Тайник судьбы - Александр Викторович Ангельчев

– Я пока не думал о свадьбе, но спасибо за совет, приму к сведению. А из тебя я еще сделаю романтика, – усмехнулся Марк.

– Ты имеешь в виду нас с Лизи? Мне уже хватило с ней романтики.

– Ну, судя по ее поведению… У нее какая-то каша в голове, а не романтика. Как ты вообще с ней встречался, Франц? Весь отель только и говорит: если Француз и Лизи идут на вечеринку, обязательно что-то случится. Вам не то что встречаться – работать нельзя в одном отеле, да что в одном отеле – на одном острове!

– На одном земном шаре, – усмехнулся Француз. – Как она вообще додумалась кого-то попросить наказать тебя, Марк… Такого даже я от нее не ожидал. К слову, завтра какой-то праздник в городке Cala Bona, сходите с Дженни туда. Может, у Дженни есть еще подружка и она меня познакомит?

– Ты опять за свое. Потом Лизи и на тебя овчарок натравит. – Марк взялся за голову. – Ладно, про праздник и подружку спрошу.

Про себя он подумал: «Не хватало нам еще Француза. Будет плестись рядом и отпускать пошлые шутки, мешать и глазеть, расспрашивать и советовать, что да как, а самое худшее – начнет торопить события и напугает девушку». Но чтобы Француз отвязался, Марк сказал, что спросит у Дженни о подруге, хотя никакая приличная девушка другу не светит, с его-то репутацией.

Они общались до позднего вечера, вспоминая прошлые отношения и интересные случаи. Людей уже почти не было. Стояла тишина, и только цикады нарушали ее. «Какая сильная жара, даже ночью», – подумал Марк, когда они расходились.

Первое настоящее свидание

Семья Дженни снова завтракала на веранде. Пока Макс готовил кофе, Лориан и Дженни выжали сок из апельсинов, принесли фрукты, салат, омлет по-французски с жареным беконом. Принявшись за еду, они наблюдали за серферами, которые вовсю тренировались. Макс принес френч-пресс, чашки и сливки.

Лориан завела разговор о планах и скорых холодах в Исландии, работе, коллегах и, главное, о муже, который один справляется со всем хозяйством и, конечно же, очень соскучился по дочери, да и по всей семье.

Отец очень любил Дженни, даже, наверное, больше, чем Макса. Дети это понимали, но никогда не произносили вслух, даже если ссорились. Отец чаще играл с маленькой Дженни, чем с Максом, хотя папы обычно тяготеют к сыновьям. Наверное, скрытая ревность вынуждала Макса все время дразнить сестру.

Морально готовясь к скорому отъезду домой, Лориан вспоминала дела на работе. Что-то надо было успеть и тут, на Майорке. «Отпуск затягивать больше нельзя», – говорила она. Еще рассуждала о будущем дочери, отчего иногда Дженни становилось не по себе. Но на сей раз Лориан не имела в виду ничего важного, так она просто свыкалась с мыслью, что отдых закончился и пора лететь домой. Дженни же пока не хотела заморачиваться, а, наоборот, планировала насладиться оставшимся временем на Майорке.

– Теперь ты остаешься одна, дочь, и тебе придется быть предельно внимательной. Ты же ждала, когда мы уедем, вижу же, что ждала, – улыбаясь, говорила Лориан дочери. – И ты же понимаешь, что с Марком вы просто друзья и вести себя надо достойно, а то еще, не дай бог, будете расставаться в слезах. – Она безошибочно угадывала мысли дочери, как будто читала открытую книгу. – Я все понимаю: вы дружите и так далее, но не забывай, пожалуйста, милая, о своем будущем.

– А что такое «и так далее», мама? – уточнил Макс.

– Не придирайся к словам, сынок. Лучше дай сестре мудрый совет.

– Ах да, сестренка. Не на-до гу-лять с Мар-ком, – произнес Макс по слогам, словно отвечал у доски.

Дженни показала Максу, как она засовывает два пальца в рот, чтоб вызвать рвоту, – мол, меня от тебя тошнит.

– У вас разный возраст, вы вообще разные. У него свои взрослые планы, а тебе еще учиться. Я сказала, дочь, что хотела, и не хочу тебя, как маленькую, постоянно дергать. Ты взрослая, решать тебе, но просто подумай над моими словами.

– А может, он приедет к нам и мы будем дружить долго и счастливо, – в шутку сказала Дженни, улыбнувшись.

– Да, а папа встретит вас и устроит пышный пир, – нарочито громко, во весь голос засмеялся Макс.

– Ты такой жестокий… Я, между прочим, просто пошутила. У тебя нет подружки, поэтому и злишься. Вдруг это любовь, – кривлялась Дженни, дразня брата.

– Так, хватит ссориться! Я услышала слово «любовь», – строго сказала Лориан, остановив дискуссию.

– О нет, опять начинается, – закатив глаза, сказала Дженни, и Макс снова засмеялся.

– Я просто переживаю за тебя, дочка, – продолжила Лориан. – Ты девушка хорошая. Я не хочу, чтобы мне домой позвонил какой-нибудь менеджер из твоей программы или из отеля и сказал: «Случилось ужасное, ваша дочь это или ваша дочь то…»

– Мама, ну прям как детском садике. Не будут тебе звонить, не переживай.

– Да, как в садике, – дико заржал Макс. – Ваша дочь обкакалась, приезжайте и заберите ее. – Ему явно понравился этот глупый прикол.

– Ну хватит уже, ты сам как ребенок, Макс, – недовольно одернула Лориан сына.

Тот замолчал и уткнулся в тарелку, как нашкодивший мальчик. Джен это насмешило.

– Я не хочу тебя ограничивать, дочь, но ты должна поумнеть. Я не против Марка. – Лориан пригрозила указательным пальцем Максу, который готовился что-то ляпнуть. – Но Марк – парень взрослый, в голове у него уже семья, дети и как устроить свою жизнь, хоть, как мне кажется, он еще немного мечется. Он уже, как я понимаю, отучился, заработал и может что-то менять в жизни, а ты – нет, тебе менять и выбирать пока не из чего, так что не летай в облаках и думай о предстоящей учебе. Лет через семь вернешься к вопросу. Будут еще в твоей жизни парни, не переживай.

– Мама, мы просто гуляем.

– Какие бы «просто» ни были, надо следить за собой и, повторюсь, не терять достоинства. Или, во всяком случае, следить за здоровьем и предохраняться, если очень сильно захочешь набраться опыта! Боже, что-то я совсем уже, – осеклась Лориан, заметив, что заговорилась.

– Боже, мама!

Дженни закрыла руками лицо.

– Меня сейчас вырвет, – сказал Макс, положив голову на стол.

– Кстати, о Марке, – помедлила Дженни, – он сейчас должен за мной зайти. Мы хотели пойти прогуляться и посмотреть, что за вечеринка намечается сегодня в Cala Bona. Всем приятно оставаться!

Девушка встала из-за стола.

– Дочь, подожди! Нам по пути. Ты же