Три Светланы - Юрий Семенович Лановой

Оставив внизу свою сумку и чемодан на колесиках, она отправилась осматривать виллу.

На цокольном этаже находились котельная, кладовая, прачечная, небольшая гостиная с камином, спальня с балконом и ванной. Отсюда можно было попасть во внутренний двор и закрытый гараж.

На первом этаже располагались кухня с открытой планировкой, уютная гостиная с камином, столовая, веранда с оранжереей.

На втором этаже разместились спальня с балконом и видом на море, ванная комната, кабинет, гардеробная и две маленькие веранды.

Из окон, веранд и балконов открывался впечатляющий вид на Эгейское море и изрезанную береговую линию.

На участке были большой сад с виноградником и фруктовыми деревьями, бассейн, огромная терраса в камне, паркинг для гостей, барбекю, беседка и гостевой домик.

Светлана без труда нашла документы, спрятанные за картиной в сейфе, и на следующий день отправилась в город и переслала документы специальной почтой в Москву. По дороге она не раз вспоминала Тамару – здесь был не автобан и правила дорожного движения соблюдались не всегда, но Тамара научила Светлану водить машину при любых условия.

Светлана, облаченная в тунику с древними символами, сидела на балконе на подушке табурета с выточенными в виде «львиных» ножками и смотрела на багровый диск, который только начинал касаться своим нижним краем водной глади Эгейского моря. Яркие лучи разбегались в разные стороны и терялись за горизонтом. Летняя жара уже спала, и с моря нежной прохладой дул легкий ветер.

На улице послышался шум остановившегося автомобиля, затем радостный возглас на английском соседа-грека. Заскрипела столетней давности лестница на второй этаж, в дверь постучали. Светлана повернулась на стук. Дверь начала медленно открываться, и в проеме стал показываться огромный букет алых роз …

На краю моря мужчина нежно прижал к себе заснувшую на его руке женщину и поцеловал в ее оголенное плечо. Затем, о чем-то вспомнив, сказал про себя: «А ты тогда был прав, малыш!»

А на другом краю моря другой мужчина прижал к себе свою любимую и сказал про себя: «Я это сделал, Семен!»

Последний лучик заходящего солнца скромно блеснул на горизонте и коснулся облачка, одиноко висевшего над поверхностью моря. Оно зашевелилось в ожидании новой ласки светила, но в этот момент водная стихия его целиком поглотила, оставив небо в холодном прозябании. Облачку едва хватило сил, чтобы повернуться на другой бок и заснуть до следующего утра.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ДЕТИ

Глава первая. Дети в ответе

Поздним летним вечером с отдаленной железнодорожной платформы ближнего Подмосковья, окруженной в радиусе трех километров усиленным нарядом войск НКВД, отошел литерный поезд и, громко стуча колесами на стыках рельс под супертяжелыми бронированными вагонами, взял курс на юг страны. В салон-вагоне за просторным столом, уставленным вазами с фруктами, бутылками с лимонадом и соками, коробками с конфетами, удобно расположились дети Отца народов – Иосифа Виссарионовича Сталина – Яков, Василий и Светлана. Сталин отправлял детей в Грузию навестить больную мать – семидесятисемилетнюю Екатерину Георгиевну Геладзе. Это была первая и единственная совместная поездка внуков к бабушке. Той же осенью Сталин сам в последний раз навестил мать. Через два года она умерла в Тбилиси и была похоронена под именем Екатерина Джугашвили возле церкви Святого Давида, в пантеоне Мтацминда, рядом с русским драматургом и дипломатом Александром Грибоедовым. Грибоедов был убит 30 января 1829 года толпой религиозных фанатиков в русской миссии в Тегеране. В возмещение пролитой крови персидский шах Фехт-Али послал русскому царю Николаю I великолепный алмаз «Шах», который некогда украшал трон Великих Моголов.

Судьба каждого ребенка Сталина насыщена множеством неординарных реальных событий, но еще больше событий вокруг их имен выдуманных и целенаправленно сфальсифицированных.

Старший сын Иосифа Виссарионовича Яков, рожденный от первого брака с Екатериной Сванидзе, умершей, когда Якову не исполнилось и месяца, до четырнадцатилетнего возраста жил в Грузии и воспитывался в семье сестры матери. Затем Сталин забрал Якова в Москву, в новую семью. Вторая жена Сталина, Надежда Сергеевна Аллилуева, всячески помогала пасынку вжиться в столичную и, тем более, в кремлевскую действительность. Почему-то это раздражало Сталина, и у Якова с самого начала не сложились отношения с отцом. После окончания школы он без всякой поддержки поступил в Московский институт инженеров транспорта, в котором проявил себя успешным студентом и, по воспоминаниям однокурсников, «скромным и весьма порядочным человеком». Поначалу никто не знал, что он сын Сталина. После института Яков недолгое время работал на электростанции в должности дежурного инженера. Накануне войны неожиданно для всех Яков сменил мирную профессию и поступил в Военную артиллерийскую академию. Многие полагают, что такие радикальные перемены произошли не без участия Сталина. Летом 1941 года Яков окончил академию и на второй день войны добровольцем отправился на фронт, в самое пекло – в Белоруссию. В июле артиллерийская батарея, которой командовал старший лейтенант Джугашвили, попала в немецкое окружение, и в контуженном состоянии Яков был пленен.

Когда немцы узнали, что перед ними сын Сталина, его отправили в Берлин, в распоряжение служб рейхсминистра пропаганды Германии Йозефа Геббельса. Якова поселили в фешенебельном отеле «Адлон», одели в шикарный костюм, кормили в дорогом ресторане … Это был тщательный план воздействия на пленного путем контрастов пребывания в лагере и в отеле. Якова пытались привлечь на свою сторону, отказаться от родины и своим примером показать преимущества добровольной сдачи в немецкий плен. Через своих подручных Геббельс даже предлагал Якову возглавить будущее правительство поверженного СССР в случае победы Германии.

Убедившись в безрезультатности своих попыток и стойкости взглядов Якова, его отправили в офицерский лагерь Хаммельбург. Здесь его пытались сломить физическими издевательствами и голодом. Вместе с группой пленных польских офицеров он пытался бежать, но попытка не удалась. Якова вывезли в лагерь смерти Заксенхаузен. После разгрома фашистских войск под Сталинградом Гитлер предлагал Сталину обменять Якова на плененного фельдмаршала Фридриха Паулюса. Сталин ответил сразу же ставшей знаменитой фразой: «Я солдат на маршалов не меняю!» Такое решение Верховного Главнокомандующего стало известно не только Якову, но и многим другим советским воинам в фашистском плену. По лагерному радио также передавали заявление Сталина о том, что «нет военнопленных – есть изменники Родины!» Возможно, это и подтолкнуло Якова на безрассудный шаг – он бросился на проволочное ограждение, находящееся под высоким напряжением. После войны из документов, попавших в руки союзников, стало известно, что накануне