Барчестерские башни - Энтони Троллоп

— Папа, что случилось? — воскликнула она, пустив малютку ползать по полу.

— Я зашел тебе сказать, милочка, что я еду в Пламстед. Ты, наверное, не захочешь поехать со мной?

— В Пламстед, папа? Ты думаешь там остаться?

— Вероятно, я там переночую. Мне надо посоветоваться с архидьяконом по поводу этой злополучной богадельни*. И зачем только я стал думать о возвращении туда!

— Но, папа, в чем дело?

— Я беседовал с мистером Слоупом, милочка, а он не самый приятный в мире собеседник,— по крайней мере, для меня.

Элинор чуть покраснела, но если она думала, будто отец намекает на ее знакомство с мистером Слоупом, то она ошибалась.

— И что же, папа?

— Он намерен превратить богадельню в воскресную школу и молитвенный дом, и, наверное, поставит на своем. Я для этого не подхожу и, следовательно, должен отказаться от назначения.

— Но что плохого в школе, папа?

— То, что в ней не будет директора.

— Но его же, конечно, подыщут.

— Мистер Слоуп подыскал меня. А я для такой работы не гожусь. И отклоню эту честь.

— Ах, папа! Мистер Слоуп вовсе этого не хочет. Он был вчера тут, и он хочет...

— Он был вчера тут? Вот как? — сказал мистер Хардинг.

— Да, папа.

— И говорил про богадельню?

— Он говорил, как он будет рад — и епископ тоже — снова увидеть тебя там. Потом он говорил про воскресную школу; и сказать правду, я с ним согласилась. И думала, что тебе она тоже понравится. Мистер Слоуп говорил, что школа будет не в богадельне, а только при ней, и ты будешь ее попечителем и иногда станешь бывать там; и я подумала, что тебе это будет приятно; и я обещала, что буду учить там; все это казалось таким... и, папа, мне так грустно, если я поступила дурно.

— Вовсе нет, милочка,— ответил он, мягко, очень мягко ее отстраняя.— Ты хотела быть полезной, а в этом нет ничего дурного. Наоборот, это очень хорошо. Нынче те, кто не хочет оказаться ненужным, должны напрягать все свои силы,— бедный мистер Хардинг попытался приобщить дочь к новой доктрине.— Это относится и к мужчинам и к женщинам,— продолжал он.— И ты поступишь правильно, милочка, если займешься чем-нибудь, но...

— Что, папа?

— На твоем месте я не стал бы выбирать в духовные наставники мистера Слоупа.

— Я этого не собиралась и не собираюсь делать.

— Было бы дурно с моей стороны говорить о нем плохо, так как ничего плохого я о нем не знаю; но он мне не кажется искренним человеком, и я вижу, что он неблаговоспитан.

— Но я, папа, и не думала выбирать его в наставники.

— Что до меня, милочка, то помнишь пословицу — старого пса новым штукам не выучишь? От воскресной школы я должен отказаться, а значит, скорее всего, и от богадельни. Но сначала я посоветуюсь с архидьяконом.— Он поцеловал малыша, взял шляпу и удалился, совсем расстроив Элинор.

Все это еще усугубило его страдания. У него было так мало близких ему людей, и потеря самого дорогого и близкого человека казалась особенно невыносимой. А ему представлялось, что именно так и случится. Он не сознавал, что был бы рад, если бы его дочь возненавидела мистера Слоупа, однако признайся она ему в такой ненависти, его упрек за столь нехристианское чувство не был бы особенно строгим. Но между ней и мистером Слоупом возникла дружба, она разделяла его взгляды, одобряла его планы и с восторгом внимала его поучениям. Мистер Хардинг вовсе не хотел, чтобы его дочь ненавидела мистера Слоупа, но уж лучше ненависть, чем любовь!

Он заказал в гостинице извозчика, вернулся домой, собрал саквояж и отправился в Пламстед. Архидьякон, во всяком случае, не побратается с мистером Слоупом! Но зато он будет настаивать на междоусобице, публичных речах, громогласных обвинениях и прочих атрибутах открытой войны. А эта крайность была для мистера Хардинга немногим приятнее первой.

Мистер Хардинг не застал зятя дома: того не ждали раньше вечера, и он излил душу старшей дочери, Миссис Грантли питала к мистеру Слоупу антипатию не меньшую, чем ее муж, и так же твердо верила, что они обязаны сражаться с праудитянами, отстаивать права соборного духовенства и оборонять законную долю хлебов и рыб, причитающуюся ее кругу; подобно своему супругу и повелителю, она готова была биться, не давая и не прося пощады. При этом она вовсе не была сварливой или неуживчивой: но, подобно архидьякону, она чувствовала, что присутствие в епархии мистера Слоупа — это оскорбление для всех, кому дорога память покойного епископа, а его предполагаемое влияние на дела епархии — прямой вызов ее мужу. Никому и в голову не пришло бы, что миссис Грантли может до такой степени ожесточиться. Она была в наилучших отношениях с женами всех окрестных священников. Ее любили все соборные дамы. И хотя она была богаче их всех, она сумела поставить себя так, что ее карета и лошади никому не кололи глаз. Она никогда не вызывала зависти у жен священников, подчеркивая свою близость с аристократией графства. Она не упоминала кстати и некстати о графах и графинях и не похвалялась тем, что платит своей гувернантке шестьдесят фунтов в год, а кухарке — семьдесят. Все знали миссис Грантли как умную, тактичную, миролюбивую женщину, и барчестерцы были поражены той неукротимой воинственностью, которую она выказала в качестве главнокомандующей грантлитянок.

Едва миссис Грантли услышала, что ее сестра Элинор обещала помогать мистеру Слоупу в делах богадельни, она уже не могла ни говорить, ни думать ни о чем другом.

— Но как Элинор его терпит? — воскликнула она.

— Он очень хитер,— ответил ее отец.— И сумел внушить ей, будто он — смиренный и достойный священнослужитель. Да простит мне бог, если я к нему несправедлив, но, по-моему, он далеко не таков.

— Не таков! — насмешливо сказала она, словно его сдержанность ее раздражала.— Надеюсь, он все-таки не настолько хитер, чтобы заставить Элинор вовсе потерять голову.

— Ты думаешь, она может выйти за него замуж? — спросил мистер Хардинг, которого эта страшная мысль совсем ошеломила.

— Что тут невероятного? Конечно, он будет добиваться этого, если у него появится надежда на успех. У Элинор тысяча фунтов годового дохода, а для мистера Слоупа это завиднейшее состояние, и он постарается прибрать его к рукам.

— Но ведь ты не думаешь, Сьюзен, что он может ей нравиться?

— А почему бы и нет? Такие мужчины, как он, очень хорошо умеют очаровывать одиноких беззащитных женщин вроде нее.

— Беззащитных? — переспросил несчастный отец. — Но ведь у нее же есть мы!

— Ах, папа, как вы наивны. Нельзя же ждать, что Элинор так и останется вдовой. Я первая посоветовала бы ей снова выйти замуж, если бы только она выждала приличное время и выбрала бы порядочного человека.

— Неужели ты правда полагаешь, что Элинор думает выйти за мистера Слоупа? Ведь ее муж умер всего год назад.