Между небом и землей - Марк Кляйн

В одиннадцать вечера Тесса сидела в пустом кинотеатре, распаковывая свое новое оборудование. Она вставила полностью заряженный аккумулятор в цифровую камеру и закрыла ее крошечную крышку. Затем она установила камеру на штатив и прикрепила инфракрасную лампу, активируемую движением, к одной из его ножек. Затвор камеры сработал бы при малейшем движении. Затем Тесса поставила штатив на один ряд ниже центра зала, направив камеру на места, которые когда-то занимали они со Скайларом. Очистив объектив от пыли, Тесса села на свое прежнее место и сделала глубокий, напряженный вдох.

«И что теперь?» – подумала она. Тесса действовала вслепую, без какой-либо инструкции. Поэтому она сидела и ждала. В затхлом кинотеатре. Одна. Киноэкран перед ней был прямоугольником тусклой белизны. Иногда она слышала тихие поскрипывающие звуки, которые вселяли в нее надежду, но она поняла, что это был не призрак Скайлара; это всего лишь ветер, гуляющий за стенами кинотеатра.

Чего именно ожидала Тесса? Что Скайлар сядет рядом с ней? Было ли это вообще реально? Она почувствовала внезапный укол сомнения. Она начала обдумывать слова Дорис о том, как возвращение в места, которые они со Скайларом считали самыми ценными, может открыть портал. Но, может быть, просто находиться здесь, в этом месте, недостаточно? Может быть, ей нужно было что-то сделать? Нет, ей нужно было что-то почувствовать. Да, так оно и было. Важно было не место, а чувства, которые она в нем испытала. Именно радость, которую она испытывала в этих местах, вызвала бы Скайлара.

Тесса когда-то читала о технике, которую использовали величайшие актеры. Если им нужно было погрустить, они рылись в своих воспоминаниях в поисках какого-то болезненного момента из своего прошлого. Затем они погружались в это воспоминание, чтобы эмоции всплывали, как буйки. Как только воспоминание окажется на поверхности, они смогут сыграть сцену с потрясающей реалистичностью. Это называлось «чувственная память». И это было то, что Тессе нужно было сделать.

Обращаться к прошлому было нетрудно. Все еще было свежо в ее памяти. Прошло восемь месяцев с их первой встречи в театре, а затем, подобно сильному подводному течению, воспоминания перенесли ее еще дальше… к тому моменту, когда Скайлар сел рядом с ней…

Она могла вспомнить древесный аромат, исходивший от его тела… его первые слова: «Ты смотри, а я буду переводить»… тепло его дыхания на ее шее… его зеленые глаза, когда включился свет… их разговор о любовных историях и счастливых концовках…

Тесса проваливалась в водоворот ностальгии, грусти и радости. Она потеряла счет времени. Была ли она здесь, в настоящем? Или там, в прошлом? Грань между прошлым и настоящим, между памятью и реальностью стала нечеткой.

– Уже два часа ночи, Тесса.

Голос Шермана вернул Тессу к реальности. Он стоял в проходе, его веки отяжелели.

– Можно я еще немного посижу, Шерман?

– Может быть, завтра, – сказал он с сожалением.

Спорить не было смысла. Тесса уже злоупотребила его гостеприимством. И в любом случае, первое место в ее списке, место, где она встретила Скайлара, не вызывало ничего, кроме отчаянной тоски по нему.

Минус один. Осталось два.

Тридцать восемь дней спустя

Оставалось два дня.

Был уже восьмой час, когда Тесса вошла в роскошный номер для новобрачных в «Эмпирее». Насколько она могла судить, ничего не изменилось. Ковер был таким же грязным, занавески выцветшими и порванными, а краска все так же отслаивалась от стен загнутыми клочьями.

Она распаковала свое оборудование рядом с джакузи в форме бокала для шампанского. Как и прошлой ночью в кинотеатре, установила камеру на штатив и прикрепила инфракрасную лампу к одной из его ножек. Затем она направила объектив камеры точно на то место, где Скайлар поцеловал ее в первый раз.

Убедившись, что все в порядке, Тесса поднялась по лесенке и опустилась в джакузи. Пол ванны был усеян окурками и пустыми стеклянными бутылками. Очевидно, другие обнаружили их тайное местечко, и Тессу разозлило, что они не относились к нему с тем почтением, которого оно заслуживало.

Тесса откинулась назад, прислонившись к стенке бокала. Вставив беспроводные наушники, она открыла музыкальное приложение на своем телефоне и прижала большой палец к кнопке повтора. Затем, после короткой паузы, заиграла их песня «More than this»…

Знакомые аккорды достигли своей цели, мгновенно вернув Тессу назад… в прошлое… до того, как… до того, как ее мир погрузился во тьму…

Сознание затуманилось. Ей казалось, что она стоит на высокой доске для прыжков в воду, откуда открывается вид на нетронутый бассейн с кристально чистой водой. В этой воде плавало воспоминание об их первом свидании. Стремясь попасть в прошлое, Тесса расправила руки, как крылья, и спрыгнула с доски своего сознания. Она на мгновение зависла в воздухе, словно величественная птица в полете, прежде чем погрузиться в приятную теплую воду.

Теперь она была внутри своей памяти, неотделимая от нее. Звук смеха Скайлара прокатился по воде вокруг нее… Тесса почувствовала тех же бабочек, что и той ночью в гостиничном номере, ее желудок сжался от предвкушения… А потом его губы – его прекрасные губы – мягко, затем настойчиво прижались к ее губам.

Тесса начала ощущать странное щекочущее ощущение, танцующее в ее теле. Ее внимание вернулось к песне. Каким-то образом все изменилось. Это больше не была их песня. Вместо этого она услышала бренчание гитары и приятный голос, поющий слова, которые она никогда раньше не слышала. Песня была необычной и проникновенной, что-то записанное в более невинное время, возможно, в 1960-х годах.

Глаза Тессы распахнулись. Должно быть, она заснула в джакузи. Она потерла глаза, но все было как в тумане и покрылось рябью. Она поняла, что все еще находится под водой, а это означало, что она все еще спала.

Нет, если бы она спала, то не почувствовала бы отчетливого, тугого защемления беспроводных наушников в ушах. Была разница между сновидением и бодрствованием, и это было бодрствование. Но почему она оказалась под водой? И как она там дышала?

Испугавшись, Тесса бросилась наверх. Она поняла, что все еще находится в джакузи, только теперь оно наполнено водой по грудь. Она инстинктивно потянулась, чтобы убрать челку со лба, но обнаружила, что ее волосы