Плач умирающих звёзд - Стейс Крамер

– Это было предсказуемо, – был ответ Руди. – Если он относится к тебе так же, как и я, то ты в надежных руках.

«Сам виноват, что не смог удержать. Сам…» – корил себя Руди. Но вместе с тем он еще масштабно не осознавал то, что тогда происходило между ним и Калли, что это – финал. Он был как будто оглушенный, потерянный, отрезанный от неприглядной реальности. Боль доберется до его сердца позже.

– Ты сможешь простить меня когда-нибудь? – спросила Калли, немного обрадовавшись тому, что Руди все так спокойно воспринял, и немного досадуя: «Раз отпустил меня без борьбы, значит, и не любил вовсе».

Руди медленно подошел к ней, положил у ее ног пакет с яблочками, обнял очень неуверенно, словно прижимал к себе краденую вещь, и прошептал напоследок:

– Будь любима, Принцесса.

Глава 14

Наступила самая горячая пора в «Греджерс» – выборы Главной леди. Претендентами стали Индия Колетти и Искра. Заявку первой премного уважаемый совет учителей одобрил скорее из жалости и чувства вины перед ней за то, что допустили ее травму, не уследили, нежели за какие-то ее особые заслуги перед школой; по поводу того, чтобы включить в выборы Искру, сомнений не было ни у кого, так как Героева за эту осень стала неоднократным победителем олимпиад по ряду научных дисциплин, и ее имя занимало первое место в школьном рейтинге.

Эл вошла в комнату Искры. Последняя битый час трудилась над своей вступительной речью.

– Как успехи? – спросила Элеттра.

Искра швырнула исчерченный блокнотный лист на пол и утомленно откинулась на спинку стула.

– Я оплошала!

Элеттра подняла лист, с глубокой заинтересованностью пробежалась глазами по тексту.

– Сыро, конечно, но ничего. Я помогу. Доработаем.

С собой Эл притащила увесистую стопку исписанных листов. С абсолютной уверенностью в том, что задуманное ею принесет положительные плоды, Кинг разложила на столе свои письмена, взяла чистый лист и принялась за дело.

– Речь готова? – ворвалась в комнату Диана.

– Нет еще, – ответила Эл.

– Искра, ну что ты за человек! Ты не на шутку расслабилась!

– Не паникуй, – снова вмешалась Элеттра.

– Я не паникую, я – в бешенстве! Уже завтра начало выборов! Вы о чем думаете вообще?! – Выговорившись, Диана заметила, что Эл все это время что-то старательно переписывает. – Что это?

– Мои черновики.

– Это еще с прошлых выборов, что ли?

– Я каждый год писала речь. Готовилась.

– Так сильно хотела одолеть меня? – не упустила случая подтрунить Диана.

– Да при чем здесь ты, Брандт? Моя мама была Главной леди… Я хотела пойти по ее стопам. А ты отняла у меня эту возможность.

– …Не стоит благодарности. Я за этот титул горько поплатилась. Представь, что с тобой было бы.

Болезненными вспышками воссияли в памяти Дианы фрагменты прошлогодней битвы на выборах. Больше чем победить, ей хотелось сломить Элеттру. Обезумевшая от власти и мести, Диана не замечала лжи Никки, не обращала внимания на то, как угасает Джел. Она потеряла всех и себя тоже.

– Так, Искра, ночь предстоит бессонная. Будешь репетировать до потери пульса, – командирским тоном провозгласила Диана. – Нам надо еще продумать развлекательную программу. Колетти хочет организовать крокет. Тонко. Ни для кого не секрет, что Голди питает непреодолимую слабость к нему!

Искра неожиданно вскочила со стула, как-то даже потемнела лицом.

– Я не буду! Не хочу! Я – не оружие!!! – возопила она.

– Что, прости? Какой бес в тебя вселился?.. – опешила Диана.

– Никки сказала правду! Вы не дружите со мной. Вы всего лишь используете меня как оружие! – Искра была похожа на разнывшегося ребенка. Губки у нее еще так капризно изогнулись.

– Дилэйн и тут внесла смуту… – пробурчала Элеттра.

– Эл, сделай так, чтобы она успокоилась. Ты, кажется, нашла подход к этому существу! – Диана покинула своих союзников, хлопнув дверью.

Оставшись с Искрой один на один, Элеттра долго не могла подобрать подходящие слова, чтобы начать разговор. Нередко она относилась к Героевой, как к диковинному объекту. Тяжкой, крайне осторожной поступью необходимо подбираться к ней, чтобы не спугнуть или, того хуже, не разгневать ее.

– Послушай, Искра… Ты же понимаешь, если Индия победит, то нам проще в петлю полезть, чем жить по ее уставу. Мы выбрали твою кандидатуру, потому что все ещё боятся тебя. Даже Колетти. В этом твое преимущество!

Элеттре пришлось прерваться. Искра скуксилась еще больше, стала одурело мотать головой, отвергая приведенные Эл доводы. Тогда Кинг решила пойти другим путем:

– То, что ты сделала со мной – простить не так просто… практически невозможно. Но я простила! На такое способен только настоящий друг. Так что я уже доказала тебе свою дружбу, теперь очередь за тобой. Друг – этот тот человек, что всегда поймет, простит… и ЗАЩИТИТ. Да, ты – наше оружие, я могу смело сказать тебе это в лицо. Ты – наш защитник, без тебя мы пропадем! Пора наказать тех, кто много мнит о себе… Искра, я больше не буду уговаривать тебя, апеллировать к твоей совести. Если ты действительно дружишь с нами – то непременно нам поможешь.

Припадок недоверия Искры благополучно разрешился. Большая цель стояла теперь перед ней – любой ценой показать себя как хорошая подруга.

Вступительная речь Героевой вызвала сенсацию. Звучала она очень откровенно, резонно, напористо. Индия поблекла на ее фоне. Диана и Элеттра уже не сомневались в победе Искры. Но вот наступили дни, отведенные для развлекательных программ претенденток на звание Главной леди «Греджерс». Директриса и все остальные, кто был в жюри, остались в восторге после крокета. Все прошло дотошно классически, благочестиво, уважительно к каждой детали истории. Никто из преподавателей не смог без слез смотреть на то, как бедненькая, хромая Индия старается, бегает неуклюже по площадке с молоточком. На то Колетти и рассчитывала. Хочешь победить, но не имеешь никаких пробивных способностей? Тогда дави на жалость, и будет тебе счастье. Стало ясно, что все старшее поколение школы отдаст голоса за Индию. Элеттра затем выяснила, что волонтеры «Милосердия» тоже будут голосовать за соперницу Искры – а это преобладающее большинство «Греджерс». Руки Дианы и ее немногочисленных единомышленников опустились. Уже прорисовывались очертания будущей беды. Надо было, наконец, признать: эта битва проиграна.

* * *

– Мисс Герц, что за тревога вас точит? – спросил Джераб, увидев необычайно взволнованную ученицу, прохаживающуюся возле его аудитории.

– Вы не будете