У любви есть время - Екатерина Шерив

– Пока живут, но они и не растут… не развиваются. А отношения должны развиваться. Если ты не заметила, скажу тебе. Вот мы с тобой сейчас уже довольно долго выясняем отношения. Мы с тобой каждый день что-то узнаём друг о друге. Мы не стоим на месте, а движемся вперёд. Наши отношения развиваются.

– Это неправда! Как я тебя с самого начала терпеть не могла, так и сейчас не могу.

– Тогда почему позволяешь дотрагиваться до тебя и целовать тебя?

– Позволяю? Я позволяю? Так это же ты сам хватаешь меня, когда тебе вздумается!

– Да! И с каждым разом ты всё больше не против этого.

– Тебе это кажется! И вообще, завтра мы подаём на развод. Две недели ещё не прошли… А это значит, что между нами ничего и никогда не будет. Так что, прекращай приставать ко мне!

– Аэлита, боюсь, я тебя сейчас разочарую. Наш бракоразводный процесс затянется настолько, насколько я этого захочу.

Она посмотрела на него округлёнными глазами и затянула поясок халата потуже.

– Твой отец не допустит этого!

– Мой отец не будет иметь отношения к нашему разводу. Он нас только привезёт в ЗАГС и проследит, чтобы мы подали заявления. Да, завтра мы подадим на развод, но прежде чем нас официально разведут должен пройти минимум месяц. Не надейся, что из-за нашего развода я отменю наш двухнедельный компромисс. Это время я использую, чтобы заставить тебя передумать. Так что всё ещё у нас с тобой будет. Даже не мечтай отвертеться от исполнения супружеского долга. Эти две недели, в конце концов, истекут и ты станешь моей.

Аэлите было ужасно горько это признавать, но он был прав. Если не случится чуда, а именно Максим не появится и не увезёт её отсюда, она будет вынуждена сдаться. Всё это она поняла мысленно, но признаваться в этом Павлу даже не собиралась.

– Стану твоей… – усмехнулась Аэлита, сложив руки на поясе. – По мне так и видно, что я схожу по тебе с ума! Неужели ты собираешься использовать силу?

– Кроме силы, Аэлита, есть ещё и хитрость.

– Хитрость?.. Я не понимаю…

– Совсем скоро поймёшь. Но сейчас вообще не думай об этом. Я больше не буду к тебе приставать до окончания двухнедельного срока, обещаю. Ну… спокойной, ночи, Аэлита.

– Спокойной ночи, – сказала она, разглядывая пол.

Боковым зрением Аэлита наблюдала за тем, как Павел медленно вышел из её комнаты, и только после этого закрыла за ним дверь. Потом она сразу прилегла на кровать и через пару минут заснула.

***

Утром Аэлита, Павел и Сергей Петрович поехали в ЗАГС. Аэлита сначала думала, что Павел придумает очередную хитрость, чтобы избежать этого события. Но он ничего не предпринял, и они оба написали заявления о расторжении брака. Им дали тридцать дней на окончательное принятие решения. Ещё Аэлита предполагала, что Сергей Петрович постарается ускорить этот процесс, но он не сделал этого.

Аэлите казалось, что она попала в ловушку, которая захлопнулась, а она всё равно отчаянно пыталась выбраться из неё. Какой толк от этого развода? Меньше чем через две недели Павел сделает её своей женой в полном смысле и после этого она погрязнет в этом браке ещё глубже. Конечно она могла отправиться искать Максима, но вынуждена была признать, что боялась это сделать. Неизвестно, найдёт ли она Максима. А если и найдёт, вдруг он больше не захочет её видеть? Она была так виновата перед ним. С мамой она не хотела встречаться. К тому же у неё не было ни денег, ни жилья, ни работы. Она вынуждена была признать, что Павел был прав. За свой вздорный поступок ей придётся ответить.

«Максим, где же ты?» – думала про себя Аэлита, глядя в боковое окно машины, когда они ехали из ЗАГСа.

Вчера Павел сказал, что знает, где он сейчас находится. Может быть Максим приехал в Москву и пытается найти её? Если это так, то Аэлите оставалось только молить Бога, чтобы он помог им встретиться.

– Я хочу, чтобы весь этот месяц ты пожила со мной и Машей, – неожиданно сказал Сергей Петрович Аэлите, выруливая на своей серебристой Киа Сид на широченное шоссе. – Не беспокойся, ты нам нисколько не помешаешь. Мне бы хотелось, чтобы вы с моим сыном побыли какое-то время на расстоянии друг от друга и спокойно всё обдумали. А через месяц вы, я уверен, примите единственно верное решение.

– Спасибо. Я очень надеюсь, что так и будет, – произнесла Аэлита.

Павел, который сидел рядом с ней на заднем сидении, ничего не сказал на слова отца. Он почти не двигался, а его взгляд тщательно изучал пол салона автомобиля.

Когда машина притормозила у подъезда многоэтажного дома Сергей Петрович, отстёгивая ремень безопасности, сказал:

– Аэлита, я подожду тебя у подъезда.

– Хорошо.

Она тоже вышла из машины. Павел вышел вслед за ней.

– Я привезу твои вещи позже, – услышала Аэлита голос мужа.

В ответ на его слова Аэлита молча кивнула. Ветер вовремя дунул на неё, и прядь чёрных волос прикрыла её лицо. Она не стала убирать их.

– Папа поступил абсолютно правильно. Я думаю, всё это пойдёт нам на пользу, – добавил Павел.

– Возможно, – со вздохом проговорила Аэлита, а потом посмотрела на него. – Прошу тебя, хотя бы первое время, не появляйся здесь, пожалуйста.

Его мечущийся взгляд по её лицу наконец «остановился» и сосредоточился на её глазах.

– Хорошо. Только… мне так не хочется тебя отпускать.

Аэлита резко откинула волосы на бок.

– А я делаю это с удовольствием, – и она с высоко поднятой головой зашагала к подъезду, где её ждал отец Павла.

***

Сергей Петрович оказался прав. Аэлита стала чувствовать себя гораздо лучше. Поначалу ей казалось, что жизнь в доме родителей мужа будет несладкой, но Сергей Петрович и Мария Борисовна отнеслись к ней с заботой и уважением, и Аэлита быстро привыкла к новой обстановке.

У них была комфортная трёхкомнатная квартира в центре Москвы, и они выделили для Аэлиты отдельную комнату с застеклённым балконом. Особенно ей нравилось, что на её подоконнике было много горшков с растениями.

В основном Аэлита общалась с Марией Борисовной, потому что Сергей Петрович много работал и редко бывал дома днём. Оказывается, он тоже был юристом; очень востребованным и известным.

Аэлите нравилось ухаживать