дне, правда, слегка пригорело. – Заглянув в горшочек, Нагарэ вышел на кухню.

Кэйко взяла глубокую чашку и отпила немного супа. В нос ей ударил яркий аромат юдзу. Закрыв глаза, она прожевала фрикадельку. Вдруг ей вспомнилось море, на котором она выросла. Приятные воспоминания волнами расплывались во рту. В глазах ее заблестели слезы. На мгновение засомневавшись, она поскребла ложкой по дну горшка, положив себе остатки риса. Доев все, Кэйко соединила ладони у груди и убрала палочки.

– Вы наелись? Могу еще приготовить. – Подошедший Нагарэ дуржал в руках чайничек из керамики Токонамэ[94].

– Спасибо, не нужно. Было и правда очень вкусно! Я наелась до отвала. – Кэйко провела рукой по животу.

– Мне очень приятно, что вам понравилось. Лучшая награда для повара – когда гость все съел. – Бросив взгляд на пустой глиняный горшочек, Нагарэ улыбнулся Кэйко.

– Это и правда было здорово! А ведь госпожа Дайдодзи столько мне о вас рассказывала.

– Аканэ всегда приукрашивает. На самом деле ничего особенного я вам не предложил. – Со смущенной улыбкой на лице Нагарэ сменил тему разговора: – Коиси ждет, давайте я вас провожу.

– Хорошо. Я уже успела забыть, зачем пришла.

Допив чай, Кэйко поднялась с места.

– Простите, что я вас так поторопил. – Нагарэ первым шагнул в коридор, который вел к детективному агентству. Кэйко следовала за ним, с неподдельным интересом рассматривая множество фотографий, развешанных на стенах.

– Это все вы приготовили?

– Я не умею проигрывать – такой у меня характер. Поэтому, если меня просят что-то приготовить, отказать не могу – из чистого упрямства, – обернувшись, со смехом ответил Нагарэ.

– Вот эти суси выглядят аппетитно. – Кэйко подошла к одной из фотографий.

– Это суси с сельдью. Рыбу я замариновал в уксусе и сделал длинный разрез на спинке. А вы и правда любите сельдь, как я посмотрю. – Нагарэ тоже остановился.

– Мой отец был рыбаком, так что волей-неволей приходилось есть селедку каждый день, даже когда не очень-то и хотелось, – усмехнулась Кэйко.

Нагарэ пошел дальше по коридору.

– Выходит, что в детстве вы селедку не любили, а повзрослев, распробовали. Загадочная это все-таки штука – вкус!

Нагарэ открыл дверь. Коиси уже поджидала их:

– Входите пожалуйста.

– Здравствуйте еще раз. – Кэйко переступила порог.

– Что же вы на самый край сели? Двигайтесь поближе к центру. – Коиси улыбнулась гостье, которая скромно примостилась на краю дивана.

– Мне как-то неловко. – Кэйко слегка подвинулась.

– Сможете заполнить вот эти бумаги? – Коиси села напротив нее и положила на журнальный столик анкету.

Кэйко опустила планшет на колени и принялась писать.

– Если вы не хотите отвечать, можете пропустить этот вопрос, – предложила Коиси, заметив, что Кэйко остановилась.

– Дело не в этом. Я забыла свою дату рождения… Не хочу думать о возрасте. – Кэйко криво усмехнулась и передала Коиси заполненные документы.

– Кэйко Фудзикава. Работаете в музыкальной индустрии. А я думала, вы журналистка. Простите.

– Это нечто похожее.

– Живете в районе Синдзюку, Токио. Там ведь одни высотки? Ночью, наверное, шикарный вид!

– Смотреть в одиночку уже надоело. – Кэйко тихо вздохнула.

– Вы не замужем.

– Уже и слово это забыла.

– Совсем как я. – Коиси хлопнула в ладоши.

– Вы еще молодая. А вот станете такой старухой, как я…

– Да какая же вы старуха? Так и не скажешь, что вам уже за пятьдесят.

– Льстите вы мне. Но все равно приятно, – хихикнула Кэйко, покачав головой.

– Давайте вернемся к нашему делу. Что именно вы разыскиваете? – Коиси слегка вытянула ноги вперед.

– Рис с тэмпурой.

– Рис с тэмпурой? Тэндон? В Киото его почти не едят, а вот токийцы, напротив, такое обожают. Ведь так?

– Я сама не из Токио. Родилась я в Тохоку, в городе Исиномаки. В двадцать лет переехала в Токио и там узнала, что существует такая вкуснотища. – Кэйко посмотрела Коиси прямо в глаза.

– Расскажите теперь поподробнее про этот рис с тэмпурой. – Открыв блокнот, Коиси приготовила ручку.

– В то время я уже год как жила в Токио. На работе меня хвалили, поэтому в качестве вознаграждения директор предложил меня угостить. Заведение находилось в квартале Асакуса.

– А как оно называлось?

– Что-то вроде «Тэнфуса».

– Но сейчас оно уже не работает?

– Я бы у вас не была, если бы оно работало!

Переглянувшись, Кэйко с Коиси одновременно рассмеялись.

– Было в этом блюде что-то особенное? – спросила Коиси.

– Тэмпура была, конечно, вкусная, но особенно меня поразил соус. Он был очень насыщенный, если можно так сказать. Сладковатый, острый и одновременно легкий.

– Но разве в Токио рис с тэмпурой не везде одинаковый? И этот соус, немыслимый у нас, – сладкий, острый, густой до черноты?

– Нет, не совсем так. После этого я не раз бывала в популярных ресторанах, где подают тэмпуру – по вкусу она была совсем не такой, словно чего-то не хватало.

– Не припоминаете ли вы что-то более конкретное? Папа, конечно, попытается разыскать ваш тэндон, но, боюсь, ему будет непросто. – Коиси сложила руки на груди и склонила голову набок.

– Там были креветки, угорь и белое мясо рыбы, а еще зеленый перец и водоросли нори. Кляр, насколько я помню, самый обыкновенный. А соус был не такой уж и черный, как вы говорили, а наоборот, светлее, чем в других заведениях. Так мне показалось, по крайней мере. – Глядя в потолок, Кэйко рылась в старых воспоминаниях.

– Значит, ничего особенного в том рисе не было. Только соус отличался от стандартного, – записала Коиси.

– Кстати, к тэндону еще шел суп, и он тоже был очень вкусный… – Кэйко вдруг замолчала.

– Что-то вспомнили? – Коиси обеспокоенно на нее посмотрела.

– Суп, которым только что угостил меня ваш отец… По вкусу он чем-то похож на тот. Такой приятный, знакомый вкус. Нет, такого не может быть. Селедка там точно не могла оказаться. Мне показалось. – Кэйко, словно пытаясь убедить саму себя, отрицательно помотала головой.

– Вы сможете назвать точное место? Асакуса – довольно большой квартал.

– Позади статуи Каннон[95]. Узкая улочка, а рядом – забегаловка с суси.

– Если вам так понравилось, вы не думали сходить туда еще раз? От Синдзюку до Асакусы рукой подать, – с раздражением в голосе заметила Коиси.

– Директор тогда пообещал мне, что в следующий раз, когда я хорошо проявлю себя на работе, он снова отведет меня туда. Вот я и пребывала в полной уверенности, что этот день наступит. Я это чувствовала… – Кэйко опустила взгляд на журнальный столик и тихо вздохнула.

– Что ж, будем надеяться, что у