Работа над ошибками - Мария Лисицына

Квартира была роскошной, жизнь изобиловала путешествиями и светскими раутами, работа стала карьерой. С семьёй, похоже, тоже всё было хорошо: бабушка и дедушка на фотографиях сияли счастьем рядом со своими внуками, нелепый лысый муж на снимках то держал её в объятиях, то на руках, то стоял рядом с ней в блестящем танцевальном костюме.

За дверью раздался шум, и Даша подкралась поближе.

— Я не хочу на каток! Я хочу мультики! — тоненьким голосочком пропищала за дверью одна из дочерей.

— Я тоже хочу мультики! — вторила ей сестра.

— Девочки, без разговоров, собирайтесь. Не хотите на каток, пойдём в пиццерию. Пусть мама поспит.

— Мама болеет? — с тревогой спросила одна из девочек.

— Ничего страшного, просто давление.

Стараясь не шуметь, Даша на цыпочках пробралась к кровати и забралась под одеяло.

— Не спишь? — тихо постучав, Михаил вошёл в комнату. — Ты как?

— Нормально, — с деланной слабостью в голосе ответила Даша.

— Мы уйдём часа на два, ты отдохни, хорошо?

— Хорошо, вы куда?

— В кафе, если удастся уговорить девочек, то пойдём на детскую площадку. Тебе что-то купить?

— Нет, я вздремну, а потом, пожалуй, сама выйду на улицу — проветриться.

Муж Михаил согласно кивнул и тихонько закрыл за собой дверь.

Дождавшись стука входной двери, Даша ещё несколько минут вслушивалась в тишину, прежде чем выйти из комнаты. В запасе была пара часов на то, чтобы придумать повод уйти и причину вернуться.

Все галочки напротив пунктов всех ранее составленных планов стояли: муж — есть, дети — есть, квартира — есть, карьера — есть, путешествия, модные вещи и украшения — есть. Даже креветки, фикус и пресс — есть.

Похоже, в свои сорок два она, или по крайней мере, её более взрослая версия, была счастлива.

Но даже зная всё это, Даша не могла понять, как жить дальше в этой своей, но такой чужой жизни. Ходить на работу, о которой ничего не знаешь, заботиться о детях, к которым не проснулся материнский инстинкт, целовать мужа, которого не выбирала. Рано или поздно она привыкнет ко всему: всё-таки это результат её жизни. Должна привыкнуть. Сделанные выборы и принятые решения должны соответствовать её вкусам и представлениям о жизни. Странно, что при перемещении достается только тело, вместе со шрамами, морщинами и зубными коронками, а чувства в довесок не прилагаются.

«А что если у меня вообще не осталось прежних знакомых? — с ужасом подумала Даша. — А может, я вообще живу в другом городе?!» Но тут же отмела эту мысль, бросив взгляд за окно. С трудом найдя в телефоне новый мессенджер, Даша открыла переписки и с облегчением выдохнула.

Затем она набрала сообщение: «Привет, давай встретимся. Хочется поговорить.»

И нажала кнопку «Отправить».

Глава 32

Улица светилась сотнями огней, переливалась десятками гирлянд и упиралась в пышную нарядную ёлку. Город, переживший предновогоднюю суету и главную ночь года, возвращался к размерной жизни. Снег шёл крупными хлопьями, и синоптики обещали, что снегопад продлится всю ночь.

До места встречи ей пришлось добираться на автобусе — благо они годами не изменяли своим маршрутам. Перед этим случился неловкий разговор с не вовремя вернувшимся мужем Михаилом, в ходе которого выяснилось, что она счастливая обладательница водительского удостоверения и собственной машины. Вот только водить Даша не умела. Пробормотав что-то невразумительное про такси и алкоголь, она выскочила за дверь, считая такой исход беседы технической победой.

Даша изучала меню. Всё было, как надо: солидное заведение, сияющая чистота, основательное кресло, плотные страницы меню, идеально скроенный брючный костюм, сапоги — произведение искусства. После возвращений в прошлое, ей сложно было привыкнуть к мысли, что больше не нужно калькулировать в голове заказ и решать, от чего стоит отказаться: от десерта, салата или такси. На всякий случай ещё раз заглянув в кошелёк и убедившись, что с деньгами всё лучше, чем было в её самых смелых фантазиях, Даша сделала заказ, не глядя на цены. В конце концов, она пропустила десять лет своей жизни, так что имела права на компенсацию.

Мысли о богатстве или хотя бы просто — о другом уровне жизни, всегда были с Дашей. Как фантазия о Прекрасном Принце. Но это было на уровне эфемерных мечтаний, а не конкретных планов. Однажды, решив перейти от розовых грёз к делу, Даша подсчитала, во что ей обойдётся реализация нескольких больших пунктов плана и ещё горсти мелких пунктиков. Вышло очень много. Получалось, что на бережно составленный план ближайшего полугодия требуется зарплата примерно за четыре года, и это не считая ипотеки, расходов на продукты, коммунальных платежей и бесконечных форс-мажоров. Она тогда подумала, что если задаться целью, то можно просчитать все свои жизненные возможности. Просчитать и осознать, что огромный мир сужается до десяти заграничных поездок, одной квартиры, двух машин и ста платьев. Плюс-минус. И на этом — всё. С тех пор Даша старалась не сопоставлять потенциальные расходы с реальными доходами: так жилось оптимистичнее и проще.

Официант послушно повторил заказ, состоящий из кофе, причудливого коктейля, салата, горячего и десерта. Маленькие порции приносили в огромных, словно широкополые шляпы, тарелках, и вскоре стол оказался полностью заставлен.

— Ты что, мне что-то заказала?

— Я… а… Я… А что ты хочешь?

Даша не моргая смотрела на Яну. Та изменилась. Короткая стрижка, новый оттенок волос, неброские золотые украшения с сияющими камнями, изумительное шерстяное платье, сумка дорогого бренда и подозрительное отсутствие морщин. Она выглядела старше, но её это не портило, лишь придавало солидности и лоска.

Яна присмотрелась к блюдам на столе и расхохоталась.

— Я поняла, я не буду тебя объедать.

Она поймала взгляд официанта и жестом попросила меню.

— Это тебе, — протянула Яна празднично упакованный свёрток, — с наступившим.

— Ой, а я без подарка! Прости, я не подумала.

— Ты чего? Ты ж меня ещё до Нового года поздравляла. Но я не возражаю. Хочешь одаривать меня при каждой встрече — одаривай.

— А ну, да… Я забыла.

— Ну так и что, какой повод?

— Какой повод? — недоуменно переспросила Даша. Она чувствовала, как разговор расклеивается на глазах, нужно было выходить на нейтральные темы, чтобы не пробудить лишних подозрений.

— Ты сказать что-то хотела? Только не говори мне, что у тебя плохие новости, — с настороженностью