Методотдел - Юрий Викторович Хилимов

Не красавица и не певица, но что-то в ней было притягательное, что-то в ее искренней улыбке и доверчивом лице. У нее была смуглая кожа. Длинные, черные как смоль волосы она носила на роспуск, а глаза и ресницы совсем не красила. Она была избавлена природой привлекать к себе внимание макияжем. Зачем, когда яркая и так? В ее больших выразительных тихоокеанских глазах можно было утонуть. Я сразу же увидел в них множество несчастных утопленников, чью участь вскоре пришлось разделить и мне. Сирена?..

Певунья стояла в своем дурацком цветастом сарафане, скромно пританцовывая под ритм шарообразных экзотических штук. Между нами моментально установился зрительный контакт, что, в общем-то, было предсказуемо ввиду малочисленности слушателей этого произвольного концерта. Кроме меня, ее слушателями были один старый дед, мамаша с ребенком, да молодая парочка. И если певунья искала жертву, то в этот вечер ей просто некого было выбрать. Единственным пригодным в ее сетях оказался только я, остальных пришлось выкинуть обратно в море.

Я дослушал до конца все песни, которых было немного, и бросил деньги в коробку. Заговорить с девушкой решился не сразу — догнал ее, когда она уже уходила.

— Постойте, — неожиданно для себя я тронул ее за руку. — Меня зовут Егор.

— Алиса, — ответила она.

— Слушайте, я что-то проголодался. Не составите мне компанию поужинать?

Уже совсем стемнело, когда мы сидели на открытой террасе второго этажа «Женевы». Алиса была очень голодна; она жадно накинулась на роллы. Мне понравилось, что она не прикидывается, будто согласилась пойти лишь за компанию, — никакого притворства и манерничанья, попыток сдерживать себя в еде. Она хотела есть и ела с удовольствием.

— Алиса, вы давно здесь?

— Ой, а давай на «ты». Не люблю я этих глупых формальностей.

— Хорошо… Так давно ты тут?

Отвечала она все так же, не отвлекаясь от еды:

— Я приехала сегодня утром. Мы должны были встретиться с моими друзьями, правда они… — тут она пожала плечами, — уже уехали… Но ситуация прямо такая классическая. Я приехала почти без средств, у меня была с ними договоренность, что они мне одолжат на отдых, а они уехали, — она снова пожала плечами.

— Так тебя кинули?

— Ну…

— А что вы тут собирались делать?

— О, у нас были большие планы, мы хотели поездить по полуострову, заехать на парочку фестивалей. В общем…

— Но почему они уехали? — допытывался я.

— Да потому что Игорек и Викуля — они такие. У них всегда может что-то случиться, и я, дура, знала про это, но поехала… Какая-то непонятная история. Сказали, что уплыли на какой-то яхте на какой-то крутой сейшн, что было всего два места и такая возможность выпадает раз в жизни. Ну, в общем, — Алиса махнула рукой. — Ну их в ж…

— Какие странные у тебя друзья.

— Это верно.

Если честно, странными мне показались не только друзья Алисы, но и она сама. В моей голове был рой мыслей и предположений, но ни на чем определенном я не мог остановиться.

— Что будешь пить? — спросил я.

— Бокал вина… но на самом деле очень хочется мартини.

Закончив ужин, Алиса принялась с любопытством рассматривать меня. Она смотрела в мои глаза так бестактно, как будто высматривала в них что-то, примерно как я утопленников в ее глазах часом раньше.

— Ты интересный, — сказала Алиса. — Но наверняка…

Тут она замолчала.

— Что наверняка? — спросил я.

— А ты живешь здесь или как? — сменила тему Алиса.

— Живу.

— Я тоже всегда хотела жить на юге, но мешали разные обстоятельства. Понимаешь, я очень люблю море. При каждой возможности стараюсь приехать к нему. Я думаю, для меня это жизненно важно, не просто блажь. Без моря я начинаю хиреть, делаюсь вся неправильная какая-то, противная для самой себя.

— А еще ты очень любишь петь.

Алиса засмеялась.

— Ты правильно заметил. Но это все так, в свободное время, на уровне самодеятельности. И еще я обожаю животных. Да я многое люблю на самом деле.

В ходе беседы стало известно, что Алиса, как настоящая свободная художница, перепробовала множество профессий. Среди них были натурщица в художественном училище, аниматор на круизном теплоходе, администратор в арт-галерее, продавец в галантерейном магазине и смотритель зоопарка.

— Ты работала в зоопарке?

Алиса грустно кивнула.

— А что такое? Не понравилось?

— Я слишком быстро поняла, что зоопарки — это ужасно. И потому ушла оттуда. Сейчас я работаю на ипподроме, ухаживаю за лошадьми и начинаю проводить занятия с детьми. У меня получается. Это все оттого, что я люблю лошадей. И совершенно не боюсь их.

Такие пестрые занятия девушки вызвали у меня улыбку, которую я пытался закрыть ладонью. Алиса поняла, про что я:

— Да-да. Я считаю, что в жизни нужно заниматься только любимым делом, а когда оно перестает быть таковым, надо с ним с благодарностью расстаться. Вот ты кем работаешь?

— Сейчас я работаю начальником методотдела.

Алиса вопросительно посмотрела на меня.

— Начальником методического отдела во Дворце детского творчества, — расшифровал я.

— Я поняла только «во Дворце детского творчества». Чем занимается твой отдел?

Тут я подумал, что объяснить это будет нелегко, а уж представить, что это интересно, вообще невозможно.

— Мы занимаемся разработкой разных образовательных программ. Вот ты говорила, что начала заниматься с детьми на ипподроме, а это означает, что у вас должна быть программа, по которой вы проводите свои занятия. Вот мои методисты и делают такие программы, и еще одновременно работают педагогами.

— Про педагогов понятно, про методистов — нет, — упорствовала Алиса. — Так вы пишете бумажки?

— Наконец-то дошло, — не выдержал я. — Да, но не только.

— Как скучно… — поморщилась Алиса, как будто съела кислое яблоко.

— Действительно, веселья мало. Это тебе не по палубе в клоунских рейтузах бегать, — иронично огрызнулся я, немного уязвленный.

Алиса оценила мой юмор и расхохоталась.

— Зачетно, — сказал она.

Мы решили немного пройтись по набережной. Дул теплый морской ветер, который баловал лишь самых верных — тех, кто дождался его в такое позднее время. Алиса сразу потащила меня к трехмачтовому фрегату «Херсонес», стоявшему в эти дни в Ялте.

— Какой красавец, — восхищенно проговорила она. — Сфотографируй, пожалуйста, нас.

Алиса была очень гармонична в позировании, и мне захотелось сделать как можно больше снимков, как будто в руках у меня была настоящая профессиональная камера. Я и правда не мог остановиться, чертовка была исключительна хороша. Она прекрасно понимала, что нравится мне, и явно не сдерживала своих чар. Я видел, как на нее засматривались прохожие. Мне льстило это, еще бы — самая необычная девушка набережной была сейчас со мной.

— Алиса, а где