Лучшая подруга - Юлия Гай

Витька обернулся, и Сергея поразил страх, мелькнувший в его глазах. Узнав его Витек вздохнул с облегчением: – А, это ты…

Сергей засмеялся: – Я, конечно! А кого ты ждал – бабу Васю?

Он назвал имя бездумно, наобум, но, видимо, попал в точку. Лица его друга снова исказил страх, он схватил его за руку и заговорил быстро и сбивчиво: – Серег, они там все ненормальные, ты представляешь… Это она меня укусила! Я сначала думал, что сам губу разбил – а это она! А бабка – та точно сумасшедшая! Смотри! – с этими словами он повернул голову, показывая шею: – Это она сделала!

Шея и ворот футболки были покрыты коркой запекшейся крови. Выше Сергей увидел две небольших круглых ранки и идущие от них параллельные царапины, явно оставленные чьими-то зубами.

– Ого…Тоже с собачками пообщался? Мне они всю рубашку изодрали. И где они только таких зверей откопали?

Витек махнул рукой: – Да какие собаки… Собаки – фигня, это она все, бабка.

Сергей заржал: – Тебя что, баба Вася покусала? Витек, ты сам-то случаем не спятил?

– Ты не понимаешь, она же…

– Привет, мальчики! Беседуете?

Парни как по команде повернулись и увидели стоящую на берегу и насмешливо улыбающуюся Алену.

– Вить, ты бы умылся. А то только людей пугаешь…

Витек послушно кивнул и спустился к ручью. Увидев Алену, он как-то сник, и всем своим видом теперь выражал лишь покорность. Девушка повернулась к Сергею: – Тебе собачки привет передают, просят захаживать почаще. Особенно в новых рубашках!

Сергей покраснел: – Да я же просто…

– Просто или не просто – без приглашения больше приходить не смей! Сегодня они вели себя вежливо, в следующий раз будут грубее!

Витек вернулся от ручья. Лицо и шею он чисто вымыл, и царапины уже не выглядели так устрашающе. Даже пятна на вороте пытался отстирать: конечно же, кровь отошла не полностью, но на красной футболке они уже не так сильно бросались в глаза. Алена довольно кивнула: – Ну, теперь хоть на человека похож… Пойдемте, мальчики. Даша уже заждалась, наверное.

На берегу ребята просидели недолго: было скучно. Алена пыталась смешить подругу, постоянно подначивала ребят, но Сергей лишь отделывался односложными ответами, думая о чем-то своем. Витек же вовсе молчал. Наконец девушка вскочила на ноги: – Скучные вы сегодня какие-то. Пора по домам, пожалуй. Сережа!

– Провожу…– буркнул он, не поднимая головы. Алена кивнула: – Хорошо. Пока, Даша, до завтра! Пойдем, – последнее адресовалось Вите. Он, явно нехотя, встал и поплелся за девушкой, поминутно оглядываясь на друга, по-прежнему сидевшего на берегу. Тот не обращал на него никакого внимания. Когда парочка скрылась из виду, он повернулся к Даше:

– Даш, ты прости меня, что я так резко с тобой тогда говорил.

Та покраснела: – Простила уже.

Сергей резко поднялся на ноги: – Пойдем, холодает.

Он довел ее до дома и на прощание буркнул: – Зря твоя Алена старается. Ничего у нас с тобой не выйдет.

Он развернулся и пошел к дому, а девушка все стояла и смотрела ему вслед. Слова Сергея как громом ее поразили.

На этот раз Алена шла домой не по деревне, а более короткой дорогой, через овраг. Витек плелся следом, ничуть не похожий на провожающего свою девушку молодого человека. Больше он был похож на бычка, которого мясник ведет на бойню, и который каким-то образом понял, куда его ведут. Когда деревья рощи расступились и показалась калитка, он задрожал и замедлил шаги, но остановиться все-таки не решился. Алена обернулась и насмешливо сказала: – Страшно? Не бойся. Сегодня в дом тебя не позову. Стой здесь и жди. Но если надумаешь зайти за калитку или сбежать… Пеняй на себя!

Она пошла по тропинке к дому, мимоходом погладив вынырнувшую из высокой травы собаку. Скоро она вернулась, неся что-то в руке. Лунный свет блеснул на этом предмете, и Витек задрожал еще больше: ему показалось, что в руках у девушки нож. Однако, когда она подошла ближе, он понял, что зрение обмануло его: это были ножницы. В другой руке она держала маленький ролик пластыря. Парень вздрогнул, когда неестественно холодные пальцы девушки коснулись его шеи, но покорно ждал, пока она заклеит пластырем ранки и царапины.

– Матери скажешь, что поцарапался о ветку, или упал. В общем, выдумай что-нибудь. И не вздумай говорить правду! Если я узнаю об этом… Тогда тебе действительно не поздоровится! Теперь иди. Завтра ночью приходи сюда.

Витек торопливо кивнул и бросился бежать, больше не сдерживаемый странной гипнотической силой девушки.

Неладное Сергей почуял, еще только подходя к дому: на кухне горел свет. Он уже решил, что его забыл выключить пьяный отец, но входя в дом услышал всхлипывания матери. Он вбежал на кухню и увидел, что мать сидит за столом и плачет, сжимая в руках давно остывшую чашку чая.

– Мама, что случилось? Этот… Он снова бил тебя?

Мать замотала головой и еще сильнее залилась слезами: – Нет… Сереж, заболел он… Сегодня в больницу возила – сказали, в город надо ехать. На обследование, потом – на операцию.

Сергей шагнул в комнату. Отец, скрючившись, лежал на диване. Лицо его было серым от боли. Парень вернулся на кухню: – Что с ним?

– Желудок… Допился.

Вечером следующего дня Даша снова сидела на берегу в ожидании подруги. Днем в магазине ее огорошили новостью, что дядю Васю Семенова увозят в город на операцию. Видела она и Сергея, правда, мельком. Он казался хмурым и явно не выспавшимся, когда садился в автобус вместе с отцом. Деревенские кумушки говорили, что у Василия то ли рак, то ли язва.

Алена не появлялась довольно долго. Солнце уже давно опустилось за горизонт, от реки потянуло холодом. Даша уже собралась уходить, когда, наконец, появилась Алена.

– Привет, подружка! Заждалась?

– Конечно! Ночь ведь уже… Ты всегда так поздно приходишь… Почему? Почему не днем?

Алена рассмеялась: – Даш, ну подумай сама: днем ты всегда занята, если я начну отвлекать – у тебя начнутся проблемы с матерью. Да и мне днем есть чем заняться: все-таки и бабушке помочь надо, и дома прибрать… Да и поспать я с утра люблю!

– А где Витька? Даже не привычно видеть тебя без