Подарок от неизвестного - Валерий Яковлевич Лонской

– В чем дело, командир? – поинтересовался он.

Тот не ответил.

– Чего молчишь, служивый? Лишился дара речи, увидев меня? – шутканул Пашка. – Брось, я не Пугачева!

– Иди куда шел, – посоветовал милиционер, не склонный шутить.

Здесь из-за двери появился один из кабановских спецов и начал внимательно осматривать замок снаружи.

– Выходит, накрыли притон? – сделал вывод Пашка. – Правильно! – резюмировал он. И лицо его просветлело. – Нечего бордель в доме устраивать! На резиновой бабе бабки зарабатывать!

Криминалист, изучавший замки на двери, хмуро посмотрел в его сторону.

– Вы меня, меня спросите! – возбудился Пашка, краснея лицом. – Я вам все расскажу!

– О чем? – поинтересовался криминалист.

– Как о чем? О притоне! Сколько раз я ему говорил: Алексий, закрывай свою лавочку, нехорошо, в доме дети! Он же – ни в какую!

– Здесь кража, а не притон, – прервал его красноречие криминалист. – Так что иди, друг, не мешай!

– Кража и притон – вещи, связанные между собой, – не унимался Пашка, повышая голос. – Если в квартире каждый день посторонние, то и стырить что-либо не составляет труда!

И тут из дверей появился Кабанов.

– Тебе чего? – спросил он строго. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять, кто перед ним. Люди вроде Пашки вызывали у него брезгливое чувство. Вроде мужик, штаны носит, а подлая натура лезет изо всех щелей. – Чего базаришь, как на рынке?

– Хочу помочь следствию.

– Вот как? И чем же? Ты знаешь, кто совершил ограбление квартиры?

– Нет, этого не знаю.

– А может, ты сам к этому причастен? Давай поговорим.

– Ты что, товарищ?! Не знаешь, кого сажать?

– Тогда иди куда шел и не мешай работе следствия! – Кабанов кивнул милиционеру: – Серегин, будет цепляться, вызови наряд. Посидит ночь в «обезьяннике», может, посветлеет умом… – И ушел обратно в квартиру.

– Да у меня свояк в ментуре не последний человек! – крикнул ему вслед Пашка. И, оскорбленный в лучших чувствах, зашагал по лестнице вниз.

Кабанов вернулся в гостиную.

– Что там? – спросил Воскобойников, успевший в его отсутствие переговорить по телефону с сестрой.

– Сосед твой… – ответил Кабанов. – Такой… – И коротко пояснил – какой: – Мудозвон!

– Пашка, что ли? Чего хотел?

– Это у него спросишь… – Кабанов прошелся в задумчивости по комнате. Остановился возле разбитой вазы. Бросив взгляд на осколки, крикнул в прихожую: – Семен, проверь на отпечатки осколки вазы! – И повернулся к Воскобойникову: – Ты кого-нибудь подозреваешь?

– Не знаю, – пожал тот плечами.

– А должен знать… Кто мог проявить интерес к твоей игрушке? Подумай…

– Депутат Мордаев – твой знакомый или кто он там?

– Он в приятелях у генерала, а не мой знакомый…

– Мордаев предлагал мне сотрудничество в области налаживания производства «живой резины». Всю плешь проел. Телешоу устроил. Даже возил к каким-то олигархам – демонстрировать Анну… А те потребовали палец у нее отрезать, для доказательства того, что она из резины. Ну я послал их куда подальше… Может, это он?.. Сегодня один тип, я тебе уже говорил, предлагал продать ему Анну для съемок в порнухе… Кто еще? Бабы тут толпились всякие, сам знаешь. Может, кто из них?.. Соседи? Вряд ли!.. Недавно во дворе подошел ко мне какой-то жлоб, приехавший на джипе, и заявил, что я должен делиться с ним доходами от использования «живой резины». А «живая резина» – это миф! Выдумки того же Мордаева. Короче, тип этот обещал мне неприятности, если откажусь платить…

– Ты, я смотрю, популярный персонаж? Вроде кота Матроскина! Все от тебя чего-то хотят, – сказал Кабанов. И добавил, подводя черту: – Ладно, будем думать, что и как… – И вдруг задал совершенно неожиданный вопрос: – А твоя бывшая жена не могла этого сделать?

– Таня?.. Зачем ей?

– Ну, мало ли… Вредность и все такое… Выкрала твою резиновую девку с целью сжечь ее на помойке или отправить на свалку?

– Ей моя нынешняя жизнь – до лампочки! – объяснил Воскобойников. – Да и ключи она мне вернула…

– Разве дело в ключах? Каждый второй гвоздь – отмычка. Ладно, бабу твою я постараюсь найти. Но обещай мне, что после ты избавишься от нее. Продашь кому-нибудь или подаришь. До добра она тебя не доведет, бесовское создание!

– Ты это серьезно?

– Вполне.

– Она крещеная, у нее крест на шее! – заявил Воскобойников, удивленный заявлением Кабанова.

– Крест на шее, – сухо заметил тот, – это еще не панацея от разных мерзостей, которые творят отдельные люди.

[14]

Наша история близится к развязке. Исследовав все обстоятельства дела, Кабанов оказался в тупике. Чужих отпечатков пальцев в квартире не оказалось. Фигура похитителя так и осталась во мраке, не желая выходить на свет. Им мог быть и один, и другой, и третий, из тех, о ком сообщил следователю Воскобойников… А мог и вообще оказаться случайный человек. Впрочем, откуда здесь взяться случайному человеку? Это на улице, на скамейке, можно случайно подхватить кем-то по глупости оставленную вещь. Профессиональный вор тоже отпадал – на кой ляд ему резиновая девка? Ему деньги, драгоценности, дорогое шмотье подавай! Одним словом, тупик. Чтобы опросить тех, кого назвал Воскобойников, нужны были веские основания – не станешь же вызывать серьезных людей по поводу пропажи силиконовой куклы из ассортимента секс-шопов. Можно нарваться на скандал: «Ты что, дядя, рехнулся? Других забот у вас, что ли, нет?..»

Кабанов все еще чувствовал свою вину перед Воскобойниковым за то, что привел к нему в дом генерала Калашника, а тот чуть не пристрелил его. Кабанов знал, если бы это произошло, ему пришлось бы принять сторону генерала (покойного друга не вернешь, а Калашника надо вытаскивать из дерьма) и врать на следствии, что Воскобойников, будучи человеком нервным и неуравновешенным, выхватил пистолет из рук генерала и покончил с собой, выстрелив себе в висок. Мордаев и майор, находившиеся тогда в квартире, подтвердили бы эту версию. И дело было бы закрыто. Все это вместе мучило Кабанова (и поступок генерала, и то, что, случись этот выстрел, ему пришлось бы отмазывать Калашника и чернить убитого друга), и он продолжал поиски преступника, совершившего кражу в квартире Воскобойникова. Будь на месте Воскобойникова другой, Кабанов не стал бы даже дело заводить, ссылаясь на то, что пропажа куклы для сексуальных утех – событие мелкое, не стоящее внимания правоохранительных органов. Есть дела более серьезные, где действуют убийцы, расхитители имущества, педофилы и прочий неуемный народ, который искореняешь, искореняешь, а его численность не становится меньше, наоборот, уроды эти прут и прут, как грибы после дождя… А обладатель сексуальной куклы, раз