Проект 9:09 - Марк Х. Парсонс

– Держи. И не говори, что я никогда тебе ничего не давал.

– Ты никогда мне ничего не давал. – Она взвесила пакет в руке. – Что это?

– Курица с соусом чили. Пожалуй, их коронное блюдо. Я подумал, твоя мама и мелкие могут захотеть попробовать. Чтобы им не пришлось слышать от тебя: «Вы многое в жизни упустили!»

Она улыбнулась.

– Спасибо, очень мило с твоей стороны. – На секунду она оглянулась на входную дверь. – Извини насчет мамы. Я о том, что она вообще решила с вами познакомиться и гадала на кофейной гуще, и…

Я отмахнулся.

– Издеваешься? У тебя классная мама!

Асси посмотрела на меня с сомнением:

– Ну, да… спасибо.

Мгновение мы стояли, уставившись друг на друга, пока мой мозг пытался найти какие-то слова. Потом Асси развернулась и ушла.

Позже, когда я обрабатывал фотки у себя в комнате, ко мне зашла Олли.

– Слушай, просто хотела поблагодарить тебя за сегодняшний вечер. Было здорово. – Она помолчала. – Хотя, признаться, я чуть не подавилась, когда ты пригласил Асси в столовой. Вот уж не ожидала.

– Половина удовольствия от приглашения заключалась в том, чтоб поглядеть, как ты в штаны наложишь. Ну и я ведь знал, что ты очень хотела пойти, поэтому…

– То есть ты пригласил Асси, только чтобы сделать мне одолжение?

Я кивнул:

– Вот именно. И теперь с тебя причитается.

Она пропустила мои слова мимо ушей.

– И если бы мы сейчас были в «Хэппи Джекс», ты бы ответил то же самое?

Я посидел, пытаясь придумать ответ поостроумнее.

– Вот именно! – сказала Олли и вышла из комнаты.

А я вернулся к работе над фотографиями, снятыми вечером в День благодарения на совершенно безлюдной улице: делал из них один большой панорамный снимок. Загрузил их на компьютер и склеил друг с другом, потом убрал лишнее по краям, чтобы полностью показать улицу, но при этом не превратить картинку в узкую бесконечную киноленту.

В результате ширина панорамы вышла раза в четыре больше высоты – смотрелось вполне естественно для пейзажа. Затем я перевел картинку в монохром: никакого тепла, только чистые холодные черно-белые оттенки. Поиграл с контрастом и яркостью, пока кадр не стал вызывать во мне то же ощущение, которое меня охватило в тот вечер, когда я стоял на пустынной улице, думая о маме.

В конце концов от фотографии стало веять темнотой, холодом и одиночеством – но не таким, как от снимка Кеннеди с ее друзьями на том же самом месте. А еще более глубоким.

Я откинулся на спинку стула и всмотрелся повнимательнее. Ох, от одного вида тоска берет. Мне захотелось привлечь внимание к этой фотографии – как я сделал со снимком отца в гараже, написав комментарий гораздо длиннее обычного. Хотя какой в этом смысл, если фактически на снимке ничего нет. По сути, я снял отсутствие чего бы то ни было.

В голове внезапно появилась мультяшная картинка: серая комната, по которой бегают черно-белые существа. Они покидают комнату по одному, кто-то раньше, кто-то позже, и те, кто ушел, назад не возвращаются. В конечном счете исчезают все, остается только пустая серая комната.

Картинка навела меня на мысль. Или даже на две. А то и на три, если честно. Я отправил снимок Асси, сопроводив его сообщением:

Привет, можно попросить тебя об одолжении? Вот это я заснял на углу в 9:09 в День благодарения. Я пошел туда, думая о маме, и, когда назначенное время наступило, фотографировать было некого. Тогда я и сделал этот снимок – в память о таком событии. И назвал его «Пустое множество». (Дань уважения пустоте…) В общем, глядя на него, я чувствую примерно то же, что ощутил после прочтения твоего эссе по английскому и особенно того текста о близких, которые далеко, но не ушли.

Мне хочется выложить эту фотографию на сайте – с небольшим комментарием к ней, – но я своей писаниной в жизни не выражу чувства так, как это можешь сделать ты. Ну и …

Не хочешь сочинить небольшой текст к снимку – о его общей концепции, ощущении, атмосфере? В качестве оплаты предлагаю 50 % дохода от изображения, который будет равен… полному нулю. Или могу снова угостить тебя тако. (Кстати, было здорово!)

Если у тебя нет времени или еще что, ничего страшного. Мне даже просить неудобно (тебе ведь наверняка и своих забот хватает), но я уверен, ты могла бы написать здоровский текст.

Сообщение я отправил, но ответа не получил.

На следующий день Асси поймала меня перед английским.

– Две вещи. Во-первых, – она вручила мне распечатку, – держи. Это для твоей фотки. Кстати, очень крутой. Даже не верится, что такой счастливый мальчик, как ты, способен достигнуть подобного уровня визуальной утонченности.

– Счастливый мальчик?

– Ага, мама так тебя назвала. «Я думаю, он хороший мальчик, – сказала она. – Выглядит очень счастливым».

Пока я размышлял, что за черт, с чего бы это, Асси продолжила:

– Что приводит нас к «во-вторых» – а именно: мама от тебя в восторге.

– А?

– В Ливане люди постоянно ходят в гости к друзьям. Каждый день. И всегда подается кофе – независимо от времени суток. Поэтому, когда ты попросил ахве… бинго! Кроме того, мама очень одобряет то, что вы с Олли гуляете вместе. И наконец, ты сообразил захватить с собой еду из «Такос»… – Она сложила руки, имитируя удар бейсбольной битой. – И попал в яблочко!

Я все еще пытался переварить «счастливого мальчика», но такие хорошие новости мимо ушей пропустить не мог.

– То есть твоей маме я понравился?

Асси с непроницаемым видом пожала плечами:

– Похоже на то. Черт ее знает почему…

Глава 23

Я никогда не сомневалась в том, что я фотограф, как вы никогда не сомневаетесь в том, что вы – это вы. Я работала фотографом, или хотела стать фотографом, или училась быть фотографом – но в какой-то степени фотографом я была всегда.

Доротея Ланж

ИНОГДА ПРОСИШЬ КОГО-ТО ОБ ОДОЛЖЕНИИ, И ЧЕЛОВЕК старательно делает работу (скорее всего, поэтому вы именно к нему и обратились). А иногда… не очень старательно. Однако случается, что человек не просто превосходит ваши ожидания: он выполняет просьбу, но не так, как вы предполагали, а в своей весьма своеобразной и удивительной манере.

БОРЬБА С ПУСТЫМ МНОЖЕСТВОМ

А. Кнудсен

Пустое множество. Так математики называют множество, не содержащее ни одного элемента. Оно обозначается символом ∅ или просто пустыми скобками {}. Важно понимать, что пустое множество – это не нуль. Множество, содержащее нуль, имеет один элемент – {0}, а пустое множество не имеет ничего. Даже нуля.

В нем не просто ничего нет, у него нет никакой надежды что-либо получить. Иногда нам кажется, будто и в жизни ничего нет, но даже в самые худшие времена остается шанс на получение чего-нибудь – не важно, насколько маленького или далекого, – в какой-то момент в будущем. И бывает, что самого наличия этой возможности уже достаточно. В трудный момент об этом не думаешь, но, оглядываясь назад, понимаешь, что потенциальная возможность счастья, свободы или любви хоть и не дает полноты жизни, но содержит в себе ее семя.

Интересная особенность семени состоит в том, что когда вы его сажаете, то знаете: из него вырастет копия родительского растения – в лучшем случае. Посадив редьку, вы не получите клубнику. Или котенка. Или счастливого, здорового, любящего человека. Однако если вы посеете в чьем-то сердце – в том числе в своем собственном – семя надежды, веры или потенциальных возможностей, то вырасти может что угодно.

Возможно, вы знаете кого-то, любите кого-то или нуждаетесь в ком-то, в чьей жизни не осталось потенциала. Потому что этого человека уже нет в живых. Он может служить воплощением пустого множества. Пара скобок – дата рождения и дата смерти, – и ничто между ними. {}. Из-за этого вы и сами можете чувствовать себя пустым. Однако между скобками находится вовсе не ничто, а осмысленная сумма всего их существования. Противоположность пустого множества. Не {}, а {ЖИЗНЬ}. Помните об этом, продолжая двигаться вперед, пытаясь заполнить пустоту между вашими собственными скобками.

Посейте семя – не важно, насколько маленькое. Семя надежды. Семя возможностей. Семя будущего. И результат может превзойти ваши самые