Плюш и Ко - Надежда Опалева

Овальная поверхность озера освещалась сетью натянутых гирлянд над катком, подтаявший без мороза лед сверкал невероятно! В центре катка стояла высокая ослепительная елка, от блеска которой рябило в глазах, вокруг нее кружился поток людей. Те, что стояли на ногах неуверенно держались ближе к бортам, те, кто хотел успел сделать кучу фотографий, крутились у елки, пихая друг друга локтями или стукая коньками. Центр полосы принадлежал уверенным в себе конькобежцам.

– Наконец-то вы вышли! – Подкатила к ним Сидни. – Здесь так здорово! Оказывается, я все еще могу кататься! Думала разучилась. Зум-Зум, давай со мной!

Сид потянула Полин за руку, и та чуть не свалилась, забавно разведя ноги в стороны.

– Осторожней, – бубнила Пэт, – брякнешься – лед треснет, кататься не сможем.

Зум-Зум недоумевающе посмотрела на Патрицию, которая отвела полузакрытые глаза. Сид тащила Зум-Зум на буксире, Глен с Пэт не спеша ехали позади, о чем-то тихо переговариваясь. Первый круг вокруг елки они проехали все вместе, на втором круге Глен отправился искать пропавшего Люка, Патриция сошла со льда.

– Признаться, Сидни, мне не дает покоя наш прошлый разговор на кухне. – начала Зум-Зум.

– Да? И почему же? – они крепко вцепились друг в друга, чтобы не упасть в несущейся толпе.

– Ты решила, что делать с Люком?

– Нет. Я уже год не могу принять решения, а ты ждешь, что я так просто смелости наберусь. Ее, знаешь ли, в супермаркетах не продают. Может у тебя одолжить?

– Что тебя навело на мысль, будто бы я смелая?

– А ты на себя посмотри! Пришла, расфуфыренная, волосы назад. Твои джинсы так крепко ужали твой зад, что создается впечатление, будто ты под них две булки спрятала.

– Я правда хорошо выгляжу? – зарумянилась Зум-Зум.

–Хорошо. Только зря ты надеешься, что Глен вдруг очнется и влюбится в тебя. Плюшечка, сказок не бывает.

– Да я не…

– Заливать мне не надо. Ты только на него и смотришь. Сама себя со стороны не видишь, поэтому не спорь. Глаза блестят, с губ слюна течет… Глен, он как породистый скакун, матушка его скрестит только с породистой кобылицей.

– А как же тогда Патриция? Ты же знаешь – она не из призовых.

– Она, конечно выглядит, как призовая гнедая, однако, не чемпион. – Сид пожала плечами. – Судейство сошьет ей дело и отбор она не пройдет. И, если отойти он нашей аналогии с лошадьми, то с уверенностью могу тебе сказать, что с матерью он ее не знакомил.

– Что ж, – грустно выдохнула Зум-Зум.

– А почему я еще не слышала подробности про свидание с Шеллом. Поделишься?

Пока Сид с ужасом слушала рассказ Зум-Зум о новогоднем вечере, позади них Патриция добросовестно и методично пилила Глена.

– …Ну, Пэт, прошу! Ты снова начинаешь! – молил Глен. – Снова да ладом. Со счету сбился, пока считал. Хватит этих вопросов!

– Вопрос у меня всего один, а ответа я так и не услышала. Почему она здесь? – железным голосом допрашивала Патриция.

– Сегодня я пригласил своих друзей, а Зум-Зум мне друг! Ребенок бы понял!

– Я, выходит, глупая?!

– Да как ты все с ног на голову переворачиваешь? Ну что? Что я должен тебе сказать, чтобы ты перестала об этом переживать?

– Если бы ее здесь не было, то и переживать бы не пришлось.

– Боже! Боже! – Глен поднял руки к небу. – Ты меня… ты меня…

– Бесишь? Я тебя бешу? Ты это хотел сказать?

– Огорчаешь. – они встали под елкой. Перед ними, заливаясь смехом, проехали Сид и Зум-Зум. У Глена от зависти сжалось сердце. Он тоже хотел бы вот так просто кататься и веселиться, но обязан был смотреть в пол, чтобы не вызвать цунами ревности от Патриции. – Слушай, милая моя, тебя мучает ревность. И я не понимаю почему ты изводишь меня, ведь поводов я тебе не давал. Я приехал всего на два дня, и я сразу тебе позвонил. Хочешь провести вечер только со мной? Ты предлагаешь мне отправить Сидни и Полин домой?

– Полин!? – вздрогнула Пэт. – Теперь она у тебя Полин?! Куда же делать Зум-Зум!? Может ты ее еще как-то по-особенному зовешь?

– Нет. – обессиленно выдохнул Глен. – Не зову… Знаешь, я устал. Перелет был долгий. Я снова поругался с матерью. Давай предложим ребятам сходить в кафе. Я обещаю, что не буду с ней разговаривать. Тебя это устроит?

«Пусть этот день скорее закончиться!» – закончил про себя Глен.

Патриция надула губки, кивнула. Обнявшись, они двинулись к выходу. Час гуляний был в разгаре, у калитки толпились люди, некоторые из них орали в пьяном угаре, другие кричали в телефон, третьи нетерпеливо протискивались вперед. Глен предложил немного подождать и вдруг замер – в стороне от скопившегося народа стояли Сид и Зум-Зум в компании трех незнакомых молодых людей. Возрастом они были явно старше их, вероятно старшекурсники колледжа, крепкие, высокие, с отращенными стильными бородками, они весело беседовали с девчонками, и, кажется, обменивались контактами.

– Куда ты смотришь? – обернулась Пэт. – Ну надо же, они подцепили парней. Я слышала, что у мужиков есть фетиш на жировые складки.

Глен чуть было не возразил ей, но нашел в себе силы промолчать.

Глава 25

– Мы катались меньше часа! Какое еще кафе? – протестовала Сидни.

– А где Люк? Запропастился с самого начала. – фыркала Пэт. – Если не хотел проводить время с нами, то мог бы вообще не приходить.

– Как раз его набираю. – Глен приставил к уху телефон.

– Не надо. Я вижу его. – радость, которая искрилась в глазах Сидни, моментально улетучилась. Она указала рукой в толпу, а сама отвернулась, прикрыв ладонью глаза. Глен, Пэт и Зум-Зум устремили свои взгляды влево, и не сразу заметили Люка, который, развалившись дохлым осьминогом, сидел на полу, прислонившись спиной к бортику. Вокруг него столпились люди, мужчины хлопали его по лицу, женщины тянули за одежду, судя по всему, они пытались поднять на ноги пьяное тело, разумеется, у них ничего не выходило. В этот момент туда подошел низенький крепыш-администратор, который с гневным видом тыкал в телефон толстым пальцем.

– Черт! – Глен побежал к Люку.

– Ты товарища своего уноси сейчас же. Это безобразие! – тут же принялась отчитывать его маленькая женщина.

– Развелось же…

– И куда смотрят родители?!

– Конечно, общественное место! – подхватила другая.

– Извините. Извините. – только повторял Глен, закидывая на плечо друга.

К нему на помощь поспешила раскрасневшаяся от стыда Сидни: ей и раньше приходилось таскать на себе Люка, и всякий раз