Самый жаркий день лета - Киа Абдулла

Эдвард Форшелл вызвал последнего свидетеля: детектива Кристофера Шепарда из службы столичной полиции. Обвинитель, конечно же, уже встречался с детективом раньше и счел его замкнутым и жестким человеком, несмотря на обаятельное приветствие: «Зовите меня Шеп!» Форшелл с удовлетворением отметил, что плохо сидящий костюм и мятый галстук не могут скрыть внешнюю брутальность детектива.

— Детектив Шепард, спасибо, что нашли время поприсутствовать сегодня, — слащаво начал обвинитель. — Давно вы работаете в лондонской полиции?

— Скоро будет восемнадцать лет.

— А в отделе криминальных расследований?

— Четырнадцать лет.

Лейла быстро посчитала в уме. Если Шепарду сейчас примерно сорок пять, значит, он пришел в полицию в двадцать семь. Интересно, служил ли он перед этим в армии? Было что-то особенное в его осанке, наводящее на мысли о военном прошлом.

Эдвард задал детективу еще несколько вопросов, чтобы убедить присяжных в его высоком профессионализме, а потом перешел к разбору его беседы с Лейлой. Обвинитель брал то одну, то другую часть расшифровки, но наиболее обличающей деталью в них была сама манера Лейлы говорить. Сейчас она проклинала легкость и красноречие, с которыми давала ответы на любой вопрос Шепарда. В тот момент было бы явно уместнее разыграть безутешную истерику. Форшелл тем временем продвигался по расшифровке опроса, потихоньку собирая единую картину того дня. И тут он произнес фразу, от которой Лейла скривилась, будто жевала лимон.

— Детектив Шепард, мы несколько раз слышали в показаниях, как Лейлу Саид сравнивают со снежной королевой. Можете выразить свое мнение по этому поводу?

Кристофер задумался.

— Скажем так: я понимаю причины, по которым многие так считают.

— Это согласуется с образом женщины, которая способна оставить ребенка одного, если ей так удобнее?

Клара вскочила со стула:

— Ваша честь, моему коллеге прекрасно известно, что свидетель не может дать однозначного ответа на этот вопрос.

Судья вздохнул и с укором произнес:

— Мистер Форшелл.

Эдвард покорно склонил голову:

— Прошу прощения, ваша честь. — Повернувшись к свидетелю, он продолжил: — Детектив Шепард, утверждала ли мисс Саид в своих показаниях, что никогда не оставляла Макса одного в машине или дома преднамеренно?

— Именно так, — подтвердил Кристофер.

Эдвард попросил присяжных открыть материалы дела на нужной странице и задал следующий вопрос:

— Детектив Шепард, базируясь на данных геолокации телефона, перечислите, пожалуйста, пять мест, которые мисс Саид посещала чаще всего.

Лейла удивленно уставилась на обвинителя. При чем тут это? В перечне не найдется ничего неожиданного — ни квартиры любовника, ни наркопритона. Почему вдруг всплыл такой вопрос?

Кристофер перечислил адреса: дом самой Лейлы, ее офис в гавани Кэнэри-Уорф, жилище ее сестры, местный супермаркет «Вэйтроуз» и закусочная возле офиса. Лейла почувствовала беспокойство, по коже пробежали мурашки. Почему полицейский так многозначительно произнес название магазина, чуть ли не по слогам? Будто желал, чтобы оно отпечаталось в головах присяжных.

— А как насчет более редких в плане визитов мест?

— О, здесь сотни локаций: кинотеатр в Бетнал-Грин, ресторан в районе банка, сам банк, копицентр напротив офиса, множество баров и кафе.

— То есть мы видим обычную насыщенную городскую жизнь профессионала из среднего класса?

— Именно так.

Лейла выпрямилась на стуле, не понимая, к чему ведут эти двое.

— У вас была возможность проанализировать время посещения упомянутых локаций. Складываются ли они в единое расписание?

— В основном да.

Эдвард всей своей позой выразил интерес:

— В основном? Вам удалось найти что-то необычное?

— Да. В один из дней, судя по геолокации, она посетила «Вэнтроуз» в час ночи.

Три экрана на стенах зала включились, демонстрируя зрителям карту района Майл-Энд. Атмосфера в помещении мгновенно поменялась: присяжные перестали лениво переговариваться, а зрители на галерее, напротив, зашушукались.

— Красная линия — это данные фитнес-приложения Лейлы Саид. Как вы можете видеть, мисс Саид двигалась от аллеи Тредегар к супермаркету, провела там семь минут — с пятидесяти восьми минут первого ночи до пяти минут второго — и вернулась обратно.

Эдвард нахмурился:

— Почему этот факт привлек ваше внимание?

— Потому что Лейла Саид живет на площади Тредегар, а не на аллее Тредегар. Адрес принадлежит ее сестре. В ту ночь обвиняемая сидела с Максом.

— Она сидела с Максом, но отправилась в супермаркет?

— Да.

— Откуда вы знаете, что она была там без ребенка?

— Потому что мы точно знаем, что мальчик оставался дома.

Лейла сделала медленный вдох, стараясь успокоиться; нельзя показывать окружающим панику Они ничего не докажут. Это случилось в феврале, прошел почти год. В супермаркете не хранят так долго записи с камер наблюдений, так откуда им знать наверняка?

— Откуда вам это известно? — повторил ее тайные мысли обвинитель.

— Ясмин Саид в прошлом году установила несколько камер, подключенных к видеоняне.

Лейла в изумлении разинула рот. Ясмин ни слова ей не говорила.

Шепард пояснил для присутствующих:

— Видеоняня — это незаметная система наблюдения, ее часто используют родители, которым приходится оставлять детей с нянями. В нашем случае устройство почти всегда находилось в режиме ожидания. Родителям оставалось лишь выбрать день, когда они уходили из дому, и система записывала происходящее в их отсутствие. Такие устройства достаточно дешевы при длительной эксплуатации и хранят записи дольше обычных видеокамер.

— И сколько может храниться запись?

Детектив выдержал паузу.

— Год.

Лейла закрыла глаза. В голове словно надрывалась пожарная сирена. Можно сколько угодно повторять самой себе, что нужно держаться и не показывать страх, но теперь было понятно, что все усилия пошли прахом. Как оправиться от такого удара? Лейлу накрыла волна разочарования. Безнадежность пропитала все ее мысли, будто запах скисшего молока — тяжелый и въедливый. Как Ясмин могла утаить от нее установку системы? Ведь Лейла ее родная сестра, а не сомнительная незнакомка, за которой надо шпионить.

— У нас есть запись с видеоняни, — продолжал Шепард. На экранах появилось зернистое серое изображение, напоминающее ролики с камер видеонаблюдения. Метка внизу показывала дату и время: 20/02/2021 01:00:00. Макс мирно спал в своей кроватке. В углу экрана оставалась карта района, на которой красная точка, обозначающая Лейлу, находилась в километре от дома Ясмин. Время было дополнительно обведено жирной красной линией: 01:00:00.

Лейла сразу почувствовала, как изменилась обстановка в зале. Присутствующие потеряли к ней всякое доверие. Как теперь были убеждены присяжные, Лейла оставила Макса одного и отправилась в супермаркет. События