Две судьбы. Часть 2. Развод – это… не всегда верно! - Лена Гурова

– Девчонки, что это у вас тут творится? Кофе сбежал, картошка не почищена, вода на полу. Вы что, подрались? – Володя с Катей стояли в проёме двери и хихикали.

Люська с Риммой, оценив масштабы бесхозяйственности, бросились ликвидировать последствия. И уже через полчаса сидели за столом. А потом перешли в гостиную пить кофе, и «девочки» всё время переглядывались. Вечером нагулялись, вчетвером, папа Вова катал всех на санках, даже Римму. Но вот Люське не повезло, она слетела и угодила в жидкое ледяное месиво.. Пришлось бежать домой, причём, к Алёшкиным, это было ближе. Переодевшись, она вышла из ванной в гольфах тётки и большом свитере морского врача, тёплом, уютном и мягком.

– Мамочка, ты как Винни Пух на тоненьких ножках, – расхохоталась девочка, заразив и взрослых.

Люсю усадили, накрыли пледом, поднесли кружку с чаем, лимончики, шоколадку. Уютно, до безобразия… За что ей такое внимание? Тем паче, от Алёшкиных. А когда две заговорщицы услышали: «Нет, Оля, сегодня не могу», – донёсшееся из коридора, переглянулись и выдохнули. Этой ночью Люда с Катей ночевали у Риммы Ивановны.

А в сердце Люси поселилось смятение, она опять растерялась, поняв, что ревнует Алёшкина. Какое право, изменница и потерявшая себя Люда Градова, имеет на это? Она разлюбила Максима? Или что это? Как она устала от себя… Измаялась вся…

На следующий день, возвращаясь домой, одна молодая мамаша не обнаружила в доме другую. В прихожей стоял чемодан, значит Трошин привёз детей. Но где они? И не позвонили. Вытащив телефон, поняла, разрядился. Да, вчерашние события укатали её, сивую Бурку, обычно, она не позволяла себе остаться без связи. Не успела зарядить, как в дверь позвонили. У Леры свой ключ, и кто это?

В дверях стоял Роман с Алёшкой на руках.

– Привет! А где все? Отстали?

– Здравствуй, Люда! Вот, доставил твоего сына в целости и сохранности. Могу быть свободен.

– Так, а Лерка где? И дети?

– Не волнуйся, они с Андреем прекрасно проводят время.

– Ничего не понимаю.

–А что тут понимать. Они меня отправили с твоим сыном домой, а сами … Не знаю, куда двинули, они меня не посвятили. Всё, пока. Я поехал, мне тут делать нечего.

У Людмилы закипели мозги. Обычно, им никогда не мешали её дети. Так повелось, что гуляли всей грядкой, детей не делили. И вдруг!

– Подожди, проходи, чайку попьём. Я тоже только вошла. Сейчас позвоню, проясню ситуацию.

– Нет, я пойду, ещё успею на дневной.

– Не нервируй меня, Трошин! Продёрни в горницу, быстро!

Дозвонившись, получила ответ, что они скоро будут, и всё объяснят. С ними Нина, учительница девочек. Ставьте, мол, чайник!

Дружная и весёлая компашка нарисовалась, сразу наполнив гомоном и лопотанием всё пространство. Но Лера даже не смотрела в сторону Романа, игнорировала.

– А что происходит, подруга? Вы нарушили пакт о ненападении? На Трошине лица нет, да и ты опять бледная, как моль.

– Да ничего не случилось, просто выеденного яйца не стоит, даже слова тратить жалко на объяснение. Они-с изволили упрекнуть меня в недостаточном внимании к их величеству. При этом он оскорбил Андрюшку, нёс какую-ту пургу, наблатыкался у себя на севере, и, в конце концов, забрал Алёшку, чтобы он не мешал нам цементировать отношения. Как тебе?

– Да он просто ревнует тебя, Лерка! – выдохнула Люда. – Это чистой воды, любовь. Трошин обрёл надежду, начав общаться с тобой, понимаешь? И к гадалке не ходи!

– Ой, не говори ерунды. И хватит об этом. У нас есть новости и поважнее. Наша Нина ушла от мужа и готова переехать к Смирнову. Но мы не лезем, вроде как ничего не знаем, смотрим со стороны. Это понятно?

– Вот это да! А Ромка твой сел в лужу, ха-ха…

Андрей сиял, как медный пряник, Ниночка потупляла глазки, девчонки прыгали вокруг неё, а Трошин, чтобы скрыть замешательство, занялся пацанами. Он расселся на полу, устроив гонки на игрушечных машинах, чем вызвал безудержную радость и восторг самых младших. Они лазали по нему, ловили автомобильчики и заглядывали папе Роме в лицо, получая очередное задание. Люда довольненько улыбалась, поглядывала на всех. В душе распускались бутончики удовлетворённости жизнью, радости бытия, надежды на лучшее будущее… Неужели её отпускает? Неужели возвращается Люся?

Лерка же, наоборот, злилась и никак не могла взять себя в руки. Нет, ну вы посмотрите! Устроил разборки посреди планеты всей! Да какое он имеет право, даже, просто указывать ей, как себя вести?

Ой-ё-ё-й! Нога поехала, наступив на машинку, и она оказалась в руках Трошина, успевшего вовремя среагировать.

– Прости меня, Лера! Я не знаю, как жить без вас дальше, вот и бешусь. – В глазах бравого майора было столько беспомощности и растерянности, даже трещинки куда-то делись, и внешне он стал похож на нашкодившего школьника, ожидающего наказание от учителя. – Я люблю тебя! Подскажи, как вернуть мою Лерку, самую лучшую, самую милую, самую ненаглядную?

Он ещё сильнее прижал её к себе, и она не отстранилась. Так и сидели на полу, облепленные детьми.

– Чай готов! – Люда оповестила таким тоном, как будто приглашала королевских особ. – Прошу всех встать в горизонтальное положение, зацепить по ребёнку и к столу!

Андрей подскочил, принёс пакет и выставил на стол шампанское, конфеты, фрукты и пирожные. И симпатичный букетик маленьких розочек, вернее, три букетика.

– У меня сообщение, дорогие мои сестрички! Я нашёл свою единственную и неповторимую, свою Ниночку. Вы знаете, она была не свободна. И я уехал, от греха подальше, и до Нового года сидел в своей берлоге. Нина не давала никаких поводов, ну что морочить голову и себе, и ей? Но я не мог не видеть мою желанную, образ которой приходил ко мне каждую ночь. Это наваждение ломало, выворачивало наизнанку мою душу. И я решился. Просто разрешил себе посмотреть на неё. Девчонки, она разглядела меня среди толпы, среди нескольких сотен отдыхающих людей, хотя я старался прятаться, боясь поставить Нину в неловкое положение. Как так? Я стоял у колонны внизу, а она с третьего яруса смотрела прямо в мои глаза и улыбалась. И я понял, что никуда не уйду без неё. Украду, спрячу, никому не отдам. А она, к моему безумному счастью, оказалась и не против. Я не могу не поделиться своей радостью с вами, подружки дней моих суровых! Я сделал Ниночке предложение, и она согласна! – Андрей задохнулся от нахлынувших на него чувств, глаза засияли навстречу струившемуся свету распахнутых глаз любимой женщины.

Мы заорали,