Черешни растут только парами - Магдалена Виткевич

Покрывало, отреставрированное мной кресло, оставшаяся недокрашенной ножка стола… Я собиралась красить ее как раз тогда, когда открылось кровотечение и Шимон отвез меня в больницу. Я была здесь так недолго, но сколько всего за это время успело произойти.

Просмотрела корреспонденцию, которую почтальон оставил в ящике. Ничего интересного. Счета, рекламки.

Посидев немного, решила прилечь – «переспать напряжение и заботы дня».

Проснулась я в гораздо лучшем настроении. И подумала, что все-таки не стоит портить Мареку уик-энд. Надела красивое нижнее белье, накрасилась и заказала такси до отеля.

В номере никого не было. Наверное, он пошел в бассейн. Раньше он всегда снимал стресс спортом… Лифт остановился как раз на одном уровне с бассейном. Не нужно было выходить, чтобы увидеть, кто там плавает. Все просматривалось через огромное стекло. Буквально все. Марек тоже был виден. Он играл со шнурочками от бикини, принадлежавшего стройной брюнетке с пышным бюстом. После чего, не обращая внимания на окружающих, стал целовать ее живот, придерживая ее за попку.

Патриция.

Откуда она, черт возьми, здесь взялась?

Я метнулась к ресепшн, оставила там свои вещи и выбежала на свежий воздух. Подышать, потому что мне казалось, что я теряю сознание. Я решила, что мне все-таки нужно поговорить с ним. Независимо ни от чего. Я знала, что все кончено, но мне было интересно, почему он так увивался за мной в последнее время.

Я потянулась к телефону.

– Привет.

– Привет, дорогая.

– Хорошо. Ты меня убедил. Я приеду поговорить с тобой обо всем, – сказала я. – О доме, о продажах и инвестициях. Буду через десять минут.

– Где ты собираешься быть, солнышко?

– Как где… в отеле.

– Только… только я утром уехал, ведь не стану же я сидеть тут один, без тебя.

Лжец.

– Ладно, поговорим в другой раз, – сказала я.

– Конечно в другой, вот только сильно затягивать с этим не надо – дело больно срочное, – в высшей степени озабоченно сказал он. – Пойми – чем скорее мы вложимся, тем выше прибыль.

Я очень старалась не высказать ему все как есть: что я на самом деле не собираюсь инвестировать ни в какой бизнес, в котором присутствует он.

Однако что-то удерживало меня от того, чтобы слишком быстро выдать ему эту информацию.

* * *

Возвращаясь в отель, на парковке я увидела машину Марека, а рядом – авто с надписью «Wieclawsky Project». Как я могла раньше не заметить? Я горько улыбнулась. Интересно было только, где я наткнусь на них – в номере или в ресторане. Ну не в бассейне же, ведь там они уже были.

– Добрый день. – Я улыбнулась портье. – Я зарегистрирована в номере сто восемнадцать, и, к сожалению, захлопнула карточку внутри. Можно ли что-то с этим сделать?

Девушка с ресепшен с улыбкой попросила у меня удостоверение личности.

– Все в порядке. Зофья Краснопольская. Нет проблем, вот дубликат.

Я взяла карточку и села в лифт. Третья дверь слева. Глубокий вдох. Может быть, их там вообще нет.

К сожалению.

Они там были.

Лежали в постели. По-видимому, «после». И слава богу, потому что картины маслом «во время» я могла бы не пережить.

– Надеюсь, вам не противен аромат «Бэрберри Уикэнд», – спокойно обратилась я к ним, хотя во мне все кипело. – Потому что, наверное, этим пахнет подушка после вчерашней ночи.

Патриция смотрела то на меня, то на Марека.

– Я пришла… – глубоко вздохнула я. – Пришла сказать тебе, что больше не желаю иметь с тобой дело. Никаких дел. Никогда.

В своем воображении я разражалась гневными тирадами, а то и вовсе театральными пощечинами. Но обошлась без этого. Я боялась, что сейчас расплачусь и сделаю из себя посмешище. Я не могла этого допустить.

– Желаю хорошо провести время. Да, Патриция, не забудь заплатить за отель – боюсь, Марек будет не в состоянии.

Я вышла, хлопнув дверью, и вызвала такси. На этот раз я поехала к Шимону, едва сдерживая слезы всю дорогу.

* * *

Шимон открыл дверь, даже не спросив, кто там.

Луна сразу же бросилась ко мне. Я опустилась на корточки, и она облизала мне лицо.

– Спокойно, девочка, спокойно, – улыбнулась я грустно.

Только когда я поздоровалась с Шимоном и он обнял меня, я заплакала. И не могла успокоиться.

* * *

– Набери в поисковике Марека Венцлавского, – попросила я, выплакав уже целое море слез.

– Мы ищем что-то конкретное?

– Не знаю.

– О’кей. – Шимон прищурился. – Несколько фотографий с какого-то бала. Вон, смотри, и ты тут тоже есть на нескольких.

– Марек любил демонстрировать себя. Фотографии с этих балов потом попадают в престижные ежемесячники. Кто с кем и почему.

– А здесь с какой-то брюнеткой.

– Вот именно. С Патрицией. – Я вздохнула. – Сейчас плавает с ней в бассейне. А вообще-то уже нет.

– Что?

– Мы поссорились. Он уговаривал меня продать дом.

– А ты?

– Я не хотела продавать. По крайней мере, не теперь.

– А в будущем?

– Не знаю. Теперь я ничего не знаю, Шимон. – Я взяла плед и завернулась в него, поджав колени и уперев их в подбородок.

Шимон ничего не сказал, только повернулся к компьютеру.

– «Венцлавский Проект»? – спросил он. – А может быть у него там записано не нашими буквами с закорючками Więcławski Projekt, а упрощенной латиницей Wieclawsky Project – «Вецлавски Проджект»?

– Пожалуй да, ведь у него были виды на западные рынки.

– Наверное, у него не получилось.

– Есть там что-нибудь об этом?

– Есть. Слушай. «Борковский, председатель правления Imperium City S. A., сменил архитектора небоскреба. От предыдущего архитектора он требует компенсацию в двенадцать миллионов злотых. Потрясет ли строительство Imperium City серия впечатляющих исков? Вот уже несколько месяцев продолжается ожесточенный спор между финансирующей строительство небоскреба фирмой Imperium City S. A. и главным проектантом здания, архитектором Мареком Венцлавским и его компанией. Компания Imperium City расторгла контракт с Венцлавским и для надзора за строительством наняла архитектурное бюро из Сопота. Согласно неофициальным источникам, главной причиной расторжения договора с Венцлавским стали обвинения со стороны Imperium City в адрес главного проектанта: его фирма опоздала с доставкой последующих партий документации, необходимой для проведения строительных работ. По неофициальным данным, недавний многомесячный перерыв в работе на строительной площадке в центре Гданьска произошел не только из-за кризиса, но и из-за отсутствия так называемой исполнительной проектной документации».

– Сколько миллионов? – Информация потрясла меня.

– Двенадцать.

– О боже. – Я вздохнула. – Еще что-нибудь пишут?

Шимон быстро пробежал взглядом по тексту.

– Пишут, что за фирмой «Вецлавски Проджект» числится много махинаций, что пострадавшие стали обращаться к Венцлавскому за выплатой причитающихся денег сразу после