Бернаут - Виктория Юрьевна Побединская

– Спасибо, – устало улыбнулся он. Разбитая губа снова треснула, и на ней выступили капельки крови.

Я закатила глаза:

– Очень смешно. Лежи давай. А то в прошлый раз через пять минут после твоего «мне так хорошо» ты со стонами сгибался над унитазом. Так что не беси меня, Беланже.

Вместо ответа он закрыл глаза и молча отдал честь. А я прикрыла дверь и вышла на галерею. Вопрос, как там дела у второго участника драки, почему-то никак не шел из головы. Поэтому вместо того, чтобы спуститься по лестнице вниз, завернула за угол.

На светлую сторону.

Глава 15. Другая сторона «Святого моря»

Комната Марса располагалась симметрично нашей, с одним лишь отличием: бо́льшую часть дня его сторону заливало солнце. Но сейчас оно скрылось, и «Святое море» утонуло в непроглядной темноте аризонской пустыни.

Только оказавшись здесь, я узнала, насколько она бывает густой и липкой – как чернила. Даже в том городке, где я жила с бабушкой и дедушкой, не было так глухо. Глядя под ноги, я отсчитала три двери от угла дома. Лишь несколько фонарей освещали путь. Вряд ли Бланж будет в восторге, если узнает, что я ходила сюда. Но я все равно постучала.

Никто не ответил. Может, все-таки ошиблась? Но когда снова занесла руку над дверью, та резко распахнулась, и я столкнулась с Лили.

– Ой, а ты что здесь делаешь?

Повисла неловкая пауза. Было видно, как она растерялась. Ее взгляд заметался из стороны в сторону.

– Просто хотела убедиться, что все в порядке, – произнесла она. – Только Реми, пожалуйста, не говори.

– Это потому, что он разозлится? – решила уточнить я, заранее пытаясь предположить реакцию Бланжа на этот визит.

– Точно будет не в восторге.

– Тогда не скажу.

Я хотела попросить: «Ты тоже», но не успела: Лилиан убежала, как будто ее здесь и не было.

Снова взявшись за ручку двери, я слегка потянула ее на себя. Но не успела и слова произнести, как изнутри послышался голос. Жесткий, отчитывающий. Словно нотации старшего брата, уставшего бороться с капризами младшей сестры.

– Лилиан, хватит. Я сказал тебе уйти, неужели не ясно? Мне наплевать, что ты снова себе придумала. Мне не нужна ни ты, ни твоя помощь…

Я неловко откашлялась, повторно постучав.

– Марсель, это Жаклин. – Тут дверь резко распахнулась. Марс с отвращением посмотрел на меня сверху вниз, держась за дверной косяк. Его нос был разбит, а рассеченный подбородок сочился кровью. Он глядел на меня своими темными, как здешние ночи, глазами так пристально, словно надеялся, что от одного только взгляда я сбегу. Но если уж я взгляд Бланжа могла вынести, то Марсу даже пытаться не стоило. К тому же угрожающе смотреть он не умел, это было ясно как день.

В свете фонаря он казался старше всех, живущих здесь. Лил говорила, ему двадцать семь. Выше Бланжа и шире в плечах. Марс вообще не производил впечатления опасного парня. И несмотря на то, что я должна была всей душой и сердцем ненавидеть, я могла понять его мотивы.

– Просто хотела убедиться, что медицинская помощь не требуется.

– А ты что, медсестра?

– Нет…

– Вот и убирайся в таком случае, – раздраженно бросил он, крепче схватившись за дверь и явно собираясь ее закрыть.

– Ладно.

По крайней мере, я попыталась наладить мирные отношения. В моих намерениях не было злого умысла. Его право, видеть его или нет.

– И если это он тебя подослал…

Но я ответила:

– Вряд ли мне даже разговаривать с тобой можно, Марс.

На этот раз он остановился, так и не захлопнув дверь. На его лице промелькнуло сомнение, все еще смешанное с недоверием.

– А ты делаешь лишь то, что он тебе позволяет?

– Нет, это супружеская солидарность. Так вроде положено. – Я пожала плечами.

– Я знаю, что ваш брак – чистый фарс, – вдруг произнес он. – Так что можешь со мной не притворяться. Бланжа почти невозможно вынести. А полюбить, будучи в здравом уме, – тем более. С ним даже самый запущенный случай стокгольмского синдрома и тот не справится.

Я лишь невозмутимо улыбнулась:

– А я попробую, – и зашагала обратно к себе.

Я слышала, как хлопнула дверь, как Марс выругался по ту сторону, но не обернулась. Спокойно обогнула корпус, но стоило повернуть на темную сторону, столкнулась с Лакланом.

Да что ж за день сегодня такой.

– Прошу прощения. – Я сдвинулась к стене, пропуская его, потому что во время нашей прошлой беседы он не произвел впечатления человека дружелюбного. Скорее, походил на змею, так и старающуюся плюнуть своим ядом.

– Знаешь, мы ведь все собрались здесь не просто так, Жаклин. – Ну вот, как я и думала. – Нам пророчат самый успешный за все время карьеры год. И для Бланжа в первую очередь.

– Рада за нас. – Я прислонилась к серой прохладной стене и сложила руки на груди, ожидая, когда он наконец выговорится. – Что-то еще ты не сказал мне сегодня, Лаклан?

– Просто хочу предупредить, что видел, как ты ходила к Марсу. И если ты для него шпионишь…

– О боже…

Я закатила глаза, махнула рукой, молча протиснулась мимо и пошла по галерее. Еще сериальных драм не хватало выслушивать.

– Жаклин… – крикнул Лаклан, на что я, не оборачиваясь, показала ему средний палец. В ответ он пробурчал под нос: – Сначала Бланж как безумный со своей любовью. Теперь эта истеричка малолетняя. Не работа, а сумасшедший дом…

Я рассмеялась. Меня так повеселил этот пассаж, что я даже почти не разозлилась на то, что меня обозвали истеричкой. Надо будет сказать Бланжу, пусть снимет Лаклана на камеру с пометкой «свидетель большой любви».

–Лилс, ну хватит там торчать! – снова крикнул он так громко, что я аж поморщилась. Ему с такой гортанью на стадионе бы хот-доги продавать. – Завтра рано утром тренировка! – И добавил уже тише: – Устроила там стену плача.

Я обернулась. В темноте было видно плохо, но я смогла разглядеть вдалеке силуэт девушки, сидевшей на валуне. Лилиан? Это действительно она?

И вдруг меня осенило. Лаклан говорил не обо мне! После стольких просмотренных серий «Декстера» и «Вероники Марс» мне впору было самой открывать частное детективное агентство, а я не смогла разглядеть очевидное у себя под носом! Столкновение у комнаты Марса, замешательство Лил, ее испепеляющий, полный раздражения взгляд в сторону его палатки. И вдруг я поняла: это был не уничтожающий взгляд, а влюбленный.

– Лили, – позвала я. Но, услышав мой голос, девушка тут же куда-то сбежала, растворившись в темноте. – Да тут не Санта-Маргарита, а