Привет, заморыши! - Лев Кузьминский

Марк читает искусствоведческую книжку. Вздыхает, начинает ею обмахиваться. Приоткрывает окно.

– На электричке быстрее бы вышло, – говорит бабушка.

– Да…

Сцена 19

Коттедж Хомяка. Хомяк пьет вино за столом, вокруг все те же лица.

– А, хрень, чувак, – говорит Хомяк кому-то. – Юрец бить не умеет. Он валит весом и все. Не знаю, может, мы зря так разошлись вообще…

– А чего? – спрашивает парень с кефиром.

– Да жалко пацана. Прям у девушки на глазах.

– Некрасиво, да, – говорит бритый наголо парень.

– Не по понятиям, – соглашается Хомяк.

К столу подходит Рома.

– Извини… Давид? – спрашивает он.

Хомяк внимательно на него смотрит.

– За мной едут папа и бабушка, – говорит Рома. – Как им сюда попасть? Там даже звонка нет на калитке.

– Бабушка? – изумленно спрашивает Хомяк. – Сюда? Ты позвал на крутую пати в честь дня китов и дельфинов бабушку?

– Нет. Ну то есть…

– А пароль бабушка знает?

– Нет.

– Тогда она не сможет зайти.

– И что делать?

– Ну созвонитесь, когда они приедут, и сам к ним выйдешь. В чем проблема?

Рома кивает и собирается уйти.

– Слушай, – останавливает его Хомяк, – мы тут с братюнями заметили, как Шурка на тебя смотрит. Она тебе тоже нрава?

Рома задумывается.

– Она же моя сестра? – отвечает он.

– Ну да, ну да… Но знаешь, как бывает…

Рома напрягается.

– Нет, – отвечает он.

– Да я шуткую, ты чего, – смеется Хомяк, трогая его за плечо. – Начал защищаться, позырьте. Пять баллов! В следующий раз не оправдывайся. Говори так: «Да кто ты вообще такой, а? Какое твое дело?»

Понял?

Рома с интересом смотрит на Хомяка. Торопливо кивает, уходит.

Сцена 20

Рома в ванной рядом со своей спальней. Он умывается и разглядывает в зеркале свое усталое лицо.

Сцена 21

Рома смотрит из своего окна на дачный домик, в который ушли Юра с Шурой.

В окне домика никого не видно.

Сцена 22

Мама сидит в электричке, которая направляется в Петушки. В вагон заходит седой мужчина с вантузами.

– Здравствуйте, дорогие пассажиры! Засор на даче – что делать? Необходим вантуз.

За седым мужчиной заходит девушка с фотографией какого-то мальчика и кричит:

– Уважаемые пассажиры! От вас зависит судьба больного ребенка! Если не можете пожертвовать много, пожертвуйте всего один рубль!

За ними появляется мужчина с гитарой:

– Та-а-ам для меня горит оча-а-аг, последний зна-а-а-ак забы-ы-ытых и-и-истин…

– Вантузы весьма по доступной цене… – говорит седой продавец.

– Всего один рубль! – кричит девушка с фотографией ребенка.

Мама поднимается с места и уходит в другой вагон.

– И э-э-этот ша-а-аг длиннее жи-и-изни… – поет музыкант.

Сцена 23

Рома стоит перед дачным домиком, в котором поселились Шура с Юрой.

Нерешительно толкает входную дверь. Не может найти выключатель, в полутьме поднимается по скрипучей лестнице, оказывается в узком холле с тремя дверьми.

Открывает одну из дверей. Там туалет.

Открывает другую. Там нет окна, темно, кругом стеллажи с вещами.

Открывает третью. На кровати лежит Юра, на нем все еще нет футболки, у него на плече большой синяк.

– А где Шура? – спрашивает Рома.

Юра молчит.

Рома возвращается в предыдущую комнату, включает фонарь на своем телефоне, освещает все вокруг.

На полу у стены сидит Шура, она прикрылась рюкзаком и играет в телефон. На ушах у нее наушники, на коленях Слава КПСС.

– Шур, сейчас папа с бабушкой подъедут, – говорит Рома.

– Зачем ты их сюда погнал-то? – недовольно говорит Шура. – Мы бы и сами вернулись.

– Ну они стали спрашивать, где мы…

– И ты сразу ответил.

– Ну да, – говорит Рома.

Шура фыркает.

– Я домой хочу, – говорит Рома. – Вообще не понял, что мы тут делаем. Все это какой-то бред. Этот дом, эти парни…

Шура, не поднимаясь с пола, кричит:

– Юр! Слушай, может, в следующий раз тогда во Владимир?

Юра молчит.

Сцена 24

Бабушка и Марк едут через лес.

– Ну и местечко, – говорит Марк.

– Да уж. Не зря я с собой электрошокер взяла, – отвечает Светлана Александровна.

У нее усталый вид.

Марк держит телефон у уха.

– Ромка не подходит, – говорит он.

– Испугался, – отвечает бабушка. – Делов натворил и в кусты.

– Да непонятно, – говорит Марк, – может, Шура все это устроила.

– Связала бедного мальчика и увела как барана, – фыркает бабушка. – В тихом омуте черти водятся, я вам всегда это про него говорила. А от психологов один вред, вот сколько я слышала отзывов… Без психологов люди хоть стеснялись своих пороков, а эти им говорят: не волнуйтесь, все с вами в порядке – и вперед: грабь, жги, убивай…

– Да вроде он пока никого не убил, – замечает Марк.

– Пока! – отвечает бабушка. – Ключевое слово – «пока».

В лесу кукует кукушка.

– Едем, едем… все затекло, ноги болят… артрит поганый, – жалуется бабушка. – Утром были в Троицком, теперь тут – не по возрасту мне уже такие приключения.

– Хотите, я поведу?

– Да вроде уже приехали. Видишь: музыка играет и окна горят.

Они подъезжают к высокому железному забору и останавливаются рядом с другими машинами.

– Нет чтоб выйти встретить, – сердито говорит бабушка. – Уже и карету ему подали, а он все пляшет.

– Рома? – с сомнением спрашивает Марк.

– Самим придется…

Бабушка распахивает дверь машины, вздыхает.

– Как бы выбраться еще… Маркуша!

Марк выскакивает, подает Светлане Александровне руку.

Бабушка оценивающе смотрит на стоящие в один ряд крутые джипы, дряхлые жигули, блестящий черный БМВ.

За забором лает Компот.

– И где тут у них звонок? – спрашивает бабушка. Изучает забор и сама отвечает: – Звонка нет. Маркуша, ну давай гудок жми.

Марк жмет, машина протяжно гудит.

Сцена 25

Рома и Шура идут к Юре. Юра по-прежнему лежит на кровати, уставившись в потолок.

– Юрец, – говорит Шура, – мы с Ромой домой. Батя за нами приехал. Ты прости, но как-то все не очень пошло.

Юра молчит.

– Зачем ты нас сюда приволок? Я таких парней в детдоме насмотрелась, мне хватило. Нет только воспиталки с прыгалками. Она бы твоего Суслика так отпиздила, что реально забыл бы, как его зовут.

Юра молчит.

– Алё? – говорит Шура.

– Да я понял, – неохотно отвечает Юра.

– Ты вроде сам хотел отсюда уехать, а лег и лежишь. Воспиталку с прыгалками ждешь?

– Щас встану, – мрачно говорит Юра.

– Ну, короче… Мы пошли. Еще и дома проблемы – пожар вон устроили, деньги взяли… Дело дрянь.

Юра поворачивается к ней.

Шура пожимает плечами.

Юра отвечает похожим жестом.

– Погодите, – говорит Юра. – Я тоже поеду. Ром, подождешь пять минут на улице, пока мы соберемся?

– Да пусть он тут подождет, – говорит Шура.

– Хорошо.

Юра встает, поднимает с пола рюкзак, из него выпадает большая бутылка колы.

– О, дай глотнуть, – говорит Шура. И хлебает прямо из горла.

– Ты сахар мерила хоть раз? – спрашивает Рома.

– Ну блин, – сердито отвечает Шура. – Нашел момент. Батя два. Тот еще не подрулил, зато этот вдруг прочухался.

– Шур, ну ты хоть в машину-то со мной сядешь? – спрашивает Юра.

– Не-а, – говорит Шура. – Жаль, правда, что ты столько денег потратил.

– Ничего, – мрачно отвечает Юра. – Еще накоплю.

Шура делает еще несколько глотков колы.

– Тебе нельзя столько сахара, – говорит Рома.

– Ага, – говорит Шура. – Я знаю.

Рома отбирает у нее бутылку. Шура пытается ее отнять. Юра хмыкает и напряженно улыбается.

– Во, как раз звонят, – говорит Рома и вытаскивает телефон. Шура отнимает бутылку, но внезапно роняет ее.

– Блин, мне плохо, – удивленно говорит она. – Реально.