Зеленая гелевая ручка - Элой Морено

– Помнишь, на прошлой неделе я взяла у тебя зеленую ручку, ту новую, которую ты специально для себя купил? Ту, которую я обещала найти и забыла, – сказала она мне, глядя прямо в глаза. – Я взяла ее, как раз чтобы написать записку. У меня под рукой не оказалось ни одной ручки, и мне пришла в голову идея взять твою, зеленую. – Я кивнул головой. – Я пошла потом в бухгалтерию, и думаю, что ручка могла остаться там. Я специально оставила эту чертову записку. И вдобавок потеряла твою ручку. Прости.

Это «прости» прозвучало так больно, как будто меня ударили ножом в сердце.

Прости, что я потеряла твою ручку, которую ты хотел потерять. Прости. И я, трус, принял ее извинения.

Почему мне не пришло в голову сравнить почерк на записке с почерком Сары?

Ведь это было так очевидно, так легко, так близко – слева от меня.

Сара допила кофе, все еще блуждая в своих мыслях.

Осторожно. Это было новое слово для меня.

«Видел ли меня кто-нибудь?»

В тот день я раньше всех пробил свой пропуск и ушел домой. «Видел ли меня кто-нибудь?»

Я ощупал карман: записка все еще лежала там.

Я пришел домой в начале десятого, и уставшая Реби встретила меня на пороге одним из своих холодных поцелуев.

Мы поужинали вдвоем, но каждый наедине. «Видел ли меня кто-нибудь?»

Мы вместе легли спать.

Пока она спала, пока я пытался заснуть, этот вопрос продолжал звучать в моей голове снова и снова. Вопрос, который сейчас, при других обстоятельствах, я все еще слышу в своем изгнании.

«Видел ли меня кто-нибудь?»

Суббота, 30 марта 2002

Реби ушла на работу ровно в девять.

Утро субботы всегда было посвящено покупкам и очередям, но на этот раз в списке значился крупный торговый центр. Это было утро начала плана, реализацию которого я так долго откладывал, утро перемен, в конце концов.

Мы приехали довольно быстро: в половине одиннадцатого наша машина уже стояла на стоянке рядом с сотней других автомобилей.

Мы начали бродить по артериям потребительства, как две маленькие клетки, теряющиеся в потоке цен, скидок и одежды, в поисках магазинов, которые специализировались на переменах и побегах. Просмотрели электронный указатель, по названию смогли вычислить только один магазин, но так и не сумели понять, где именно он находится. Решили – ну, в общем, я один решил – отправиться на поиски.

В результате нашли четыре подходящих магазина, зашли в каждый из них.

В последнем на радость продавцу я купил почти все необходимое, чтобы втайне начать новую жизнь.

Время быстро пробежало.

Мы приехали домой в 13:45, почти впритык, буквально на грани провала. Я вошел в гараж: к счастью, машины Реби еще не было. Я направился прямиком в кладовку и в приготовленном тайнике за спущенными велосипедными шинами спрятал все, что купил. Теперь здесь, по секрету ото всех, хранились семена моей новой жизни.

Мы вышли из гаража, и спустя пятнадцать минут усиленных попыток мне удалось втиснуть машину в тесное пространство на парковке.

Я забрал Карлито из машины, и мы отправились домой. Мы поднялись, вошли в квартиру и наткнулись на Реби, которая добралась до дома раньше нас.

– Где вы были? – удивленно спросила она.

Я не ожидал встретить ее там, не ожидал, что мне придется на ходу что-то выдумывать. Я упустил лучший момент, чтобы рассказать ей правду, чтобы признаться в том, что хотел сбежать вместе с ней. Мне не хватило смелости.

– В торговом центре. Мне нужна новая дрель, потому что на нашей прокручивается сверло, – соврал я первое, что пришло в голову.

– А, – недоверчиво отозвалась она. – И как, нашел?

– Да, но как-то очень дорого. Посмотрю где-нибудь еще.

– Хм.

Обняв и поцеловав Карлито, она отправилась в комнату, приняла душ, переоделась и вышла на кухню. Вечером нам пришлось ехать в магазин за продуктами. Мы застряли в пробках, увязли в очередях и устали от разгрузки машины, которая затянулась чуть ли не до ночи. Поужинали: сначала он, потом мы.

Посмотрели телевизор, каждый сидя на своем краю дивана. Проспали до самого воскресенья.

Воскресенье застало нас в парке, за обедом у ее родителей и за ужином у нас дома, лежа на кровати, которая уже не была ничему свидетельницей, в ожидании очередного понедельника.

Не было никаких сюрпризов, ни одного поцелуя больше, ни одного поцелуя меньше.

Понедельник, 1 апреля 2002

Сара пришла рано, я уже был на месте. Мы поздоровались, и в этом приветствии я анализировал каждый жест, каждое слово, каждый взгляд. Она выглядела немного оправившейся после пятницы, я нет. Я заметил, хотя, может, мне это только показалось, что она держалась более отстраненно со всеми, в особенности со мной. С тех пор за каждым углом меня поджидало сомнение, порожденное мыслью, что она знает что-то такое, о чем я не догадываюсь.

Несмотря на поведение Сары, я решил вернуться в свою игру: найти ручку, потеря которой не принесла мне ничего, кроме проблем.

Я ждал половины восьмого, чтобы остаться одному, чтобы отправиться на поиски того, что в последние дни затягивало меня сильнее любого наркотика.

Я ждал.

Я ждал, а половина восьмого все никак не наступала. Время тянулось целую вечность. Я провожал тех, кто расходился по домам, всякий раз придумывая новые оправдания своей задержке. Я ощущал легкое покалывание во всем теле – такое больше свойственно влюбленным, ожидающим следующего свидания, но не человеку, мечтающему остаться на работе одному.

Прошло всего минут десять, и в офисе остались только два сотрудника: девушка из бухгалтерии и я. Она работала, я делал вид, что работаю, отсчитывая минуты, оставшиеся до девяти вечера, – в это время охранник делает последний обход и включает сигнализацию.

Я заметил движение возле выхода. Охранник встал, взял куртку и, направившись к выходу, махнул мне рукой. Наконец-то!

Я тут же подорвался с места и начал хаотично метаться по офису: столько времени прождал, а даже не наметил маршрут передвижения. Я принялся осторожно высматривать. Оглядел все вокруг: на столах, в мусорных корзинах, пока перед глазами не предстала ясная цель – зона бухгалтерии.

Я с беспокойством оглянулся назад, поворачивая ручку стеклянной двери, которую девушка закрыла перед уходом.

Это можно было назвать раем для любопытства: несколько столов,