История Глории - Стейс Крамер

– Миди, спасибо.

– Когда рожу, жду ответочки от тебя.

– Даже Дерси дома, ты-то где шлялась до поздней ночи? – негодовал Стив.

– Стив, я знаю все, что ты хочешь сказать. Я – неблагодарная сволочь, омерзительная мать, ты устал…

– Да, я очень устал, – прервал меня Стив.

Он лег на спину, закрыл глаза.

– Знаешь, все те счастливые моменты, которые были у нас с тобой, теперь мне кажутся вымыслом, – сказал Стив, перед тем как уснуть.

Лестер вернулся спустя два дня после моей встречи с Ларсом. Мы, как всегда, по обычаю, устроили пир в зале в честь его приезда, хотя каждый понимал, что, несмотря на возвращение Лестера, поводов для веселья у нас ничтожно мало.

– Миди, Джей, мне уже сообщили новость, что у вас скоро будет пополнение. Я очень рад за вас. Поздравляю. Можете рассчитывать на мою поддержку.

– Спасибо, Лестер, – сказал Джей.

– Глория, я поражен тем, как тебе удалось в одиночку решить проблему с «Красными языками».

– Спасибо.

– Но впредь обещай мне, что будешь советоваться со мной или, когда меня нет, – с Брайсом и Домиником перед тем, как захочешь что-либо сделать, – грозно сказал Лестер.

– Обещаю.

– Итак, у кого какие мысли по поводу этого цирка? Кому выгодно натравить на нас Ларса Эльбу?

– По-моему, ответ очевиден. Это Север, она же Мелания Уайдлер, – сказала Миди.

– Нет, это точно не Север, – возразил Алекс. – Уверен, она сейчас жарится под панамским солнцем и даже не думает о нас. Север в крайне невыгодном положении, чтобы затевать войну.

– Согласен, – подключился Доминик. – И это не Шенли, «Кан Каб Чеи» здесь ни при чем. Остались только «Грифы», но это слишком хитроумно для них.

– Значит, мы пришли к выводу, господа. У нас появился новый враг, – резюмировал Лестер.

В подавленном настроении мы решили, что нам придется еще долго поддерживать натянутые дружеские отношения с Эльбой для того, чтобы добраться до правды. Кто, в конце концов, затеял с нами эту глупую игру?

Перед сном я зашла в кабинет Лестера.

– Лестер… Я хочу отправить письмо Арбери, но не помню адреса, а она мне всегда отправляет без обратного.

– Я сам ей отправлю, если ты не возражаешь.

– Хорошо, спасибо.

Лестер стал вглядываться в конверт.

– Интересно, о чем вы друг другу пишете в этих письмах?

– …Наверное, я не должна об этом говорить, но… Арбери очень плохо. Она хочет вернуться в Америку.

– Я знаю, мы это с ней уже обсудили.

– Лестер, почему ты протестуешь? Она же может жить здесь, с нами. Тут безопасно. Ей там одиноко. Арбери страдает, и я не преувеличиваю.

– Глория, лучше займись своим сыном. Я очень благодарен тебе за Арб, но не лезь со своей помощью, когда тебя об этом не просят!

13

– Ну что, еще по одной? – спросил Стив, держа в руке бутылку виски.

Тем же вечером, после разговора с Лестером, Алекс пригласил меня, Стива и Джея в клуб. Я сначала возражала, думала, что он туда и Валери притащит и веселье, как всегда, сведется к нулю, но оказалось, что Алекс опять решил вспомнить молодость и посвятить этот вечер только нам.

– Ох, завтра я буду себя ненавидеть за все это, – сказал Джей, уже изрядно пьяный. – Точнее, сегодня. Уже полчетвертого…

– Да ладно тебе, Джей, – сказал Алекс, протягивая пустые бокалы Стиву. – Мы же не каждый день собираемся нашей скромной, дружной компанией.

– Это да… Скоро мне будет не до тусовок.

– Слушай, тяжело только первые полгода, а потом привыкаешь. Тем более, когда рядом твоя вторая половинка, готовая разделить с тобой все трудности, становится гораздо легче. Да, Глория? – высказал Стив свою завуалированную претензию.

Я виновато посмотрела на него, вспомнив все свои материнские подвиги.

– Да, дорогой.

Джей сделал очередной глоток. Он находился в том состоянии, когда даже щедрые дозы алкоголя не способны заглушить тревогу.

– …Если честно, я до сих пор не осознал, что произошло, – тихо сказал Джей. – Боже ты мой, ну какой из меня отец?! Я все еще в розыске… Я столько всего натворил.

– Джей, ты будешь очень хорошим папой, – ласково сказала я. – Заботливым, смешным. Так что не накручивай себя, дружище.

– Ребят, а пойдемте на танцпол? А то я уже смотреть не могу на этих дохликов, – предложил Стив.

– Да, самое время раскачать эту вечеринку, – подхватил Алекс.

Вчетвером мы сделали прыжок в прошлое. Когда в голове был ветер, а кровь ежедневно транспортировала молекулы веселых веществ к мозгу. Мы отключились. Иногда полезно вот так забыться, поверить в то, что весь мир – лишь плод твоей безудержной фантазии и ты можешь делать все, что угодно. Со Стивом мы отпустили на миг наши разногласия и превратились просто в молодых влюбленных, готовых ради своей любви бросить вызов всему миру. Джей ненадолго расстался со своими тягостными мыслями о ребенке, Миди, о себе в роли отца. Он был ярким пламенем на танцполе, а все остальные – лишь жалкие искорки, которым суждено исчезнуть во тьме. Наша сумасшедшая четверка блистала в тот вечер. Мы счастливы и свободны. Счастливы и свободны.

И после того, как во мне вспыхнула эта фраза, появилась Ребекка. Я увидела ее в толпе. Она улыбалась, танцевала, была просто невероятно красивым ангелочком. Мы воссоединились на мгновение, и скромное пламя превратилось в настоящее огненное безумие.

– Стив, можно я немного потанцую с твоей женой? – спросил Алекс.

– Конечно, а я пока пойду покурю.

Играла медленная музыка, все присутствующие разделились на пары. Алекс обнял меня за талию.

– Я тоже хочу курить, – резко сказала я, выбравшись из объятий Алекса.

– Да брось, Глория, это всего лишь танец.

Его руки вновь коснулись моего тела. Всего несколько минут – и все. Нужно чуть-чуть потерпеть.

– Помнишь, как ты учила меня танцевать?

Я старалась не смотреть на него, а он тем временем глаз с меня не сводил. Для меня нахождение рядом с ним было пыткой, и Алекс, безусловно, чувствовал это.

– Что происходит? – не выдержал он. – Почему ты так резко изменила свое отношение ко мне?

– …Спроси у своей девушки.

– А при чем здесь Валери?

– Она не хочет, чтобы я с тобой общалась. Не доверяет то ли мне, то ли тебе.

– Валери знает, как я к тебе отношусь. Она пока не может с этим смириться. Мы с тобой друзья, мы столько всего вместе пережили. Ты – значимая часть моей жизни, Глория.

Мне захотелось рассмеяться, но я сдержалась, а после почувствовала слабые рвотные позывы, спровоцированные отборнейшей порцией лжи.