Рассказы о Бааль-Шем-Тове - Шмуэль Агнон

В то время, когда рабби Михл из Злочева еще таил деяния свои от людей и жил в Бориславе, случилось там, что один человек нарушил субботу без умысла, когда вечером в канун субботы припозднился в поездке по причине поломки телеги, а после предстал пред учителем рабби Михлом попросить того, чтобы назначил ему наказание в исправление великого того греха осквернения субботы. Назначил ему учитель весьма суровое покаяние, по написанному у Рокеаха[184]и в других книгах[185], поститься часто и много, и кататься в снегу, и сидеть в холодной воде в дождливые дни, в заморозки время, достоточное, чтобы пожарить яичницу. Когда же начал тот человек проделывать все это в таком порядке, понял, что никак не сможет исполнить сие, как следует, по немощи сил своих. И случилось так, что Бешт оказался в городе Ходоркове, что по соседству с Бориславом, и тот человек сразу же поехал на субботу к Бешту и попросил того назначить ему правило, дабы искупить осквернение субботы. Ответил ему Бешт: «Возьми фунт свечей и зажигай в синагоге в честь святой субботы, вот твое искупление». Услышав слова Бешта, замер тот человек, смутившись в мыслях своих, дескать, что пользы в столь малой жертве по сравнению с таким злостным осквернением субботы. И понял Бешт, что человек изумлен. Спросил его: «Что с тобой?» Рассказал ему человек, что назначил ему рабби Михл столь суровое покаяние, что невозможно вынести его. Сказал ему Бешт в ответ еще раз: «Не бойся ничего, лишь делай, что я велел тебе, иди купи фунт свечей и отдай в синагогу, чтобы горели в субботу, и это будет твое покаяние и исправление». Пошел себе тот человек, веселый и умиротворенный, и сразу же по возвращении домой взял фунт свечей и понес их с великой радостью в синагогу, чтобы отдать синагогальному служке. И было: прийдя в синагогу, не застал служки, потому как тот ушел куда-то, взял тот человек свечи, повесил их на колышек и пошел себе своей дорогой. Случилось, что подпрыгнул пес и проглотил свечи (по замыслу учителя рабби Михла). И было: когда увидел сие тот человек, что дар его достался псу, добавилась ему кручина к кручине, беда к беде. И тотчас встал он, и поехал снова к Бешту, и рассказал тому обо всем происшедшем, что пес сожрал его искупление. Ответил ему Бешт и сказал: «Возьми еще фунт свечей, как в первый раз, и отдай в бейт мидраш, и больше пес их не съест. Учитель рабби Михл вздумал поиграть со мной, скажи ему, что я велел ему приехать ко мне на будущую субботу в город Хвостов, где я останусь на субботу, если будет на то воля Божья». Выполнил тот человек, что велено было ему Бештом, а учитель рабби Михл исполнил приговор святого Бешта и в пятницу накануне святой субботы запряг свою повозку, чтобы ехать в город Хвостов. И так уже все повернулось, что из-за [поломки] телеги застала его темнота в пути вблизи города, и дальше шел он пешком, так что пришел к Бешту глубокой ночью. Взошел он на порог, а Бешт взял в руку бокал с вином для кидуша и, увидев его, приветствовал и сказал ему так: «Рабби Михл, отныне ты будешь знать, как назначать суровое покаяние человеку, нарушившему субботу, ведь возможно, что [ты] такой человек, что отроду не знал вкуса греха, и оттого неведомо тебе, как разрывается сердце израильтянина, оступившегося, не дай Господь, и совершившего проступок. Как же ты мог назначать исправления для покаяния? Теперь же ведомо тебе, что тем, как разрывалось у того человека сердце из-за вышедшего у него осквернения субботы, весь грех его уже был полностью исправлен и искуплен. Ты же не знал вкуса греха и не ведал, что такое разбитое сердце». Затем сделал Бешт кидуш. А нам следует понимать сие так, что главное в покаянии – разбитое сердце и раскаяние, а не умерщвление плоти.