Френдзона - Ася Лавринович

– Ну, не знаю. Напиши письмо в «Жди меня», – подсказал друг.

– Тебе все шутки шутить, а у меня дурное предчувствие, – зловеще прошипела я.

– Тогда в «Битву экстрасенсов».

– Да ну тебя! – рассердилась я и бросила трубку. С Сашей каши не сваришь, шут гороховый.

Целый день я не знала, чем занять себя. Телевизор не смотрелся, музыка не слушалась, а уроки тем более не делались. Время от времени я набирала Маринкин номер или обновляла ее страничку в интернете. Но все тщетно.

Вскоре с работы пришла мама.

– Иннусь, ты какая-то бледная и взвинченная. В школе неприятности?

– Нет, – устало ответила я. – Просто настроения нет.

– Откуда ж ему взяться, – согласилась мама. – Ты видела, что на улице творится?

Я выглянула в окно. Над нашим и так не радужным двором нависли громадные серые тучи.

– Надеюсь, из них повалит снег, – мечтательно предположила я.

– Ага, жди! – рассмеялась мама, ставя на плиту чайник. – По прогнозам снова дожди. И когда это безобразие закончится? Попьешь со мной чайку?

Накрывая на стол, мама весело рассказывала о том, какой корпоратив у них намечается на Новый год. Подготовка уже шла полным ходом. Маме нужно сшить какой-нибудь карнавальный костюм. Я предложила вновь одолжить у Сашки маску Дарта Вейдера, и мама звонко расхохоталась. Со вчерашнего дня она находилась в прекрасном расположении духа. Мама была рада, что мы стали хорошо общаться с отцом. Сказала, что прокатиться на дельфине – это даже лучше дорогого платья с юбкой-колокольчиком. С этим я не могла поспорить.

Едва мы уселись с мамой за стол и я поднесла ко рту чашку с горячим сладким чаем, из комнаты донесся сигнал моего мобильника: пришло новое сообщение. Я быстро поставила кружку на стол и ринулась в свою комнату. Да неужели! От Марины:

«Мне срочно нужно с тобой поговорить. Встретимся через пятнадцать минут в беседке с.»

«Беседка с.», или в простонародье «беседка страстей», находилась между нашими с Мариной домами. Такое название эта романтичная и уже весьма ветхая постройка получила неслучайно. Летом беседка никогда не пустовала: в ней либо распивали алкогольные напитки шумные компании, нередко доводя свои посиделки до драк, либо обнимались и целовались влюбленные парочки. Осенью беседка не пользовалась особой популярностью, а в такую нелетную погоду – тем более.

Я держала телефон в руках, и меня охватила мелкая дрожь. Господи, что происходит? Куда пропадала Маринка? К чему вся эта таинственность? Хоть Сашка и высмеял меня за преждевременную панику, на душе было тревожно и пусто. Не нравилось мне все это.

– Мам, я на пару минуточек! – крикнула я уже из прихожей, торопливо натягивая ботинки. – С Маринкой встретиться надо, она мне книгу одну передать хотела.

– К чему такая спешка? – выглянула из кухни мама. – Пусть Марина к нам зайдет, посидите, поболтаете… Я как раз пирог с мясом собираюсь готовить.

– Да там еще какое-то срочное дело… – пропыхтела я, надевая куртку. – Все! Пока, я побежала!

И я выскочила за дверь, оставив в недоумении маму и недопитый чай на столе.

Выбежав из подъезда, я задрала голову и посмотрела на небо. Ну и ну! Вот это тучки. Надо было зонт с собой прихватить. Кажется, за всю свою жизнь я всего пару раз выходила из дома с зонтом. И, разумеется, в эти самые дни никаких осадков не было. Сколько себя помню, всегда мокну под дождем. Видимо, участь у меня такая.

Хотя, может, пронесет? Уж как-нибудь добегу, здесь недалеко. Если что, непогоду можно и в беседке переждать. Но не успела я даже свернуть за свой дом, как холодный осенний ливень хлынул стеной. В том, чтобы возвращаться домой за зонтом, я не видела смысла, еще, чего доброго, не успею встретиться с Маринкой. Меня распирало от любопытства, куда могла пропасть подруга. И слава богу, что нашлась.

До беседки я добралась насквозь мокрой. Капюшон куртки нисколько меня не спас. Из-за ветра капли дождя залили все лицо. И тушь наверняка потекла… Видок со стороны у меня, наверное, еще тот. Марины на месте не оказалось. Беседка была пустой. Я думала, что обязательно в ней окажется кто-нибудь, спасающийся от природной стихии, но во дворе никого не было. Все нормальные люди в такую непогоду дома сидят.

Маринку я заприметила издалека. Она семенила к беседке под большим черным зонтом, время от времени перепрыгивая лужи. Внезапно порыв ветра вывернул ее зонтик наизнанку, одна из спиц выскочила. Маринка выругалась себе под нос и прибавила ходу, при этом борясь со сломанным зонтиком, ветром и разошедшимся косым дождем.

– Вот это ливень! Привет! – поприветствовала я подругу, когда та наконец вбежала в беседку. – Марин, ты где все это время пропадала? Почему трубку не брала?

Я сделала пару шагов навстречу Маринке, но та начала от меня пятиться. Я заметила, что подруга была сама не своя. В глазах стояли слезы. Я опешила:

– Что случилось? Что этот гад Кораблев сделал с тобой?

– Инна… – тихо произнесла Марина, а затем, неожиданно для меня, перешла на срывающийся крик: – Как ты могла, Инна? Я все знаю!

Я совсем ничего не понимала. Что я могла? Что она знает?

– Ты о чем? – осторожно спросила я.

– Не строй из себя дурочку! – вновь зло выкрикнула Марина.

– Я честно не понимаю, в чем дело! – Голова у меня шла кругом. – Ты можешь мне объяснить, за что на меня сердишься? Где, в конце концов, твой Кораблев? Это он что-то наговорил про меня? Если так, не верь ни единому его слову! Он нагло врет!

– Антон в больнице, – еле слышно проговорила Марина.

– В больнице? – искренне удивилась я. – А что с ним такое?

– Ну ты и нахалка, Инна! – вновь взорвалась Маринка. – Антон в больнице со вчерашнего дня! Все это время я была у него. Разве это не ты подослала бравых молодцев, чтобы его избили?..

– Чего? Каких еще молодцев? – искренне воскликнула я. – Погоди-погоди… Колька…

– Не знаю, кто там, Колька, Толька… Мне все равно! Но на Антона больно смотреть! Лицо – один сплошной синяк. – Маринка громко всхлипнула. – И еще перелом ключицы…

Я подавленно молчала. Ливень барабанил по крыше беседки. А из Маринкиных глаз катились огромные слезы, одна за другой.

– Не ожидала я от тебя такого, Инна. Вот, значит, как ты решаешь конфликты. Просто отлично! По-другому и не скажешь. – У Маринки дрожал подбородок.

– Марина, клянусь, я не просила Кольку избивать Антона! – в свое оправдание закричала я. – Просто хотела, чтобы он с ним поговорил… о нашем