Троецарствие - Ло Гуаньчжун

— Стой, Чжан Го! Гуань Син здесь!

Чжан Го подхлестнул коня и схватился с Гуань Сином, но и тот на десятой схватке бежал во весь дух и скрылся в густом лесу. Чжан Го в нерешительности остановился и приказал воинам обыскать лес. Никакой засады там не обнаружили, и Чжан Го вновь пустился в погоню. Но тут перед ним неожиданно опять появился Вэй Янь. Еще десять схваток, и шуские воины, бросая одежду и латы, бежали без оглядки. Чжан Го не отставал от них, но Гуань Син преградил ему путь, и они сошлись в яростном поединке. Тем временем вэйские воины, соскочив с коней, стали рвать друг у друга из рук валявшуюся на дороге добычу. Шуские войска вернулись и напали на вэйцев.

Уже приближался вечер, когда войска Чжан Го вырвались к дороге Мумынь. Вдруг Вэй Янь с громкой бранью бросился на Чжан Го:

— Я еще не дрался с тобой по-настоящему! Ты только гнался за мной. А вот теперь будем биться не на жизнь, а на смерть!

Не владея собой от ярости, Чжан Го ринулся на Вэй Яня. Но и в этот раз на десятой схватке Вэй Янь отступил. Сбросив с себя одежду, латы и шлем, он мчался вперед, уводя свое войско и увлекая за собой Чжан Го. А тот, горя жаждой боя, следовал за Вэй Янем по пятам.

Сумерки незаметно перешли в темноту. В это время на горах затрещали хлопушки и вспыхнули огни. Вниз покатились огромные камни и завалили дорогу.

— Мы в западне! — испуганно закричал Чжан Го и повернул коня. Но уйти ему не удалось — дорога позади тоже была завалена бревнами и камнями, а по обе стороны высились отвесные скалы. Чжан Го оказался в ловушке. Тут раздались удары в колотушку, и по этому сигналу открыли стрельбу шуские лучники. Сам Чжан Го и более ста его военачальников пали от стрел на дороге Мумынь.

Потомки воспели Чжан Го в стихах:

Нежданно открыли стрельбу в засаде сидевшие лучники.

В тот день был отважный боец убит на дороге к Мумыни.

С тех пор, приближаясь к Цзяньгэ, его поминают прохожие,

И воин далеких времен в преданьях хранится доныне.

Вэйские войска не поспели на помощь Чжан Го. Они подошли, когда его уже не было в живых. Увидев, что дорога завалена, воины поняли, что Чжан Го попал в ловушку, и поспешно повернули обратно. Но в тот же миг до них долетел громоподобный голос:

— Чэн-сян Чжугэ Лян здесь!

Воины подняли головы и при свете факелов на высокой горе увидели Чжугэ Ляна. Указывая рукой, он закричал:

— Сегодня я охотился за конем, а подстрелил безрогого оленя![108]Воины, вы можете уходить. Рано или поздно Сыма И попадется в мои руки!

Вернувшись к Сыма И, воины рассказали ему о том, что произошло на дороге Мумынь. Сыма И оплакивал гибель Чжан Го.

— Он погиб по моей вине! — вздыхая, повторял Сыма И.

Затем он собрал войско и ушел в Лоян.

Узнав о смерти Чжан Го, вэйский государь зарыдал и приказал с большими почестями похоронить павшего в бою военачальника.

Возвратившись в Ханьчжун, Чжугэ Лян собирался поехать в Чэнду с докладом императору Хоу-чжу. А Ли Янь, который ведал поставками провианта в армию, узнал об этом и опередил Чжугэ Ляна. Он сообщил государю, что заготовил провиант, но не успел доставить его войску, потому что чэн-сян неизвестно по какой причине решил прекратить войну с царством Вэй.

Хоу-чжу приказал шан-шу Фэй Вэю поехать в Ханьчжун к Чжугэ Ляну и узнать, почему он увел войска.

— Я вынужден был так поступить потому, что Ли Янь сообщил мне об опасности, грозящей нашему царству со стороны Восточного У! — отвечал Чжугэ Лян посланцу императора.

— А Ли Янь доложил государю, что он не успел подвезти вам провиант только потому, что вы внезапно отступили! — воскликнул Фэй Вэй. — Сын неба прислал меня узнать, что случилось.

Чжугэ Лян сильно разгневался и приказал произвести следствие. Оказалось, что Ли Янь действительно заготовил провиант, но, опасаясь, как бы Чжугэ Лян не наказал его за то, что он опоздал с доставкой, решил заранее оправдаться перед Хоу-чжу.

— Из-за какого-то нерадивого чиновника расстроилось великое государственное дело! — негодовал Чжугэ Лян. — Казнить его немедленно!

— Господин чэн-сян! Будьте великодушны, — вступился за провинившегося Фэй Вэй. — Не забывайте, что Ли Яню, так же как и вам, покойный государь поручил помогать наследнику.

Чжугэ Лян уступил просьбе Фэй Вэя и передал с ним подробный доклад государю.

Хоу-чжу, узнав, что Ли Янь солгал, пришел в страшный гнев и приказал предать его смерти.

— Покойный государь был милостив к Ли Яню! — напомнил Цзян Вань. — Пощадите его!

Хоу-чжу внял мольбе Цзян Ваня, но отстранил Ли Яня от всех дел, лишил его чинов и званий и сослал в область Цзытун.

А Чжугэ Лян, приехав в Чэнду, назначил на должность чжан-ши Ли Фына, сына Ли Яня.

Народ царства Шу с благоговением взирал на Чжугэ Ляна, восхваляя его милосердие; военачальники и воины также любили чэн-сяна.

Так незаметно пролетело три года. Весной, во втором месяце двенадцатого года Цзянь-син [234 г.], Чжугэ Лян явился на прием к Хоу-чжу и доложил:

— Три года я вскармливал и обучал войско. Воины мои сильны; провианта и вооружения у меня в достатке. Пришла пора снова выступать в поход против царства Вэй. Но если и в этот раз я не овладею Срединной равниной, не ждите меня, государь!

— Почему вы, батюшка, не хотите насладиться миром и покоем? — обратился к Чжугэ Ляну с вопросом Хоу-чжу. — Положение наше упрочилось, царства У и Вэй теперь не посмеют к нам вторгнуться…

— Мой долг выполнить завет покойного государя, — прервал его Чжугэ Лян. — Сон бежит от меня при мысли, что я не готов к походу против царства Вэй! Мое самое заветное желание — отдать все свои силы великому делу и овладеть Срединной равниной!

Не успел он договорить эти слова, как вперед вышел один из сановников, стоявших перед Хоу-чжу, и сказал:

— Господин чэн-сян, сейчас нельзя подымать войско в поход.

Чжугэ Лян оглянулся и узнал Цзяо Чжоу.

Поистине:

Устал от трудов Чжугэ Лян, но рад был исполнить свой жребий,

Провидец судеб Цзяо Чжоу отыскивал знаменья в небе.

Если вы хотите узнать, что сказал Цзяо Чжоу, загляните в следующую главу.