Черешни растут только парами - Магдалена Виткевич

В офис я могла не ходить и работать дома – так решил Марек.

– В кабинете было бы удобнее, – протестовала я.

– Да, я знаю. Но так сложились обстоятельства, что я не могу позволить себе делать проекты для конкурентов у нас в офисе. Представляешь – еще кто-нибудь увидит. Правда, дорогая, по разным причинам будет лучше, если ты поработаешь дома.

Если бы у меня было больше интуиции, я бы начала подозревать, что «разные причины» – это стройная брюнетка с пышным бюстом. Интуиции у меня, к сожалению, не оказалось. Я продолжала пребывать в уверенности, что Марек строит наше общее будущее. А я чувствовала себя обязанной помогать ему в этом. Почему? Сама не знаю.

Для женщины отец ее ребенка всегда будет важен. Вот и мне казалось, что этот мужчина должен быть для меня важнее, чем любой другой. Была ли я важна для него? Вскоре выяснилось и это.

* * *

Я несколько раз звонила Шимону. Он в основном спрашивал меня про Руди. Как он адаптировался к морскому климату. А что тут скажешь? Руди, кажется, жаждал одного – свободы, которой на девятом этаже дома-волны у него совершенно не было. Я его даже на балкон не выпускала без контрольного поводка.

Я думала, что мое возвращение в Гданьск приведет к каким-то шагам со стороны Марека. В конце концов, это он меня сюда вытащил из Руды. Нет, речь вовсе не о том, чтобы он сразу сделал мне предложение, просто почему бы нам не пожить вместе? Но был Руди. А у Марека была аллергия на кошек.

– Как кот? – переспросила я, услышав вопрос Шимона. – Руди, похоже, не очень счастлив. Все не может найти себе место.

– А ты? – спросил он. – Ты счастлива?

Я не знала, что ему ответить.

– Я, кажется, как кот. Уж и не знаю, где мой дом. Я скучаю по Руде, по дому.

– К Мареку не переезжаешь?

– Нет, у него аллергия на кота.

– На кота, – повторил он.

– Да.

– А на тебя у него нет аллергии? – спросил он ехидно.

Наступила неловкая тишина. Он прервал ее:

– Дай мне знать, когда будешь здесь.

– Конечно. Сразу позвоню, и ты придешь к нам!

– К кому это к вам?

– Ко мне и Руди.

– Понял.

Интересно, только мне этот разговор показался странным? Я почувствовала, что потеряла невидимую связь с Шимоном. Мое возвращение в Гданьск прервало ее очень грубо. Стоило ли оно того? Была ли я здесь счастлива?

Не знаю.

У меня начало складываться ощущение, что у Марека аллергия не только на моего кота, но и на меня. Конечно, он не сказал бы мне этого открытым текстом, но я больше не могла доверять ему, как раньше.

* * *

– Смотри, за такую виллу, если с ремонтом, ты можешь получить очень приличные деньги, – сказал Марек однажды.

– Но я не хочу ее продавать, – настаивала я.

– Когда-нибудь все равно придется продать.

– Почему? – возмутилась я.

– Дорогая. Когда пойдут дети, у нас не будет времени ездить туда. Дом обветшает, упадет в цене.

Я всегда млела при мысли о семье, о детях, а Марек, прекрасно зная это, пользовался этим вовсю. Тогда я даже подумала, что он прав. Действительно – какой смысл держать большую виллу в нескольких сотнях километров от постоянного места жительства? Тем более когда пойдут дети.

Но я забыла, что если у тебя есть дети, то неплохо бы жить вместе. А этого мы не могли себе позволить по известной причине – аллергия на кошек.

Поэтому жизнь вместе с Мареком требовала очень многих жертв от меня: я потеряла Шимона, который вытащил меня из глубочайшей ямы в моей жизни, я должна была потерять дом, который был полон памятных вещей от близкого мне человека, и избавиться от своего рыжего друга.

Очень большая цена за то, чтобы быть с Мареком. Стоил ли он этого?

Наверняка нет.

Иногда я думаю, что Кто-то следит за мной и вовремя удерживает от глупости.

И я благодарна Ему за это.

* * *

В конце марта у Марека был день рождения. Я не очень хорошо представляла себе, что можно подарить мужчине, у которого есть все. Причем все самого лучшего качества, от самых лучших производителей. Его не удовлетворил бы подарок, который позволяли мои средства. Впрочем, я никогда не была знакома с последней модой, не следила за техническими новинками. Марек был в курсе всего и мог купить себе все прежде, чем я успела бы об этом подумать.

Я немного волновалась. В последнее время он был какой-то очень нервный, снова начал курить – несмотря на то, что раньше старался этого не делать. Перестал выходить на пробежки, потерял аппетит и желание заниматься сексом.

– Тебя что-то беспокоит? – спросила я.

– Много работы. С одной стороны, это хорошо – деньги, но с другой плохо – стресс.

– Может, я что-нибудь у тебя возьму?

– Нет, нет. Работы много, но все под контролем.

– Тебе нужен отдых. Как насчет какого-нибудь крутого спа?

Марек улыбнулся:

– А что, неплохой вариант. Есть какой-нибудь приличный спа-центр в районе твоей исторической виллы?

– Наведу справки. – Я прижалась к нему. – Тогда я приглашаю тебя на твой день рождения. Только без мобильника и без ноутбука.

Марек поднял два пальца вверх:

– Обещаю.

* * *

Мы поехали в Лодзь. Я радовалась как ребенок. Я была очень удивлена, когда мы сначала подъехали к моему дому.

– Сюрприз, – сказал он. – На одиннадцать я тут кое с кем договорился о встрече.

– Здесь, у меня? – спросила я. – С кем?

– С оценщиком имущества, – сказал он. – Разве ты не хочешь знать, сколько стоит этот дом?

– Марек, но мне не нужен оценщик. Я и так знаю, чем этот дом ценен для меня и насколько. – Я приложила руку к сердцу. – Это измеряется не деньгами.

* * *

Однако оценщик был уже вызван. Он заглядывал в каждый угол моего дома, а Марек провожал его взглядом и ценными указаниями – вел себя как пан в своем имении:

– Здесь у нас кухня, окна меняли. Перекрытия тоже в хорошем состоянии. Можем осмотреть чердак. Просторный.

– Чердак не можем, – возразила я.

Марек рассмеялся.

– Я не шучу, – твердо сказала я. – На чердак входа нет.

– А что там на чердаке? – спросил Марек.

– Трупы слишком жадных женихов, которые без спроса у невесты привозили оценщиков имущества.

Оценщик удивленно посмотрел на меня.

– Трупы оценщиков там тоже