За три моря. Путешествие Афанасия Никитина - Константин Кунин

В те годы Крым принадлежал татарским ханам, а по южному берегу его были раскинуты генуэзские селения^[94] – Балаклава, Ялта, Гурзуф, Алушта, Кафа. Корабль, на который сел Никитин, только в ноябре попал к берегам Крыма. Ветры отнесли его сначала к Балаклаве. Плывя вдоль берега от одного селения до другого, корабль приплыл в Кафу.

Итальянские купцы из города Генуи основали Кафу на том месте, где теперь стоит город Феодосия. Когда в Крыму утвердились татары, генуэзцы стали платить им дань, и те не вмешивались во внутренние дела города.

Через Кафу генуэзцы вывозили зерно, кожу, меха, а ввозили сукно, оружие, посуду и другие итальянские товары. Московские, тверские и прочие русские купцы часто приезжали в Кафу. Никитин знал, что в Кафе он наверняка встретит русских, с которыми сможет вернуться на родину.

Монета завоевателя Византии – турецкого султана Мехмеда II

Генуэзцы называли этот город «Королевой великого моря».

Пройдя в городские ворота, Афанасий очутился на маленькой, мощенной плитами площади, посредине которой стоял человек, трубивший в рог и возвещавший жителям Кафы волю ее правителей. Далее высился дворец с узорчатой галереей.

Монета завоевателя Византии – турецкого султана Мехмеда II

Никитин пошел по улицам города, мимо высоких итальянских домов с красивыми балконами, мимо генуэзских, армянских и греческих часовен, мимо базаров, где торговали всякой снедью, вином и оружием.

Он искал пристанища, но владельцы заезжих домов боялись пускать к себе приезжего из турецкой земли без ведома правителя города. А Никитин не хотел попадаться властям на глаза.

Так бродил он весь день. Везде звучала итальянская, татарская, греческая и армянская речь. В лавках чинно торговали греческие и армянские купцы. Татары-грузчики катили на корабли бочки с вином, тащили мешки с зерном, вяленую рыбу.

Никитин знал, что главный свой товар – невольников – кафинцы не выставляют напоказ. На окраине города в глухих каменных сараях теснились пленники – добыча татарских набегов на русские земли, лежавшие близ Львова, Киева и Рязани. Кафа богатела на торговле рабами.

Но «Королева великого моря» доживала последние дни. С тех пор как турки захватили Константинополь и заперли выход из Черного моря, торговая жизнь Кафы стала замирать. Все приходило в упадок.

Никитин заметил, что башни Кафы дали трещины, в гавани стояло мало судов. В городе чувствовалась тревога, все ждали нападения турок и в каждом чужеземце видели шпиона.

Эту подозрительность кафинцев Афанасий испытал на себе. Уже солнце садилось, а он все еще бродил по улицам, усталый, измученный, сонный. Незаметно забрел он на окраину города. Вдоль улицы тянулись сады, окруженные невысокими глухими оградами.

Никитин завернул за угол и внезапно остановился. Из-за ограды доносилась заунывная песня. Кто-то пел приятным, мягким голосом.

Волнение охватило Никитина. Прислонясь к стене, он слушал.

Песня была русская. Впервые после смерти Юши слышал Афанасий русскую речь.