Книга формы и пустоты - Рут Озеки

Вернувшись на Девятый этаж, Бенни немного расслабился. В его укромном уголке все было на своих местах. Машинистка сидела в своей кабинке в окружении книг и печатала. Она подняла глаза и кивнула, встретившись с ним взглядом. Негромкий синкопированный стук пальцев по клавишам напоминал шум дождя. Студент по обмену с Ближнего Востока все еще спал и тихо похрапывал, положив голову на раскрытый учебник астрономии. Прямая веб-трансляция звездного скопления из чилийской обсерватории на экране его ноутбука перезагружалась каждые несколько секунд, в такт его выдохам, и казалось, что его дыхание управляет частотой обновления звезд. На столе рядом с ним лежали недоеденный сэндвич с фалафелем и калькулятор.

Тут Бенни почувствовал, что проголодался. Он достал свои запасы и разложил по кабинке принесенные раньше книги по истории. Уровень его тревожности опустился до «синего», но вновь поднялся до «желтого», когда раздался сигнал телефона. Пришло сообщение от матери. Потом еще одно. Потом третье. Зеленые пузырьки слов, накапливаясь на экране, звучали все громче. Бенни отключил звук и откусил кусок бутерброда, а затем наугад открыл «Средневековые щиты и оружие» и стал читать о требушетах и петардах. Описания боевых машин успокоили его, и голоса в голове утихли. Да и бутерброд был вкусным. «Да, – написал он матери. – Обедаю».

Последующие три четверти часа он читал и оторвался лишь, закончив главу. Все звучавшие ранее голоса, даже негромкие, умолкли, и вместо этого он был окружен мягким акустическим одеялом – тишиной, в которую вплетался тихий храп иностранного студента и еще что-то, некое отсутствие звука, тонкая нить молчания. Чего недостает? Бенни, вытянув шею, выглянул из-за перегородки и понял, какого звука не хватает. Машинистка исчезла.

Все выглядело так, будто она только что отошла от своего стола, возможно, в туалет или взять ещё книг. Ноутбук и рюкзак ее тоже исчезли, но скорее всего, она просто захватила их с собой: недавно в Библиотеке произошло несколько краж, и посетителей предупреждали, чтобы они не оставляли ценные вещи без присмотра. Но ее свитер еще висел на спинке стула, показывая, что место занято, а на столе лежали стопки книг. Бенни, наклонив голову вбок, попытался прочитать названия на корешках. Одна – «Сказки братьев Гримм», вторая называлась «Сад Расходящихся Тропок», а третья – «Произведение искусства в эпоху механического воспроизведения». Было еще несколько книг, названия которых он не смог разобрать.

Бенни встал. Вокруг никого не было. Он осторожно подошел к соседней кабинке и взял «Сказки братьев Гримм». У них дома была книжка с таким названием, но та была тонкой, и обложка у нее была яркой и жизнерадостной, на картинке принцесса робко убегала через заросли розовых роз от злой ведьмы. А здесь был толстый том в кожаном переплете с темно-красной обложкой цвета засохшей крови. Тиснение на коже изображало угрюмую рощу: корни и ветви деревьев напоминали переплетенные под кожей вены. Наверху между страницами торчала бумажка. Бенни раскрыл книгу в этом месте – на сказке о Гензеле и Гретель – и закладка выпала на пол. Он поднял бумажку и прочитал на ней:

Гензель и Гретель живы и здоровы

и живут сейчас в Берлине.

Это было написано аккуратными печатными буквами, похожими на шрифт старой пишущей машинки. Быстро сложив листик, Бенни сунул его в карман, положил книгу обратно в стопку и вернулся в свою кабинку. Он взял свою тетрадь для сочинений и сравнил новый листочек с теми, что были там наклеены. Почерк был точно такой же. На обороте Бенни увидел длинную цепочку цифр: «791.43/0233/092» – в которой он сразу же узнал библиотечный номер, адрес книги в Библиотеке. Бенни с опаской относился к длинным рядам цифр. Он знал, как они легко выходят из-под контроля и начинают шуметь, но он все же встал и пошел по указанному адресу.

Библиотечный номер привел его на Седьмой этаж, в отдел спорта, игр и развлечений, в котором он никогда раньше не был. Число 791.43/0233/092 указывало на раздел кинематографа, и вскоре Бенни нашел там книгу с этим номером.

ПОНИМАНИЕ

РАЙНЕРА ВЕРНЕРА

ФАССБИНДЕРА:

ФИЛЬМ КАК ЧАСТНОЕ

И ПУБЛИЧНОЕ ИСКУССТВО[40]

Он внимательно рассмотрел обложку. Если обложка книги – это ее лицо, то у этого тома было суровое лицо художника. Под заголовком с черно-белой фотографии озорно смотрел на читателя поверх черных очков в толстой оправе мужчина средних лет с пухлыми щеками и жидкой бородой. Глаза его сияли безумным блеском, и этим он напомнил Бенни старого бродягу Славоя. Хитрые глаза, припухшие, как у Кенджи по утрам, после того как он поздно приходил вечером. Реденькая жесткая борода тоже была немного похожа на бороду Кенджи. Бенни сел на пол, открыл книгу, перевернул ее и потряс. Книга пошелестела страницами, но оказалась пустой. Ничего, никаких бумажек. Он начал листать книгу в поисках новых подсказок, но вскоре увлекся иллюстрациями. Их было немного, всего лишь несколько старых фотографий немецких актеров. На одной из них была пышная девушка с волнистыми светлыми волосами, отчасти похожая на Аннабель, когда та была еще молодой и хорошенькой. Мужчина с обложки был с ней на некоторых фотографиях, но Бенни решил, что в целом он все-таки не похож на Кенджи. Этого человека звали Фассбиндер. Он был кинорежиссером. Но ни один из его фильмов не заинтересовал Бенни, и он быстро пролистал книгу до конца. Может быть, они интересны только немцам.

Уже закрывая книгу, он заметил, что на внутренней стороне задней обложки приклеен старомодный библиотечный карман, какими пользовались до появления штрих-кодов. В кармане торчала открытка, и Бенни ее вытащил. Такие открытки с изображениями великих произведений искусства продаются в музейных сувенирных ларьках, но на этой был какой-то схематичный рисунок непонятного существа, а открытка по краям испачкалась и потемнела. У существа была копна вьющихся волос и юбка, но, изучив длинное лицо и квадратную челюсть, Бенни решил, что это все-таки мужчина. Его широко расставленные миндалевидные глаза смотрели поверх правого плеча Бенни, в ту сторону, откуда часто доносились голоса. Бенни на всякий случай обернулся и посмотрел туда, но увидел лишь книги, спокойно стоящие на полках. Он снова посмотрел на открытку. Руки мужчины были раскинуты и подняты вверх, как будто кто-то направил на него пистолет. Губы его были открыты, и между ними виднелись длинные редкие зубы. На его одежде были какие-то непонятные узоры, а кудри на голове выглядели как разворачивающиеся бумажные свитки.

А ноги у него были босые,