Река Итсодар - Юлия Миланес

Нашла кому верить, дурочка. Одинокие женщины растаяли от его приветливой улыбки, доброго слова, приняли доброту за флирт. Он же был как солнце, которое светит всем!

«Да-а, Ленка-то точно любовница!» — мысленно поддразнила себя Юнна. — «А мой муж — тайный педофил!»

Она закрыла электронную почту. Собрала разбросанные вещи и сложила их не в пакеты, а в шкаф. Все, кроме пахнущей потом рубашки мужа.

«Не нужно стирать», — подумала Юнна, прижалась к ней лицом и вдруг заплакала очищающими слезами. — «Прости меня за то, что я поверила!»

8. Поминки

Утро выдалось малооблачное. В доме всё еще не выветрилось тепло. Юнна встала спокойной. Вытащила из валенка третью бутылку водки, обтерла ее и поставила на стол рядом с тюльпанами, нарезала остатки хлеба.

Около восьми появились Аня и Ленка. Они пришли вместе: Аня принесла кутью, а Ленка — подгоревшую неровную шарлотку, выпеченную собственноручно.

Над ними плыли два облака, разделенные полоской солнечного голубого неба.

— Это дядя Лёня нам улыбается! — кричала Ленка.

— Господи, спасибо тебе за любую погоду! — улыбалась Аня, порозовевшая с наперстка водки, со сбитым набок платком.

— Вы не понимаете, это река Итсодар, — объясняла Юнна гостям. И вспоминала разные смешные эпизоды из их с Лёней жизни.

Аня слушала с доброжелательной улыбкой, и её лицо светлело. А Ленка каждый раз отворачивалась, до тех пор, пока Юнна не поняла, что она ревнует, и не осеклась.

— Я взяла для тебя книжку в церкви. — Аня вытащила из холщовой сумки и тихонько подсунула ей житие Святого Уара.

— Аня, ты его любила? — неловко спросила Юнна.

Ленка навострила уши.

— Все мы кого-то любим, кроме Бога, потому что грешны, — спокойно ответила Аня. — Я сегодня пела в церкви, и, чувствую, ответит Богородица на наши молитвы, если вместе молиться будем. Это как теребить её за одежды, напоминая, что Лёня должен быть в раю. Надо верить.

— Всем верить — с ума можно сойти, — расстроенно сказала Юнна, вспоминая Галину Абрамовну.

— А ты не всем верь. В Господа Бога нашего верь в первую очередь, в мужа верь — даже после смерти. Особенно после смерти. Вера — она абсолютна, не требует доказательств. Не каждому дано верить.

— Как это — верить? — спросила Ленка. — Я даже маме не верю.

— Я не могу объяснить, но ты это почувствуешь. Почувствуешь благодать.

— Благодать — это радость? Итсодар, как говорил дядя Лёня?

— Ну, раз дядя Лёня говорил, значит, так и есть, — улыбнулась Юнна.

Река Итсодар голубела между облаков.

«Благодать!» — подумала Юнна и, открыв молитву Святому Уару, опустилась на колени на тёплую, парящую землю и подняла голову к солнцу.