Первый контакт - Станислав Лем

Координатор обнял одной рукой Инженера, другой Физика и стоял так секунду, словно опираясь на них. Они столпились впятером около бокового рефлектора; Доктор что-то тихо говорил двутелу.

– У нас все в порядке, – сказал Химик, – а у вас?

– Более или менее, – ответил Кибернетик.

Они долго смотрели друг на друга. Все молчали.

– Будем отчитываться или пойдем спать? – спросил Химик.

– Ты можешь спать? Великолепно! – воскликнул Физик. – Спать! О господи! Они здесь были, понимаете?

– Я так и думал, – сказал Координатор. – И произошло… столкновение?

– Нет. А у вас?

– Тоже нет. Думаю… то, что они обнаружили ракету, может оказаться важнее того, что видели мы. Рассказывайте, Генрих, давай ты…

– Вы поймали его?.. – спросил Инженер.

– Собственно, он нас поймал. То есть позволил взять его с собой. Но это целая история. Длинная, сложная, хотя, увы, мы ничего в ней не понимаем…

– С нами точно так же! – выпалил Кибернетик. – Они появились через какой-нибудь час после вашего отъезда! Я решил было, что это конец, – признался он вдруг, понизив голос.

– Вы не голодны? – спросил Инженер.

– Кажется, я совсем забыл об этом. Доктор! – крикнул Координатор. – Иди сюда!

– Совещание? – Доктор вылез из вездехода и подошел к товарищам, по-прежнему не спуская глаз с двутела, который неожиданно легким движением спрыгнул вниз и медленно заковылял к людям, но едва коснулся границы освещенного круга, отступил и замер.

Люди смотрели на него молча. Огромное существо опустилось, припало к почве, еще секунду торчала его голова, потом мышцы сомкнулись, оставив щель, из которой в рассеянном свете фар поблескивал голубой глаз.

– Значит, они были здесь? – спросил Доктор.

– Да. Двадцать пять вращающихся кругов, таких же, как тот, что мы захватили, и четыре машины гораздо большие, не вертикальные диски, а как бы прозрачные волчки.

– Мы встретили их! – крикнул Химик.

– Когда? Где?

– С час назад, возвращаясь! Мы чуть с ними не столкнулись. А что они делали здесь?

– Прибыли колонной, – заговорил Инженер, – откуда, мы не знаем. Мы все как раз были в ракете, буквально пять минут, а когда вышли на поверхность, они уже тянулись один за другим, окружая ракету. Они не приближались. Мы думали, что это передовой дозор, головная тактическая разведка. Ну, установили под ракетой монитор и ждали. А они крутились все время вокруг, не отдаляясь и не приближаясь. Это продолжалось часа полтора. Потом появились большие волчки – высотой метров тридцать! Гиганты! Похоже, что они могут двигаться только по бороздам, которые пропахивают те, другие. Вращающиеся диски освободили для них место в своем кольце, и поочередно – одна большая машина, одна маленькая – они снова начали крутиться. Иногда притормаживали, а один раз две чуть не столкнулись, вернее, коснулись друг друга. Треск был ужасный, но с ними ничего не случилось, и они продолжали вращаться.

– А вы?

– Ну а что мы – потели у монитора. Удовольствие было небольшое.

– Верю, – торжественно сказал Доктор, – а дальше?

– Дальше? Сначала я все думал, что они вот-вот на нас нападут, потом – что они только производят наблюдения. Но меня удивлял их строй и то, что они не останавливаются ни на секунду. Мы ведь знаем: такой круг может вращаться на месте. Где-то в начале восьмого я послал Физика за мигалкой – нужно было повесить ее для вас. Но ведь вы не смогли бы прорваться сквозь эту проклятую стену – и тогда мне первый раз пришло в голову, что это блокада! Я подумал, что, во всяком случае, нужно попробовать договориться – пока есть возможность. Сидя у монитора, мы начали сигналить лампой – сериями, сначала по две вспышки, потом по три, по четыре.

– Теорема Пифагора? – спросил Доктор; Инженер напрасно пытался рассмотреть, не насмехается ли он.

– Нет, – сказал он наконец. – Обычный числовой ряд.

– А они что? – спросил жадно слушавший Химик.

– Как тебе сказать? Собственно, ничего.

– Что значит «собственно»? А не «собственно»?

– Ну, они совершали разные действия и до наших сигналов, и во время них, и после, но ничего такого, что можно было принять за попытку ответить или установить контакт, не было.

– А что они делали?

– Кружились то быстрее, то медленнее, сближались друг с другом, что-то двигалось в их гондолах…

– А у волчков, этих больших, тоже есть гондолы?

– Ты же говорил, что вы их видели?

– Когда мы их встретили, было темно.

– У них нет никаких гондол – внутри вообще ничего нет. Пустое место. Зато по периметру ходит… плавает… ну, крутится как бы большой бак, по краям выпуклый, в центре вогнутый, по бокам у него целый ряд рогов – таких конусных утолщений. Совершенно бессмысленно – с моей точки зрения, конечно. О чем я говорил?.. Да, так вот, эти волчки выходили иногда за пределы кольца и менялись местами с маленькими дисками.

– Как часто?

– По-разному. Во всяком случае, никакой регулярности установить не удалось. Говорю вам – я отмечал все, что могло иметь хоть малейшую связь с их движениями, так как ожидал какого-нибудь ответа. Они проделывали даже сложные эволюции. Например, на втором часу эти большие притормозили, почти остановились, перед каждым волчком встал диск поменьше, они медленно двинулись к нам, но прошли совсем немного, может пятнадцать метров, большие волчки за ними, и снова начали описывать круги. Теперь их было целых два: внутренний, по которому двигались четыре большие и четыре маленькие машины, и наружный из остальных плоских дисков. Я уже подумывал, что предпринять, чтобы вы могли вернуться. Но тут они выстроились в одну длинную колонну и удалились сначала по спирали, а потом прямо на юг.

– А в котором часу это было?

– В начале двенадцатого.

– Значит, мы встретили других, – обратился Химик к Координатору.

– Не обязательно. Они могли где-нибудь задержаться.

– Теперь вы рассказывайте, – потребовал Физик.

– Пусть говорит Доктор, – сказал Координатор.

– Ладно. Итак… – За несколько минут Доктор рассказал обо всех приключениях и продолжал: – Вы подумайте, все, что тут происходит, отчасти напоминает нам различные вещи, известные на Земле, но всегда только отчасти – каждый раз несколько кубиков остаются лишними и не укладываются в мозаику. Это очень характерно! Их машины появились здесь как будто в боевом строю – может, это разведывательный патруль, может, головной дозор армии, может, начало блокады? Или все понемногу, а в результате – ничего не ясно. Вот глиняные ямы – конечно, они были ужасны, но что они, собственно, значили? Могилы, так это выглядело. Потом их поселение, или как там это назвать. Это было уже совершенно невероятно! Кошмарный сон. Ну а скелеты? Музей? Бойня? Храм? Фабрика биологических экспонатов? Тюрьма? Можно думать