Охотник - Л. Дж. Шэн

– Малютка Бреннан. – Он взъерошил мне волосы, будто ребенку. Думаю, для него я им и была.

– Привет, Нокс. – Я махнула рукой, не вынимая ее из кармана толстовки. – Это мой друг Хантер. Могу за него поручиться.

– Этого недостаточно, солнышко.

Я вытащила руку из кармана и набрала Сэма, моего брата.

– Привет, – ответил он по громкой связи. Судя по шуму, он был в дороге. – Все нормально? Этот придурок тебя достает?

– Этот придурок тебя слышит, – проворчал Хантер.

– Честно говоря, Сэм, мне нужно, чтобы ты поручился за него перед Ноксом. – Я взволнованно прикусила нижнюю губу.

– Перед Ноксом? – недоверчиво хмыкнул Сэм.

– Не спрашивай.

– Уже спросил.

– Слушай, ты поручишься за меня или нет? – сердито процедил Хантер.

Они уже встречались? Похоже, что встречались и разошлись не в лучших отношениях.

– Нокс? – позвал Сэм.

Нокс издал звук, который могла бы издать свинья: нечто среднее между храпом и ворчанием.

– Он годится. Эй, придурок?

– Что? – неохотно ответил Хантер.

Видимо, теперь он еще и «придурок». Судя по этому и по «мальчишке», могу сказать, что любовь «команда Сейлор» к нему не испытывала.

– Скажешь кому-то об этом месте или о том, что там купил, и тебе конец. Усек?

– Господи, славно же ты обо мне думаешь.

– Честно говоря, я о тебе вообще не думаю. Бывай, Сейл. До скорого.

Я повесила трубку и улыбнулась Ноксу.

– Можно нам войти?

В последний раз окинув Хантера взглядом, Нокс нерешительно кивнул. У меня закралось подозрение, что он его узнал. Он думал, что мы пара? И почему оттого, что он мог так думать, мое сердце начало бесноваться в груди?

Мы сели на диван. Внутри было темно, шторы задернуты. В доме пахло грязным кошачьим наполнителем и ногами, но я знала, что Нокс вовсе не был беден. Мне было любопытно, что у него за прошлое, которое сделало его таким, каким он был сегодня.

– Я бы предложил вам выпить, но сомневаюсь, что кто-то из вас захочет брать что-нибудь в рот в этой квартире. – Нокс встал перед нами, уперев руки в бока.

– В этом доме есть кое-что, что я хотел бы попробовать, – тихо сказал Хантер, искоса глядя на меня с ухмылкой.

Я толкнула его локтем. Сильно.

– Значит, вы решили поиграть в супершпионов? – прорычал Нокс. – Не томите. Что вам нужно?

Я повернулась к Хантеру.

– Что Силли всегда носит с собой? Вообще всегда?

– Свою хитрожопую улыбку, – невозмутимо ответил он.

Я закатила глаза, но улыбнулась.

– Нет, я серьезно.

Хантер пожал плечами.

– Обручальное кольцо. Очки, наверное.

Нокс кивнул, записав все в блокнот, который достал из-за пояса спортивных штанов – еще один пункт в растущем списке предметов, к которым я ни за что не хотела бы прикасаться в этом месте.

– У него в кабинете есть часы? – продолжила я.

– А то ж.

– Какие?

– До смерти непримечательные. – Хантер почесал покрытый легкой щетиной подбородок. – Черные с серебристой каймой.

Это Нокс тоже записал.

– Ему нужно будет показать мне конкретные изображения в Гугле.

– А еще нам нужен датчик GPS в его машину и все, что ты сможешь придумать, чтобы мы точно могли слышать каждое его слово, – сказала я. – В реальном времени. Пожалуйста, все самое лучшее.

– Вам это недешево обойдется, – фыркнул Нокс. – Может потребоваться предварительный сбор данных, а за это я беру отдельную плату. Самостоятельное управление фургоном для гарантии качества, плюс оборудование – стоимость начинается с тысячи долларов в час. Потом мне нужно настроить удаленный сервер, сбросить файлы в общее облако, чтобы у вас был доступ к записям и отснятым материалам, а еще обработка, редактирование и сверхурочная работа в выходные после шести. В зависимости от ваших потребностей, вы даже чихнуть в мою сторону не успеете, а уже набежит до пятидесяти тысяч в месяц.

– Деньги – не проблема, – спокойно сказал Хантер, походя на богатенького ублюдка, каким он и был.

Нокс понимающе кивнул.

– Да, красавчик, я так и думал. И еще кое-что. – Он выставил палец вверх. – За подмену вещей и установку записывающих устройств отвечаешь ты. Я играю с законом, но стараюсь не плевать на него без лишней надобности.

– Я справлюсь, – ответил Хантер.

Нокс ушел в боковую комнату, дверь которой держал плотно закрытой, и оставил нас в своей гостиной.

Хантер повернулся посмотреть на меня.

– Почему я испытываю легкую неловкость и сильное возбуждение от того, что ты уже бывала здесь раньше и знакома со шпионажем?

Я рассмеялась.

– Я была здесь с отцом.

– Уважаемым бизнесменом, – дразнил он

Я пожала плечами, сохраняя невозмутимое выражение лица.

– Именно с ним.

– У него полно денег, – сказал Хантер.

– Кто бы говорил, – рассмеялась я. – А кстати, как ты собираешься платить? Я думала, отец назначил тебе фиксированную зарплату.

Хантер одарил меня хищной улыбкой.

– Мать из кожи вон лезет, чтобы меня умаслить. Venmo[39] – мой лучший друг.

– Мило, – заметила я, покусывая губы.

– Ну а ты что? – Он дернул подбородком в мою сторону. – Ты какая-то нищая для богатенького ребенка.

– Так и есть, – призналась я. – Я не беру деньги у родителей. Живу на то, что мне платят за уроки стрельбы из лука, которые я даю летом.

– Пфф.

Хантер уставился в стену, мгновение обдумывая мои слова, а потом сказал:

– Нужно потом принять душ. – Он обвел комнату указательным пальцем.

– Само собой.

– Вместе.

– Хант.

– Ладно. Но все же этот поцелуй. – Он закусил кулак и закатил глаза. Потом указал на мой телефон. – Эта дрянь разрывается, как секс-кукла на съезде анонимных девственников. Все нормально?

Я опустила взгляд. У меня было два пропущенных звонка от абонента: Под вопросом: Кристал, PR-менеджер.

Я глянула на него, чувствуя, как щеки заливает румянцем.

Хантер очень внимательно изучал меня взглядом.

– Кажется, па упоминал, что ты не спешишь отвечать на ее письма.

– Поэтому ты дал ей мой номер?

– Ты заключила сделку с моей семьей. Тебе нужно отвечать этой пиарщице, чтобы наша часть договоренности была выполнена.

– Хватит рыться в моем телефоне.

Но я не могла всецело злиться на него, когда он пытался помочь.

Снова.

– Я никогда не рылся в твоем телефоне. Только в трусиках.

– Ха.

Хантер не переставал пялиться на меня с широкой, озорной улыбкой, полной чувств, испытывать которые я даже не считала возможным.

Нет.

– Ты не трогал мои трусики, – прошептала я, потрясенная, взволнованная и… Честно говоря, я даже не могу перечислить все чувства, которые его признание заставило меня испытывать.

Он поднял руки, сдаваясь.

– Я хочу воспользоваться пятой поправкой[40] и любезно прошу не проверять мои карманы.

– У тебя в карманах ничего нет. –